Книги в жанре «Служебный роман»
Часики тикают. Когда-то я обещала боссу минимум три года не уходить в декрет, но прошло уже пять лет, а я до сих пор не беременна. У меня даже мужа нет. Да что там, я вообще девственница! Ведь единственная особь мужского пола, с которой я общаюсь, – это мой босс, потому что все время провожу на работе.
Но сегодня у меня первая встреча с парнем из приложения, поэтому сверхурочная работа отменяется. Даже не надеюсь, что босс, этот тиранобаран и заядлый холостяк, меня поймет и так легко отпустит. Мне остается только уволиться, чтобы успеть на свидание.
Так что, адьос, босс! Я ухожу замуж…
# не уверенная в себе девушка, которая жаждет женского счастья # уверенный в себе мужик, который и так не страдает # чуток иронии # чуток дурачества
Но сегодня у меня первая встреча с парнем из приложения, поэтому сверхурочная работа отменяется. Даже не надеюсь, что босс, этот тиранобаран и заядлый холостяк, меня поймет и так легко отпустит. Мне остается только уволиться, чтобы успеть на свидание.
Так что, адьос, босс! Я ухожу замуж…
# не уверенная в себе девушка, которая жаждет женского счастья # уверенный в себе мужик, который и так не страдает # чуток иронии # чуток дурачества
Дверь открывается и в аудиторию входит он, наш новый препод.
Становится очень тихо.
Все студенты, затаив дыхание рассматривают того, о ком уже с неделю ходят слухи, разжигающие любопытство всей женской половины института.
Успешный бизнесмен, сын олигарха, завидный холостяк, красавец – мужчина.
Отрываю взгляд от планшета, и едва успеваю подавить крик возмущения.
О, нет! Только не он! Этого гада итак слишком много в моей жизни.
Он – брат мужа моей любимой сестрёнки Вирджинии.
Он - заместитель генерального директора в компании, где я работаю.
Но, главное, он – хам, пошляк и циничный мерзавец, от которого я всеми силами стараюсь держаться подальше.
- Меня зовут Филипп Романович Сафронов. Два раза в неделю я буду вести у вас спецкурс по оперативному маркетингу. – он обводит взглядом аудиторию, на пару секунд дольше задерживается на моей скромной персоне.
– Есть вопросы? – спрашивает, глядя на меня в упор.
Становится очень тихо.
Все студенты, затаив дыхание рассматривают того, о ком уже с неделю ходят слухи, разжигающие любопытство всей женской половины института.
Успешный бизнесмен, сын олигарха, завидный холостяк, красавец – мужчина.
Отрываю взгляд от планшета, и едва успеваю подавить крик возмущения.
О, нет! Только не он! Этого гада итак слишком много в моей жизни.
Он – брат мужа моей любимой сестрёнки Вирджинии.
Он - заместитель генерального директора в компании, где я работаю.
Но, главное, он – хам, пошляк и циничный мерзавец, от которого я всеми силами стараюсь держаться подальше.
- Меня зовут Филипп Романович Сафронов. Два раза в неделю я буду вести у вас спецкурс по оперативному маркетингу. – он обводит взглядом аудиторию, на пару секунд дольше задерживается на моей скромной персоне.
– Есть вопросы? – спрашивает, глядя на меня в упор.
- Ты врешь мне с первого дня, Аня, — прошептал босс. Его губы были в сантиметре от моих, его рука скользнула мне под футболку. - Я хочу знать, зачем.
- Я не… - попыталась я отстраниться, но сильные руки не пустили. Я не знала, чего боялась больше: поцелуя или того, что он узнает правду.
- Кто ты? – от его близости и прикосновений меня бросило в жар.
- Я ваша…сотрудница.
- Врешь. Зачем ты обыскивала мой дом?
Босс Роман Руднев считает меня дочерью влиятельного бизнесмена. У меня же есть свои, веские причины оставаться в чужой роли как можно дольше. Вот только в мои планы совсем не входили чувства к боссу…
- Я не… - попыталась я отстраниться, но сильные руки не пустили. Я не знала, чего боялась больше: поцелуя или того, что он узнает правду.
- Кто ты? – от его близости и прикосновений меня бросило в жар.
- Я ваша…сотрудница.
- Врешь. Зачем ты обыскивала мой дом?
Босс Роман Руднев считает меня дочерью влиятельного бизнесмена. У меня же есть свои, веские причины оставаться в чужой роли как можно дольше. Вот только в мои планы совсем не входили чувства к боссу…
- Я предупреждал, что сделаю твою жизнь в офисе невыносимой? Погоди, это ещё не всё! Сейчас начнётся самое интересное! – быстрыми движениями длинных пальцев босс что-то делает в своём телефоне.
И, вдруг, из его мобильника доносятся громкие, характерные звуки.
- Нравится?! – ухмыляется он, жутко довольный собой.
- Прекратите это, немедленно! – ору я, но мой голос тонет в какофонии звонких шлепков и сладострастных стонов.
- Да, детка! Кричи громче! – издевается гад, не позволяя мне вырваться из своих цепких объятий.
- Пусти, сволочь!
- Сиди тихо, Козликова! Если не хочешь, чтобы я сделал это – кивает на телефон – с тобой, на самом деле!
И, судя, по его мерзкой ухмылке и властной руке, сжимающей мою талию, это не пустая угроза. Замираю, понимая всю абсурдность и безнадёжность своей ситуации.
- Как думаешь, достаточно для достоверности? Хотя, нет, маловато. Не хочу, прослыть скорострелом.
По щекам текут слёзы. Он победил. После такого позора, я могу сделать только одно – увол
И, вдруг, из его мобильника доносятся громкие, характерные звуки.
- Нравится?! – ухмыляется он, жутко довольный собой.
- Прекратите это, немедленно! – ору я, но мой голос тонет в какофонии звонких шлепков и сладострастных стонов.
- Да, детка! Кричи громче! – издевается гад, не позволяя мне вырваться из своих цепких объятий.
- Пусти, сволочь!
- Сиди тихо, Козликова! Если не хочешь, чтобы я сделал это – кивает на телефон – с тобой, на самом деле!
И, судя, по его мерзкой ухмылке и властной руке, сжимающей мою талию, это не пустая угроза. Замираю, понимая всю абсурдность и безнадёжность своей ситуации.
- Как думаешь, достаточно для достоверности? Хотя, нет, маловато. Не хочу, прослыть скорострелом.
По щекам текут слёзы. Он победил. После такого позора, я могу сделать только одно – увол
- Кто отец Оли? – Разумовский нависает надо мной.
- Вы его не знаете, – не поддаюсь на жёсткость в мужском голосе.
- Уверена, мадам Белочкина? А если я выясню?
- Замучаетесь, Николай Степанович. Мне пора.
- Я ещё не закончил.
- Вы больше не мой босс, так что не можете мне приказывать.
- Да неужели, Любочка?! А что ты скажешь на то, что я аннулировал твоё заявление на увольнение, так как по подписанному тобою ранее договору, ты обязана отработать в фирме пять лет. А иначе плати неустойку.
Год! Ещё целый год на одном этаже с ним? А между нами наша дочь, о которой он никогда не должен был узнать?!
Белочкина, это попадос!
- Вы его не знаете, – не поддаюсь на жёсткость в мужском голосе.
- Уверена, мадам Белочкина? А если я выясню?
- Замучаетесь, Николай Степанович. Мне пора.
- Я ещё не закончил.
- Вы больше не мой босс, так что не можете мне приказывать.
- Да неужели, Любочка?! А что ты скажешь на то, что я аннулировал твоё заявление на увольнение, так как по подписанному тобою ранее договору, ты обязана отработать в фирме пять лет. А иначе плати неустойку.
Год! Ещё целый год на одном этаже с ним? А между нами наша дочь, о которой он никогда не должен был узнать?!
Белочкина, это попадос!
- Ты обманула меня, Алиса, - босс наступает на меня, оттесняя к стене. – Думала, я не узнаю, что ты девственница?
- Простите, Демид Игоревич. Мне просто очень нужны были деньги. У нас тяжёлая семейная ситуация… Если я не подхожу вам, то всё верну!
Я пришла устраиваться на должность секретаря, но босс предложил мне стать суррогатной матерью его ребёнка.
Он обещал большие деньги, которые были мне очень нужны, и я решилась немного соврать в своём резюме, но теперь… Мне придётся расплатиться за свою ложь.
- Я предпочитаю зачатие естественным путём. Раздевайся, Алиса!
Завершено!
- Простите, Демид Игоревич. Мне просто очень нужны были деньги. У нас тяжёлая семейная ситуация… Если я не подхожу вам, то всё верну!
Я пришла устраиваться на должность секретаря, но босс предложил мне стать суррогатной матерью его ребёнка.
Он обещал большие деньги, которые были мне очень нужны, и я решилась немного соврать в своём резюме, но теперь… Мне придётся расплатиться за свою ложь.
- Я предпочитаю зачатие естественным путём. Раздевайся, Алиса!
Завершено!
— Золушка? Ты?! — край тяжелой льняной скатерти резко взмывает вверх.
Замираю, до побеления костяшек сжимая щетку. Надо мной, сверкая темным взглядом, нависает Эмир Султанов. Турецкий миллиардер. Отец моей дочери.
— Что ты здесь делаешь? — его голос, тихий и вкрадчивый, обдает меня морозом.
— Эмир, что за цирк?! — истерично визжит сверху его спутница, которая еще пять минут назад вслух планировала, как обманом залетит от него ради денег. — Безобразие! Увольте эту оборванку немедленно!
Прихожу в себя на этих словах. Дергаюсь, чтобы выскользнуть из-под стола, но тишину элитного зала вспарывает злой крик:
— Зоя! Какого черта ты там прячешься?! Иди забирай свою дочь, я не нанималась работать нянькой!
Сердце пропускает удар.
В дверях стоит администратор, крепко держа за руку мою трехлетнюю малышку.
Эмир замирает.
Сейчас он все поймет. Поймет, что та ночь три года назад не прошла бесследно.
И как нам спастись, если миллиардер Султанов решит забрать свое?
Замираю, до побеления костяшек сжимая щетку. Надо мной, сверкая темным взглядом, нависает Эмир Султанов. Турецкий миллиардер. Отец моей дочери.
— Что ты здесь делаешь? — его голос, тихий и вкрадчивый, обдает меня морозом.
— Эмир, что за цирк?! — истерично визжит сверху его спутница, которая еще пять минут назад вслух планировала, как обманом залетит от него ради денег. — Безобразие! Увольте эту оборванку немедленно!
Прихожу в себя на этих словах. Дергаюсь, чтобы выскользнуть из-под стола, но тишину элитного зала вспарывает злой крик:
— Зоя! Какого черта ты там прячешься?! Иди забирай свою дочь, я не нанималась работать нянькой!
Сердце пропускает удар.
В дверях стоит администратор, крепко держа за руку мою трехлетнюю малышку.
Эмир замирает.
Сейчас он все поймет. Поймет, что та ночь три года назад не прошла бесследно.
И как нам спастись, если миллиардер Султанов решит забрать свое?
Любоваться моим боссом со стороны — сплошное удовольствие, но вот знакомиться с ним… Я никому не советую, если, конечно, вы не задались целью разбить своё сердце навечно.
По мнению глянцевых и бизнес-изданий Орлов Мирон — один из самых завидных холостяков нашей страны. И, скорее всего, он таковым и останется, потому что привык менять подружек со скоростью света.
Мы проработали вместе год, и я была уверена, что никогда не поддамся его дьявольским чарам. Но внезапно случилось неожиданное — утром мы проснулись в одной постели.
По мнению глянцевых и бизнес-изданий Орлов Мирон — один из самых завидных холостяков нашей страны. И, скорее всего, он таковым и останется, потому что привык менять подружек со скоростью света.
Мы проработали вместе год, и я была уверена, что никогда не поддамся его дьявольским чарам. Но внезапно случилось неожиданное — утром мы проснулись в одной постели.
Пришла на кастинг моделей плюс-сайз – получила отказ.
По столичным меркам надо худеть и для плюс-сайза…
Пришла в модный дом одежду рекламировать – получила… швабру.
Теперь я уборщица в компании, где создают идеальную красоту и где работает мужчина, не привыкший ошибаться.
Ну что ж, где наша не пропадала? Значит, будем мыть полы.
Главное не забывать, как ходить по подиуму, когда никто не видит. И не влюбляться в босса. А ещё не попадаться его идеальной невесте, у которой слишком много скелетов, ой, секретов в шкафу.
Только вот проблемка – я оказываюсь единственной, кто может спасти их рекламную кампанию, но для этого придётся разрушить чужую идеальную жизнь.
Вот только… кто спасёт меня?
По столичным меркам надо худеть и для плюс-сайза…
Пришла в модный дом одежду рекламировать – получила… швабру.
Теперь я уборщица в компании, где создают идеальную красоту и где работает мужчина, не привыкший ошибаться.
Ну что ж, где наша не пропадала? Значит, будем мыть полы.
Главное не забывать, как ходить по подиуму, когда никто не видит. И не влюбляться в босса. А ещё не попадаться его идеальной невесте, у которой слишком много скелетов, ой, секретов в шкафу.
Только вот проблемка – я оказываюсь единственной, кто может спасти их рекламную кампанию, но для этого придётся разрушить чужую идеальную жизнь.
Вот только… кто спасёт меня?
— Диана, садись в машину! Свидание окончено, - холодно бросает мне босс, снисходительно глядя на моего коллегу, с которым у нас свидание.
Должно было быть.
— Почему... почему вы вечно все портите?!
— Может, я просто лучше знаю, кто тебе нужен? - подмигивает он.
Мой босс портит мне жизнь лучше, чем кто-либо другой. Но когда я, не выдержав, увольняюсь, он делает то, чего я ожидала меньше всего.
— Раз уж ты так хочешь свидание, то пойдешь со мной!
Только я не знала, к чему это приведет...
Должно было быть.
— Почему... почему вы вечно все портите?!
— Может, я просто лучше знаю, кто тебе нужен? - подмигивает он.
Мой босс портит мне жизнь лучше, чем кто-либо другой. Но когда я, не выдержав, увольняюсь, он делает то, чего я ожидала меньше всего.
— Раз уж ты так хочешь свидание, то пойдешь со мной!
Только я не знала, к чему это приведет...
Выберите полку для книги