Книги в жанре «Служебный роман»
- Зачем ты оставила ему свой номер?
- Он и у тебя есть, это не государственная тайна.
- Ты таких бабников в жизни не встречала, он женщин просто коллекционирует!
- И что? Я с ним спать не планирую, а если и захочу, стану экспонатом его коллекции, или нет – тебя не касается.
- У него свадьба через два месяца.
- Да какая мне разница? И какая разница тебе? – смотрю в синие глаза с вызовом. Глеб стискивает зубы, под кожей гуляют желваки. – Если на этом всё, мне надо работать.
Пока иду до двери, жду, что остановит. Но Глеб молчит. Намеренно оттягиваю момент расставания, собираюсь открыть дверь, но не успеваю – ладонь ложиться поверх неё, аккурат перед моим лицом.
- Он и у тебя есть, это не государственная тайна.
- Ты таких бабников в жизни не встречала, он женщин просто коллекционирует!
- И что? Я с ним спать не планирую, а если и захочу, стану экспонатом его коллекции, или нет – тебя не касается.
- У него свадьба через два месяца.
- Да какая мне разница? И какая разница тебе? – смотрю в синие глаза с вызовом. Глеб стискивает зубы, под кожей гуляют желваки. – Если на этом всё, мне надо работать.
Пока иду до двери, жду, что остановит. Но Глеб молчит. Намеренно оттягиваю момент расставания, собираюсь открыть дверь, но не успеваю – ладонь ложиться поверх неё, аккурат перед моим лицом.
Один перепутанный заказ – и жизнь Майи Цветковой превращается в кондитерский триллер.
Она – невысокая «пышка» с талантом создавать шедевры из сахара и муки.
Он – Тимур Волков, суровый владелец империи, привыкший к стальной дисциплине и безупречному порядку.
Майя Цветкова точно знает: путь к сердцу мужчины лежит через желудок, а путь к катастрофе – через перепутанный адрес доставки. Сможет ли железная выдержка олигарха устоять перед ароматом ванили, или эта ошибка по Фрейду станет самой сладкой ошибкой в его жизни?
Она – невысокая «пышка» с талантом создавать шедевры из сахара и муки.
Он – Тимур Волков, суровый владелец империи, привыкший к стальной дисциплине и безупречному порядку.
Майя Цветкова точно знает: путь к сердцу мужчины лежит через желудок, а путь к катастрофе – через перепутанный адрес доставки. Сможет ли железная выдержка олигарха устоять перед ароматом ванили, или эта ошибка по Фрейду станет самой сладкой ошибкой в его жизни?
В половину второго я уже была в офисе. Запыхавшаяся, злая и безумно кровожадная. В коридорах царила странная атмосфера: все перешёптывались, кучковались, бросая тревожные взгляды на дверь переговорной.
— Олька! — подскочила ко мне Катька из бухгалтерии. — Ты не представляешь! Я слышала, новый босс из Москвы. Всех старых разгоняет, своих приводит. Нашего Ивана Петровича уже, говорят, попросили...
Я слушала вполуха. Честно, было совершенно неинтересно.
— Проходим, проходим! — засуетилась секретарша, и мы все втянулись в переговорную, где с кислым лицом уже стоял Иван Петрович.
— Коллеги, позвольте представить вам нового руководителя нашего филиала. Максим Дмитриевич Соболев. Прошу любить и жаловать!
Мамочки, это же красавчик из клуба…
«Поздравляю, Синичкина. Ты попала!».
Желая помочь оправиться после предательства мужа, лучшая подруга потащила меня в клуб. Там я познакомилась с шикарным мужчиной и провела с ним фантастическую ночь! Эх… Знала бы я, что он окажется моим новым босс
— Олька! — подскочила ко мне Катька из бухгалтерии. — Ты не представляешь! Я слышала, новый босс из Москвы. Всех старых разгоняет, своих приводит. Нашего Ивана Петровича уже, говорят, попросили...
Я слушала вполуха. Честно, было совершенно неинтересно.
— Проходим, проходим! — засуетилась секретарша, и мы все втянулись в переговорную, где с кислым лицом уже стоял Иван Петрович.
— Коллеги, позвольте представить вам нового руководителя нашего филиала. Максим Дмитриевич Соболев. Прошу любить и жаловать!
Мамочки, это же красавчик из клуба…
«Поздравляю, Синичкина. Ты попала!».
Желая помочь оправиться после предательства мужа, лучшая подруга потащила меня в клуб. Там я познакомилась с шикарным мужчиной и провела с ним фантастическую ночь! Эх… Знала бы я, что он окажется моим новым босс
— И чего это я в тебя такой влюблённый, Морковкина? — подшучиваю над своей рыженькой сотрудницей.
— Я вас приворожила, — выдаёт она с испуганными глазами.
— Что ты сделала?
— Приворожила. Совершенно случайно, честное слово. Я ж думала это несерьёзно всё. И вообще, это дочка придумала, — тараторит взволнованно.
— Мелкая морковка? — вспоминаю милую девчушку, с которой по воле случая провёл уик-энд в деревне, пока её мать в свой законный выходной коптела над годовым бюджетом моей корпорации, — вот это урожай.
— Простите, — лопочет смущённо.
— Ну что ты, всё складывается как нельзя лучше, — в голове тут же рождается план, — советую тебе себя ко мне тоже приворожить, Морковкина, потому что в ближайший год нам предстоит жить вместе.
— Я вас приворожила, — выдаёт она с испуганными глазами.
— Что ты сделала?
— Приворожила. Совершенно случайно, честное слово. Я ж думала это несерьёзно всё. И вообще, это дочка придумала, — тараторит взволнованно.
— Мелкая морковка? — вспоминаю милую девчушку, с которой по воле случая провёл уик-энд в деревне, пока её мать в свой законный выходной коптела над годовым бюджетом моей корпорации, — вот это урожай.
— Простите, — лопочет смущённо.
— Ну что ты, всё складывается как нельзя лучше, — в голове тут же рождается план, — советую тебе себя ко мне тоже приворожить, Морковкина, потому что в ближайший год нам предстоит жить вместе.
– Пока ты в моем отделении, ты везде рядом со мной. Если меня в отделении нет, тебя здесь тоже быть не должно. Если тебе нужно выйти, ты предупреждаешь меня.
– Что все это значит? – возмутилась я уже от души.
– Это значит, что ты теперь моя. Я так решил.
Он говорит, что это все для моей безопасности. Но я чувствую, что это не так. Я для него – трофей в бою. Но что, если наши сердца в этом бою проиграют?
– Что все это значит? – возмутилась я уже от души.
– Это значит, что ты теперь моя. Я так решил.
Он говорит, что это все для моей безопасности. Но я чувствую, что это не так. Я для него – трофей в бою. Но что, если наши сердца в этом бою проиграют?
Она сбежала за границу, потому что струсила. Он сходил с ума. Она вернулась, и ей придется расплатиться за свое бегство.
******************************
- Как ты могла, рыжая?
В его голосе столько боли, что меня рвет на части. Я ощущаю ее как свою. Мое лицо заливают слезы, не получается произнести ни слова. Да я и не знаю, что ему сказать, как оправдать себя. Я не волшебник и отмотать назад время не смогу.
Делаю несмелый шаг к нему, но он дергается и выставляет руку вперед. Впервые с момента нашего знакомства он не хочет, чтобы я к нему прикасалась. Это причиняет еще большую боль.
- Прости, - проговариваю сквозь всхлипы.
- Не в этот раз.
******************************
- Как ты могла, рыжая?
В его голосе столько боли, что меня рвет на части. Я ощущаю ее как свою. Мое лицо заливают слезы, не получается произнести ни слова. Да я и не знаю, что ему сказать, как оправдать себя. Я не волшебник и отмотать назад время не смогу.
Делаю несмелый шаг к нему, но он дергается и выставляет руку вперед. Впервые с момента нашего знакомства он не хочет, чтобы я к нему прикасалась. Это причиняет еще большую боль.
- Прости, - проговариваю сквозь всхлипы.
- Не в этот раз.
— Моей дочери нужна мама, и ты на эту роль подходишь лучше всего, — заявил мой босс.
Сначала он потребовал, чтобы я летела с ним в отпуск, потом вообще заставил притворяться его женой и матерью его дочки, так что я уже не удивлялась ничему.
— И что вы предлагаете?
— Я предлагаю брак.
— А вы… Ермак Богданович, влюблены в меня, получается? — предположила несмело.
— При чём тут любовь, Кошкина? Нам что по пять лет? Естественно, я предлагаю тебе брак по расчёту.
— По расчёту… это как?
— Очень просто. По расчёту — это значит за деньги.
— За какие деньги?
— За большие, Вася. Коих тебе точно хватит, чтобы оплатить операцию твоей сестры и на много чего ещё.
Откуда он знает?
— Я должна заботиться о вашей дочери, и всё?
— Ну, разумеется, не всё. На регулярное исполнение супружеского долга я тоже претендую.
Сначала он потребовал, чтобы я летела с ним в отпуск, потом вообще заставил притворяться его женой и матерью его дочки, так что я уже не удивлялась ничему.
— И что вы предлагаете?
— Я предлагаю брак.
— А вы… Ермак Богданович, влюблены в меня, получается? — предположила несмело.
— При чём тут любовь, Кошкина? Нам что по пять лет? Естественно, я предлагаю тебе брак по расчёту.
— По расчёту… это как?
— Очень просто. По расчёту — это значит за деньги.
— За какие деньги?
— За большие, Вася. Коих тебе точно хватит, чтобы оплатить операцию твоей сестры и на много чего ещё.
Откуда он знает?
— Я должна заботиться о вашей дочери, и всё?
— Ну, разумеется, не всё. На регулярное исполнение супружеского долга я тоже претендую.
— Суворова. Управление боевой подготовки. Приказ министра. Учения. Старт завтра, шесть ноль-ноль.
Он оборачивается.
Высокий, под два метра. Брюнет, зеленые глаза и седина на висках.
Он усмехается.
— Кажется, вы ошиблись этажом. — Кивает на дверь. — Кухня внизу.
— На кухне кормят, — говорю. — А я приехала вас морить голодом семь суток.
Кидает на меня свой генеральский взгляд. Не вышло.
— Слушай сюда. — Он подается вперед. — Ты начиталась бумажек в теплом кабинете и приехала ко мне в часть играть в войнушку. Я командую пятнадцать лет.
***
— Будешь выполнять все, что скажет Анна Александровна. Или сдашь должность к обеду. Понятно?
— Понял, товарищ заместитель министра, — говорит он на весь кабинет.
Завтра я заставлю его машину работать на всю катушку.
Всю — до последнего болта, до последнего рядового, до него самого.
Если, конечно, он не решит устроить саботаж.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— неподдельные чувства
Он оборачивается.
Высокий, под два метра. Брюнет, зеленые глаза и седина на висках.
Он усмехается.
— Кажется, вы ошиблись этажом. — Кивает на дверь. — Кухня внизу.
— На кухне кормят, — говорю. — А я приехала вас морить голодом семь суток.
Кидает на меня свой генеральский взгляд. Не вышло.
— Слушай сюда. — Он подается вперед. — Ты начиталась бумажек в теплом кабинете и приехала ко мне в часть играть в войнушку. Я командую пятнадцать лет.
***
— Будешь выполнять все, что скажет Анна Александровна. Или сдашь должность к обеду. Понятно?
— Понял, товарищ заместитель министра, — говорит он на весь кабинет.
Завтра я заставлю его машину работать на всю катушку.
Всю — до последнего болта, до последнего рядового, до него самого.
Если, конечно, он не решит устроить саботаж.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— неподдельные чувства
ОН — тиранозавр в костюме:
✔️ Притворяется обычным замом генерального
✔️ Имеет не самую лучшую репутацию в офисе
✔️ Теперь у него дилемма: уволить эту мисс Катастрофу или использовать в своих целях. Ничего личного, только бизнес.
ОНА — молода и почти невинна.
✔️ Да, местами неуклюжа и рассеяна. Устроить потоп в приёмной директора или случайно разослать секретные документы всему офису для нее раз плюнуть.
✔️ В остальном - чистый ангел.
Но, что, если у ангела, помимо крыльев, тоже есть тайны и особые пункты в трудовом договоре?
Что откроется первым: Его ложь или ее секрет на миллион?
✔️ Притворяется обычным замом генерального
✔️ Имеет не самую лучшую репутацию в офисе
✔️ Теперь у него дилемма: уволить эту мисс Катастрофу или использовать в своих целях. Ничего личного, только бизнес.
ОНА — молода и почти невинна.
✔️ Да, местами неуклюжа и рассеяна. Устроить потоп в приёмной директора или случайно разослать секретные документы всему офису для нее раз плюнуть.
✔️ В остальном - чистый ангел.
Но, что, если у ангела, помимо крыльев, тоже есть тайны и особые пункты в трудовом договоре?
Что откроется первым: Его ложь или ее секрет на миллион?
– Дядя? – дочка тычет пальчиком в мужское лицо.
– Это твой папа, доченька, – произношу рассеянно, вытягивая фотографию из маленьких пальчиков. – И мама.
Там я еще с длинными черными волосами.
– Папа! – восклицает Вика новое для нее слово, игнорируя знакомое «мама».
Ой! Я сказала «папа» вслух? Надеюсь, дочка не запомнит.
– Дядя, – спешно поправляю ее. – Просто дядя.
– Неть. Папа!
Упрямая какая. Вся в своего отца. И по совместительству… моего босса.
– Это твой папа, доченька, – произношу рассеянно, вытягивая фотографию из маленьких пальчиков. – И мама.
Там я еще с длинными черными волосами.
– Папа! – восклицает Вика новое для нее слово, игнорируя знакомое «мама».
Ой! Я сказала «папа» вслух? Надеюсь, дочка не запомнит.
– Дядя, – спешно поправляю ее. – Просто дядя.
– Неть. Папа!
Упрямая какая. Вся в своего отца. И по совместительству… моего босса.
Выберите полку для книги