Читать и слушать книги
Ты к нему сбежала?
Реально?
А в глаза нельзя было мне сказать?
Я думал, ты волшебная, нереальная и только моя девочка. А оказалось…
На хрен ты тогда отдалась мне?
Невинность свою подарила?
Мне подарила!
А не вот этому до тошноты идеальному мужику. Моя логика ломается.
Быть не может!
Не могли ее глаза лгать, когда смотрели на меня, как на бога. Ее губы и ее прикосновения не могли лицемерить.
Не верю!
Не хочу верить в то, что моя волшебная девочка, оказалось…
Служебный роман, любовный треугольник, никогда не участвовал ни в чем подобном, принципы не позволяли. Везде должен быть порядок и четкие правила. Никаких связей на работе и третьего в отношениях. Пока не появилась она. Юная, сказочная, уязвимая, и в то же время дерзкая девочка Варвара. И все мои принципы полетели к черту. Меня разрывает от одержимости и слепой ревности. Кажется я присвоил ее с первого взгляда. В ней столько тайн и сюрпризов…
Реально?
А в глаза нельзя было мне сказать?
Я думал, ты волшебная, нереальная и только моя девочка. А оказалось…
На хрен ты тогда отдалась мне?
Невинность свою подарила?
Мне подарила!
А не вот этому до тошноты идеальному мужику. Моя логика ломается.
Быть не может!
Не могли ее глаза лгать, когда смотрели на меня, как на бога. Ее губы и ее прикосновения не могли лицемерить.
Не верю!
Не хочу верить в то, что моя волшебная девочка, оказалось…
Служебный роман, любовный треугольник, никогда не участвовал ни в чем подобном, принципы не позволяли. Везде должен быть порядок и четкие правила. Никаких связей на работе и третьего в отношениях. Пока не появилась она. Юная, сказочная, уязвимая, и в то же время дерзкая девочка Варвара. И все мои принципы полетели к черту. Меня разрывает от одержимости и слепой ревности. Кажется я присвоил ее с первого взгляда. В ней столько тайн и сюрпризов…
После смерти мужа, думала, что стану свободной. Но покойный перед смертью успел нагадить – отдал за долги собственному боссу, как дешевую рабочую силу. И этот самый босс после похорон явился за своим имуществом. В том числе и за мной. А если я не выполню требуемое, отберет у меня единственное оставшееся сокровище – мою дочь. Вот только он совершенно не знает про мою маленькую тайну. Которая появилась после нашей совместной ночи.
#Несносный босс
#Отданная за долги
#Тайна из прошлого
#Противостояние характеров
#Любимая маленькая принцесса
#Немного юмора
#ХЭ
#Несносный босс
#Отданная за долги
#Тайна из прошлого
#Противостояние характеров
#Любимая маленькая принцесса
#Немного юмора
#ХЭ
- Я беременна!
Мой босс зависает и мрачно таращится на меня. Хмурит брови. И даже отступает на шаг.
Пользуясь ступором этого мрачного мужчины, я соскальзываю со стола и бегу на выход.
В спину летит властный рык:
- Стоять!
Испуганно останавливаюсь. Замираю.
Он начинает хищно надвигаться на меня…
В следующую секунду мое хрупкое тело зажато в ловушке между его мощным торсом и дверью…
Обязательно ХЭ!
В книге есть постельные сцены и ненормативная лексика.
Мой босс зависает и мрачно таращится на меня. Хмурит брови. И даже отступает на шаг.
Пользуясь ступором этого мрачного мужчины, я соскальзываю со стола и бегу на выход.
В спину летит властный рык:
- Стоять!
Испуганно останавливаюсь. Замираю.
Он начинает хищно надвигаться на меня…
В следующую секунду мое хрупкое тело зажато в ловушке между его мощным торсом и дверью…
Обязательно ХЭ!
В книге есть постельные сцены и ненормативная лексика.
Попала так попала ...
Отчитала нашего нового генерального директора, как школьника, а он принял меня за уборщицу и обозвал идиоткой.
Теперь он без конца ко мне цепляется, хоть увольняйся!
Но вместо расчета молодой тиранище собирается меня... выдрать.
Что бы это ни значило, я не позволю ему обращаться со мной, как с рабыней и покажу, на что способны серые и скучные бухгалтерши!
Отчитала нашего нового генерального директора, как школьника, а он принял меня за уборщицу и обозвал идиоткой.
Теперь он без конца ко мне цепляется, хоть увольняйся!
Но вместо расчета молодой тиранище собирается меня... выдрать.
Что бы это ни значило, я не позволю ему обращаться со мной, как с рабыней и покажу, на что способны серые и скучные бухгалтерши!
— Где твоя сестра?! — глаза отца сверкают злобой.
— Я не знаю… Она была здесь. Была! — заикаясь, отвечает Таня и зачем-то оглядывается, будто сестра могла спрятаться где-то.
Родители смотрят друг на друга, оба в ярости.
Мать подходит ближе и уже заносит руку, чтобы влепить Татьяне пощечину, но тут же отец хватает дочь за шею.
— Где Анжела?! — кричит он и начинает душить ее.
Говорить трудно, девушка пытается вырваться, но у нее не выходит.
Вдруг он отпускает из цепких лапищ шею дочери и говорит:
— Если она не появится, то замуж за Савелия выйдешь ты! Я даю тебе пять минут!
Мать продолжает выжидающе смотреть на нее:
— Она сбежала? — спрашивает тихо, но ее голос не ласкает, а выносит приговор: — Надевай платье. У тебя пять минут.
— Я не знаю… Она была здесь. Была! — заикаясь, отвечает Таня и зачем-то оглядывается, будто сестра могла спрятаться где-то.
Родители смотрят друг на друга, оба в ярости.
Мать подходит ближе и уже заносит руку, чтобы влепить Татьяне пощечину, но тут же отец хватает дочь за шею.
— Где Анжела?! — кричит он и начинает душить ее.
Говорить трудно, девушка пытается вырваться, но у нее не выходит.
Вдруг он отпускает из цепких лапищ шею дочери и говорит:
— Если она не появится, то замуж за Савелия выйдешь ты! Я даю тебе пять минут!
Мать продолжает выжидающе смотреть на нее:
— Она сбежала? — спрашивает тихо, но ее голос не ласкает, а выносит приговор: — Надевай платье. У тебя пять минут.
Дверь в туалет резко открылась. Я посмотрела назад через зеркало и замерла со спонжиком в руке. Это был никто иной, как мой партнёр Власов.
— Ты двери перепутал?
— В мужском ремонт, — в отличие от меня он говорил спокойно и разумеется, это была чистой воды ложь туалет работал. Взял какой-то предмет и подпёр им двери. А я следила в недоумении за его действиями через зеркало, оставаясь к нему спиной.
— Власов… ты… что делаешь?
Он повернулся с каменным выражением лица, подошёл ко мне и прижал к столешнице своим телом.
— Ты с ума сошёл? Убери руки от меня!
— Не уберу. Как же ты меня бесишь, Ковалёва, — моё платье поползло вверх.
— Аналогично! Что ты… не смей… не смей!
— Посмею.
— Ты двери перепутал?
— В мужском ремонт, — в отличие от меня он говорил спокойно и разумеется, это была чистой воды ложь туалет работал. Взял какой-то предмет и подпёр им двери. А я следила в недоумении за его действиями через зеркало, оставаясь к нему спиной.
— Власов… ты… что делаешь?
Он повернулся с каменным выражением лица, подошёл ко мне и прижал к столешнице своим телом.
— Ты с ума сошёл? Убери руки от меня!
— Не уберу. Как же ты меня бесишь, Ковалёва, — моё платье поползло вверх.
— Аналогично! Что ты… не смей… не смей!
— Посмею.
— Ты изменилась, Вера. Стала более жесткой.
— Спасибо, у меня был хороший учитель.
— Я не сказал, что это хорошо.
Пять лет назад Тимур Шахов стал моим первым мужчиной, а потом предал: выбрал карьеру в другом городе и более опытную любовницу, оставив меня по осколкам собирать свое сердце и жизнь дальше. Его возвращение пять лет спустя не сулит мне ничего хорошего: теперь он вновь мой начальник и, кажется, не прочь вернуть нашу прошлую связь, но и я уже не та наивная дурочка и ни за что позволю ему меня снова использовать.
— Спасибо, у меня был хороший учитель.
— Я не сказал, что это хорошо.
Пять лет назад Тимур Шахов стал моим первым мужчиной, а потом предал: выбрал карьеру в другом городе и более опытную любовницу, оставив меня по осколкам собирать свое сердце и жизнь дальше. Его возвращение пять лет спустя не сулит мне ничего хорошего: теперь он вновь мой начальник и, кажется, не прочь вернуть нашу прошлую связь, но и я уже не та наивная дурочка и ни за что позволю ему меня снова использовать.
— Почему вы так смотрите? — слышу вопрос, и от него моя улыбка становится только шире.
Удивительная девушка Алевтина Редкая!
Любая другая уже флиртовала бы в ответ на мой красноречивый взгляд, а эта уточняет его причины. И от этой необычности меня заводит ещё сильнее. Редкая и есть!
— Потому что ты мне нравишься, Алевтина, — подмигиваю ей.
Если это игра такая, что вполне вероятно, то я подыграю.
— И я тебе тоже, так ведь, Алевтина Григорьевна? — улыбки в моей фразе уже нет. — Я привык прямо сообщать о своих желаниях, — киваю, глядя на свою новоиспечённую помощницу. — И получать то, что желаю. А в настоящее время я хочу тебя!
Теперь Аля бледнеет.
— Сообщаю тебе об этом, чтобы ты подумала и приняла решение.
— Ка…какое решение? — девушка ещё и заикаться начала.
Мне становится немного не по себе. Что-то я упускаю или не понимаю? Реакция Алевтины меня удивляет.
— Приятное и взаимовыгодное, — отклоняюсь назад и сверху смотрю на Алю.
Удивительная девушка Алевтина Редкая!
Любая другая уже флиртовала бы в ответ на мой красноречивый взгляд, а эта уточняет его причины. И от этой необычности меня заводит ещё сильнее. Редкая и есть!
— Потому что ты мне нравишься, Алевтина, — подмигиваю ей.
Если это игра такая, что вполне вероятно, то я подыграю.
— И я тебе тоже, так ведь, Алевтина Григорьевна? — улыбки в моей фразе уже нет. — Я привык прямо сообщать о своих желаниях, — киваю, глядя на свою новоиспечённую помощницу. — И получать то, что желаю. А в настоящее время я хочу тебя!
Теперь Аля бледнеет.
— Сообщаю тебе об этом, чтобы ты подумала и приняла решение.
— Ка…какое решение? — девушка ещё и заикаться начала.
Мне становится немного не по себе. Что-то я упускаю или не понимаю? Реакция Алевтины меня удивляет.
— Приятное и взаимовыгодное, — отклоняюсь назад и сверху смотрю на Алю.
– Она беременна, – повторяет он, словно тоже не верит в то, что произносит.
Внутри все сжимается. Дыхание перехватывает. Я поднимаю на него взгляд, полный обиды и растерянности, но он не выдерживает и опускает глаза.
– И что теперь? – мой голос звучит так тихо, что едва ли напоминает меня саму. – Ты просто уйдешь?
Он молчит. Я чувствую, как начинает заполнять меня смесь гнева и боли.
– И сколько это уже… продолжается? – спрашиваю, сглатывая внезапный комок в горле.
– Несколько месяцев, – отвечает он. Его голос звучит почти механически.
– Несколько месяцев? – срывается с губ, и слезы подступают к глазам. Столько лет вместе, а я ничего не замечала, ничего не понимала.
– Не раздувай из этого трагедию. В нашем возрасте это уже смешно. У нас вон внуки на носу.
– В каком таком возрасте? – произношу еле слышно. – Мне вот только сорок пять недавно стукнуло
Внутри все сжимается. Дыхание перехватывает. Я поднимаю на него взгляд, полный обиды и растерянности, но он не выдерживает и опускает глаза.
– И что теперь? – мой голос звучит так тихо, что едва ли напоминает меня саму. – Ты просто уйдешь?
Он молчит. Я чувствую, как начинает заполнять меня смесь гнева и боли.
– И сколько это уже… продолжается? – спрашиваю, сглатывая внезапный комок в горле.
– Несколько месяцев, – отвечает он. Его голос звучит почти механически.
– Несколько месяцев? – срывается с губ, и слезы подступают к глазам. Столько лет вместе, а я ничего не замечала, ничего не понимала.
– Не раздувай из этого трагедию. В нашем возрасте это уже смешно. У нас вон внуки на носу.
– В каком таком возрасте? – произношу еле слышно. – Мне вот только сорок пять недавно стукнуло
- Чтобы уйти от мужа мне нужны деньги – хотя бы на полгода лечения сына, - вздохнула я.
- Значит, тебе нужна классная работа! Иди к Марку Юматову, - предложила подруга, но я лишь нервно хихикнула:
- Я не могу к нему пойти! Это же предательство. Он основной противник мужа на пост мэра!
- Ира, ты себя слышишь? Ты только что застукала своего мужа с любовницей, и после этого переживаешь, что предаешь его?
Пятнадцать лет брака, счастливая семья, а потом… я узнаю, что муж мне изменил. И он угрожает перестать оплачивать лечение сына, если я подам на развод! Теперь, чтобы обрести свободу я должна заключить союз с главным конкурентом мужа на выборах. Что из этого получится - даже страшно представить…
- Значит, тебе нужна классная работа! Иди к Марку Юматову, - предложила подруга, но я лишь нервно хихикнула:
- Я не могу к нему пойти! Это же предательство. Он основной противник мужа на пост мэра!
- Ира, ты себя слышишь? Ты только что застукала своего мужа с любовницей, и после этого переживаешь, что предаешь его?
Пятнадцать лет брака, счастливая семья, а потом… я узнаю, что муж мне изменил. И он угрожает перестать оплачивать лечение сына, если я подам на развод! Теперь, чтобы обрести свободу я должна заключить союз с главным конкурентом мужа на выборах. Что из этого получится - даже страшно представить…
Выберите полку для книги