Читать и слушать книги

Эта книга — художественное исследование тем отчаяния, последствий необдуманных решений и долгого пути к искуплению. Она не содержит призывов или инструкций. Это сильная и социально ответственная проза, где темные моменты служат одной цели — показать ценность жизни и тяжесть неверного выбора в моменты глубокой беспомощности, чтобы через боль героини говорить с читателем о самом важном: о цене каждого нашего шага, о хрупкости психического здоровья и о том, что спасение и искупление возможны даже там, где, кажется, уже ничего нельзя исправить.

В госпиталь с фронта привезли раненого бойца. И надо же такому случиться, по мере его выздоровления я все больше и больше влюблялась в него. Да что там влюблялась, жить и дышать без него не могла. А он после лечения пойдет воевать дальше.
Увидимся ли мы с ним когда-нибудь? Это война и там на каждом шагу его будут подстерегать опасности. Без него жить не могу, уйду на передовую, чтобы быть ближе к нему.

— Я все знаю, Егор.
— Что ты знаешь? — он смотрит на меня такими невинными глазами, что в другое время я бы безоговорочно ему поверила, но не сегодня.
— Лиля мне все рассказала, хватит врать.
Вижу, как меняется его взгляд, он не испуганный, нет, он вдруг становится холодным, как сталь.
— Видит бог, я не хотел причинять тебе боль, но раз уж так вышло, может, это и к лучшему.
Вот теперь мне становится по-настоящему страшно. Он не отпирается, не пытается превратить все в шутку, оправдаться, сказать, что ошибся, что любит меня. Я физически чувствую, как между нами леденеет пространство.
— Двадцать лет — слишком долгий срок, чтобы любить одну женщину, Вика.
Наш идеальный брак, загородный дом, шикарный сад — все превратилось в пепел за одну секунду. Я осталась у разбитого корыта, с чемоданами вещей в старой бабушкиной хрущевке.
Но когда на моем пороге неожиданно появился Владимир — огромный, надежный и чертовски харизматичный отец моего зятя, у моей судьбы круто изменился курс.

— Доктор психологических наук, а ведёте себя как капризный ребёнок, — его голос был низким и спокойным, словно он проводил сеанс.
— А вы, Павел, ведёте себя как зазнавшийся бабник, которому кажется, что все женщины от него без ума! — выпалила я, сжимая папку с лекциями так, что костяшки пальцев побелели.
Он не смутился. Напротив, уголки его губ поползли вверх, обнажая обаятельную улыбку, от которой у меня ёкнуло где-то в районе диафрагмы.
— Не все, Алёна. Только вы. Пока что.
И тут мой телефон предательски зазвонил. На экране — мама. Весь мой гнев и запал мгновенно испарились, сменившись леденящим страхом. Я побледнела.
— Бежите? — в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.
— Да, — прошептала я, уже отступая. — У меня... срочное дело.
Он кивнул, но его взгляд говорил: «Я знаю, что ты врёшь. И я узнаю, почему».

Вечером после празднования моего пятидесятилетнего юбилея муж неожиданно пришел «серьезно поговорить».
– Я давно хотел сказать! Да послушай же меня… Это срочно!
– Неужели плохие анализы? Нужно будет обязательно пересдать в других медицинских центрах, сходить на консультации к нескольким специалистам, получить полную картину и тогда уже принимать решение о методах лечения… – всё это вмиг пронеслось в голове, и я почувствовала, как неприятно заледенели пальцы.
В висках стучало:
– Ведь знала, что его семейная болячка коварна и может проявиться в любой момент… знала…
– Я встретил другую, у нас всё серьёзно. Я от тебя ухожу, – муж смотрел напряженно и зло.
Что-что?

Галя посвятила свою жизнь благополучию семьи, даже не задумываясь о себе. Близкие же сначала разрушили ее мечту, а потом предали.
Есть ли жизнь после развода в пятьдесят?
Узнаем!

Сын привел в дом девушку и представил, как свою будущую жену. У него уже есть невеста и он должен на ней жениться. Но он уперся, и стаял на своем.
Через несколько дней сын уехал за границу, а девушку оставил в своей квартире, домой мы их не пустили. Через несколько дней решила выпроводить ее оттуда. Открыла своим ключом дверь и увидела умилительную картину. Мой любимый муж, который постоянно клялся в любви и верности, лежит рядом с девицей сына и целует ее.
Такого не может быть! Он предал не только меня, но и сына! Как мне поступить? Я не прощу такого никогда!

Моя жизнь была беззаботной и обыденной, пока в ней не появился он... Монстр оказался намного лучше Принца.
В водовороте безумных чувств, я потеряла всё и обрела свободу. Так стоит ли выбрать чудовище? Или сказка может быть лишь с принцем?

Виталий и Ольга, казалось, пережили свой кризис, но судьба приготовила им новое испытание: Егора, сына Виталия и его бывшей Марины. Марина пыталась украсть важные документы из фирмы Виталия, и перед тем, как ее взяли под стражу, она попросила Виталия присмотреть за сыном. Но как сложатся отношения новоиспеченного отца и 12-летнего мальчика? И когда интриги и тайны навалятся со всех сторон, смогут ли хрупкие отношения Виталия и Ольги выстоять этот шторм?

Олег — театральный актёр, переживающий глубокий кризис. В свои сорок он ощущает, что всё рушится: слава уходит, роли не дают, друзья исчезают, любимая уходит. Но правда ли это? Или он сам виновник собственного падения? В его сознании звучит голос — сначала утешающий, льстящий, поддерживающий... но постепенно становящийся всё более властным, презрительным ко всем, кроме самого Олега. Этот внутренний диалог ведёт героя всё дальше от реальности, пока он не решает снять свой «великий фильм» — последний шанс вернуть себе уважение и признание. Однако, финальная сцена перед пустым залом становится зеркалом, в котором отражается истина — и лишь двое готовы её увидеть: он и его альтер-эго.

«Сцена для одного» — повесть о гордыне, самообмане и болезненной встрече с реальностью. История актёра, который играет главную роль своей жизни — и впервые не знает, кто её написал.

Он помог появиться на свет сотням детей. Но одна душа ждала своего часа много лет.
Лев — врач, в чьих руках ежедневно начинаются новые жизни. Его работа — чудо, стресс и бесконечная ответственность. А ещё — странные, яркие сны о другой жизни, где он совершил непростительное.
Эта история — о любви, которая сильнее смерти. Но главный секрет ждёт в самом конце. Цена искупления окажется невероятной, когда все пазлы сойдутся в одну картину, вы поймёте истинный смысл долга, любви и жизни.
Ведь карма — это не наказание. Это незавершенный урок любви. Душа приходит в мир не для страдания, а для исправления искажения. Его долг был не в том, чтобы «принять много детей», а в том, чтобы осознанно и с любовью встретить одну-единственную душу, путь которой он прервал.