Читать и слушать книги

— Господи, Танька, да неужели тебя так задевает мой новый дом, кольцо и мой новый мужчина?
— Нет, Юль. Меня не задевает чужой дом. Меня удивляет, как быстро ты начала играть роль женщины, для которой семейная жизнь - естественно.
— А может, так и должно быть?
— Может, — легко соглашаюсь я. — Просто пока ты в этой роли, как кошка в короне. Красиво, ярко, но все ждут, когда она ее скинет.
— То есть ты считаешь, что я должна бегать от мужика к мужику?
— Нет. Я считаю, что ты слишком стараешься доказать мне, что достойна семьи, а это неестественно. Знаешь, счастье любит тишину…
— Ну раз ты мне не веришь, что у меня все по-настоящему… — тянет она. — Приходи ко мне на новоселье.
— На новоселье?
— Да, Танька. В субботу. Познакомишься с моим мужчиной. Раз уж ты решила, что я тут просто красивая декорация с кольцом.

– Инночка сделает так, как хочу я, – рявкает муженек. – И родит мне столько детей, сколько я хочу! Она буквально заглядывает мне в рот! Так что… Ты же помнишь, что недвижимость оформлена на мою маму? Собирай чемоданы и вали в свободное плавание!

– Помню, любимый! Странно, но твоя ненаглядная Инночка приходила ко мне вчера и просила забрать тебя обратно. Сказала, что ее достали твои боли в пояснице и храп по ночам.

– Ты врешь, гадина! Она меня искренне любит!

– Только твои деньги, мне очень жаль… Но и их скоро не будет…

– Что? Что ты задумала?

– Ничего особенного, милый – лишь оставить тебя налегке.

Я собираюсь оставить гада без репутации, должности и денег.

А уж забрать предателя обратно не входит в мои планы…

У меня своя дизайнерская студия. Я открываю новый проект: загородный дом. Игорь, наш дизайнер, должен был сегодня ехать на этот объект, но заболел. Решаю ехать сама. Встреча через сорок минут.
***
Паркуюсь у дома, выхожу. Поднимаюсь на крыльцо и стучу. Дверь открывается, и на пороге — совсем молодая девушка. А под обтягивающим платьем отчётливо видно небольшой живот.
— Я Анжела. А это наш с Мишей дом! Любимый! Иди скорее сюда! Дизайнер пришёл!
Я поднимаю глаза и вижу. Это мой муж. Отец моего сына.
— Вот, знакомьтесь! — Анжела разворачивается к Михаилу. — Миша, это Виктория. Из студии. Виктория, это мой Миша. Мой мужчина.
Он молчит. Его челюсти сжаты так, что желваки ходят под кожей.
— Что ж ты, дорогой, — говорю я, — даже не представишь меня?
— Вы… знакомы? — тихо спрашивает она.
— Знакомы, — отвечаю я. — Мы знакомы очень хорошо. Десять лет уже как муж и жена.

Я стою на кухне с туркой в руке. Его телефон пиликнул сообщением: «Сладких снов, котик».
— У тебя сообщение пришло, — говорю я. — Какой-то «котик».
Он хмурится, стирает.
— Это спам, Мариш.
Через неделю я приезжаю к нему в офис, чтобы сказать про ребенка. Шесть недель. Две полоски. Слышу голоса. Заглядываю в щель и вижу на его столе свою подругу. С расстегнутой блузкой и голыми ногами.
— Ты ей скажешь или нет? — её голос резкий. — Твоя Марина даже не заметит, как ты выведешь деньги. Она дура. Наивная, ничего не понимает.
— Не говори так.
— Леш, она тебя не ценит. А я тебя люблю.
— Я знаю, — выдыхает он. — Я тоже тебя люблю.
Лариса довольно улыбается и проводит пальцами по его щеке.
— Тогда скажи ей. Сегодня. На корпоративе. При всех. Я устала быть любовницей, Леш. Я хочу быть женой.
Я толкаю дверь.
Лариса вскрикивает. Алексей бледнеет.
— Ты ведь замужем, Лариса, — говорю я. — Твой муж в курсе? Давайте позвоним ему. По видеосвязи. Прямо сейчас.

Три года я лечилась от бесплодия, которого у меня не было.

Мой муж, который всё знал, держал меня за руку в коридорах, где пахло спиртом и чужой надеждой, и говорил, что мы справимся.

Правду я нашла не в переписке и не в гостиничном номере. Я нашла её в стопке его анализов, разложенных на полу гостиной, — в бланках, которые отличались друг от друга шрифтом заголовка и высотой печати. В клинике мне сказали: пациент был у нас дважды. Три года назад. А врач, чья подпись стоит на последнем заключении, уволился полтора года назад — после проверки по врачебной этике.

Он сделал вазэктомию тайно. За три с половиной года до того дня, когда я произнесла это вслух в кафе и услышала: «Потому что я никогда не хотел детей. А развестись было невыгодно — у тебя связи и репутация, которые открывали двери, недоступные мне».

– Ну что же вы стоите, идиоты?! – кричит беременная на операционном столе. – Спасите моего ребёнка! Вы знаете, кто его отец?!
Я знаю.
Отец – мой муж. А мать – его первая любовь.
– Дай угадаю, ты хочешь извинений? – лениво тянет муж. – Чтобы я оправдывался.
– Ты изменил мне! – задыхаюсь. – У тебя родился ребёнок! От другой! И ты мне предлагаешь это проглотить?
– Да. – Родион в упор смотрит на меня. – Ты терпила, Ник. А людям моего статуса позволено многое. Не бойся, на твой крем для лица за сто рублей хватит.
– Мог бы для приличия соврать, что любишь меня, – шепчу.
– Ты никто, – усмехается. – Врач в заштатном роддоме. Пустышка. Ты не можешь мне родить восемь лет. А Лена родила. У меня есть готовый ребёнок. Твоя матка мне больше не нужна.

Я узнала о беременности в тот день, когда у мужа родился сын от его первой любви.
Но развода не будет. Муж хочет две семьи. А свекровь и друзья – заменить меня на Леночку.
А ведь он даже не представляет, что на самом деле его ждёт...

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🚑
МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 🚑

— Совсем охренела? Дверь закрыта была. Какого хрена ты сюда прёшься? — зло бросает полуголая медсестра.

Я смотрю на неё. Потом на мужчину рядом.
На моего мужа.

— Гоша, познакомишь нас?
Он бледнеет.

— Даша, помолчи… Это моя жена.

Я врач скорой помощи и привыкла спасать людей. Но в тот день, когда мне срочно понадобился дежурный хирург, я нашла собственного мужа в подсобке с молодой медсестрой.

Восемь лет брака заканчиваются одной открытой дверью.
А потом выясняется, что эта женщина была далеко не первой.

Муж просит шанс. Свекровь советует мне похудеть и лучше следить за собой. А я впервые решаю спасти не чужую жизнь.
Свою.

- Ты будешь молчать и терпеть, Яна, если хочешь и дальше красиво жить, - спокойно говорит муж, застегивая брюки после измены. - Такие мужчины, как я, не ограничиваются одной женщиной. Смирись. Ты - для статуса. Она - для удовольствия. И если не хочешь оказаться нищей, лучше запомни свое место.

Семь лет брака рушатся в один день.
В годовщину свадьбы я приезжаю к мужу с сюрпризом и застаю его с молодой любовницей.
Он уверен, что я никуда не денусь, проглочу унижение.
Но я не собираюсь прощать. Предательство дорого ему встанет...
Ведь самая дорогая ошибка миллиардера - недооценить собственную жену…

— Я не люблю тебя. Уходи, — цинично произносит мой муж.
— Что?.. Мирон, посмотри на меня. Я же пришла сказать тебе… — голос предательски дрожит, а рука сама тянется к сумке, где лежит снимок УЗИ.
— Ты слышала. Не заставляй повторять, — он даже не поворачивает головы.
— Ты лжёшь. Я месяц звонила в госпиталь, я писала, я приезжала…
— Значит, зря приезжала. Уходи, Ульяна. Это приказ, — чеканит он тем самым ровным командирским голосом, которым отдают приказы на плацу.
— Приказ?.. Я тебе не рота, Мирон. Я твоя жена.
— Уже нет.
***
Я ушла, так и не сказав ему главного.
Шесть лет я строила жизнь заново: другая фамилия, другой город, своё дело.
Через месяц — свадьба с надёжным человеком, и прошлое наконец останется в прошлом.
Но одна случайная встреча в праздничной толпе перечеркнёт всё.
Генерал Стрельцов задаст мне один-единственный вопрос — тот, на который я шесть лет молилась никогда не отвечать.
У него была причина прогнать меня. У меня есть причина его не прощать.
Даже две.

— Лена, сядь — говорит Иван.
— Что случилось?
— Нам нужно поговорить, — продолжает он, и его глаза наконец встречаются с моими.
В них нет ничего. Абсолютная пустота. И от этого становится неуютно.
— Я слушаю, — говорю я, сжимая в руках полотенце.
Иван делает глубокий вдох. Выдох. Я вижу, как напрягается его челюсть. Он всегда так делает, когда принимает важные решения.
— Я встретил другую женщину, — говорит мне. — И хочу быть с ней.
Мир останавливается. Просто замирает на месте. Я слышу, как на кухне тикают часы. Как за окном проезжает машина. Обычные звуки обычной жизни, которая только что перестала существовать для меня.
— Что? — это всё, что я могу выдавить из себя. Один слог, в котором умещается вся моя растерянность.
— Я хочу развод, Лена, — продолжает Иван, и я замечаю, что он избегает моего взгляда. — Я не изменял тебе. Не хочу обманывать, у меня к ней чувства. И я не могу с ними бороться.