Читать и слушать книги
– Кто вы? Что вам нужно? – испуганно спросила я, пытаясь отстраниться от незнакомца.
– Ты, – ответил он обволакивающим низким голосом. – Хочу чтобы ты станцевала вечером. Только для меня.
– Я не танцую, а плаваю! – я отступила от него на шаг назад, но врезалась в стену. – И я не выезжаю на частные вечеринки.
– Ты. Танцуешь. Сегодня. Для меня, – он четко разделил каждое слово и хищно оскалился: – Так что после шоу далеко не убегай. А даже если убежишь, я все равно тебя поймаю...
– Ты, – ответил он обволакивающим низким голосом. – Хочу чтобы ты станцевала вечером. Только для меня.
– Я не танцую, а плаваю! – я отступила от него на шаг назад, но врезалась в стену. – И я не выезжаю на частные вечеринки.
– Ты. Танцуешь. Сегодня. Для меня, – он четко разделил каждое слово и хищно оскалился: – Так что после шоу далеко не убегай. А даже если убежишь, я все равно тебя поймаю...
- Прости, Лика. Прости, - продолжает шептать мама.
- Сколько ты должна? – спрашиваю обречённо.
Понимаю, что сумма будет не маленькая, но услышав ответ, чуть сознание не теряю.
- Миллион? Миллион, мам?
Хочется рвать на голове волосы. Но это не поможет. Таких денег у меня нет. У мамы, тем более.
- Ты Богдану говорила?
- Нет. Он не поможет. Он предупреждал. Сказал, что, если я попаду, к нему могу не приходить.
- Тогда я к нему пойду.
- Лика… Но ты же его ненавидишь.
- А ты знаешь другие варианты, как тебе помочь?
- Нет.
Отчим поможет мне спасти маму. Ради неё я готова забыть старые обиды. Но готова ли отдать за её спасение самое ценное, что у меня есть?
- Сколько ты должна? – спрашиваю обречённо.
Понимаю, что сумма будет не маленькая, но услышав ответ, чуть сознание не теряю.
- Миллион? Миллион, мам?
Хочется рвать на голове волосы. Но это не поможет. Таких денег у меня нет. У мамы, тем более.
- Ты Богдану говорила?
- Нет. Он не поможет. Он предупреждал. Сказал, что, если я попаду, к нему могу не приходить.
- Тогда я к нему пойду.
- Лика… Но ты же его ненавидишь.
- А ты знаешь другие варианты, как тебе помочь?
- Нет.
Отчим поможет мне спасти маму. Ради неё я готова забыть старые обиды. Но готова ли отдать за её спасение самое ценное, что у меня есть?
Ты теперь по всем законам моя. Навсегда. Думаю, имею полное право поцеловать свою жену.Я не успела ответить, а Олег уже терзал мои губы. Яростно. Ни намека на нежность. Он уже очень давно сдерживался и ждал своего часа. Теперь он в полном праве заявить наменя все права. Ему не нужно мое согласие. Бежать некуда. Помощи ждать не откуда, Олег также резко отрывается от моих губ. В его глазах туман. Жажда. Желание.-Ты мне должна, Лина.-Я?-удивлённо смотрю на Олега.-Да. Ты должна мне нашу первую брачную ночь. А сегодня, как раз она и наступила…
— Итак, Диана, как поживает мой сын? Всё ещё бегает по миру, забывая о семье? — сказал он, его голос был насмешливым, с лёгкой ухмылкой.
Я сглотнула, пытаясь сохранить спокойствие.
— Андрей работает много. Это важно для нас.
— Для нас? — он рассмеялся. — Ты имеешь в виду для тебя? Или для него? Я вижу, как ты сидишь здесь, одна, пока он наслаждается своей командировкой. Скучаешь по нему, да? Или, может, тебе нужно что-то большее?
"Что он подразумевает? Насмехается над моим браком? Как он смеет! Андрей — не идеал, но это не его дело." Я стиснула вилку.
— Мой брак — не ваше дело, Виктор. Мы справляемся.
Он наклонился ближе, его глаза сверкнули.
— Справляетесь? Ты выглядишь напряжённой, Диана. Может, тебе нужно расслабиться. Или, может, мой сын не даёт тебе того, что тебе нужно. Я знаю, как это бывает — женщины в твоём положении часто чувствуют себя... забытыми.
Я сглотнула, пытаясь сохранить спокойствие.
— Андрей работает много. Это важно для нас.
— Для нас? — он рассмеялся. — Ты имеешь в виду для тебя? Или для него? Я вижу, как ты сидишь здесь, одна, пока он наслаждается своей командировкой. Скучаешь по нему, да? Или, может, тебе нужно что-то большее?
"Что он подразумевает? Насмехается над моим браком? Как он смеет! Андрей — не идеал, но это не его дело." Я стиснула вилку.
— Мой брак — не ваше дело, Виктор. Мы справляемся.
Он наклонился ближе, его глаза сверкнули.
— Справляетесь? Ты выглядишь напряжённой, Диана. Может, тебе нужно расслабиться. Или, может, мой сын не даёт тебе того, что тебе нужно. Я знаю, как это бывает — женщины в твоём положении часто чувствуют себя... забытыми.
- Зачем ты вообще на мне женился? Чтобы изменять? – набираюсь смелости, и вскидываю на своего мужа горящий взор.
- Ох, - издевательски смеется он. – У тебя голос прорезался, наконец? Спустя три года? Долго же ты терпела!
- Потому что любила тебя. И верила!
Ярослав срывается с места и вжимает меня в стену, опаляя горячим дыханием.
- И дальше будешь любить и верить. Потому что ты никто без меня. Ноль без палочки! А будешь трепыхаться, я заберу детей. И больше ты их не увидишь!
- Ох, - издевательски смеется он. – У тебя голос прорезался, наконец? Спустя три года? Долго же ты терпела!
- Потому что любила тебя. И верила!
Ярослав срывается с места и вжимает меня в стену, опаляя горячим дыханием.
- И дальше будешь любить и верить. Потому что ты никто без меня. Ноль без палочки! А будешь трепыхаться, я заберу детей. И больше ты их не увидишь!
Егор Светлов, уставший владелец финансовой империи, в попытке сбежать от удушающей успешности встречает в заснеженном отеле Анну — женщину, чья дерзкая красота и спокойная уверенность пробуждают в нём давно забытые чувства. Три дня, отрезанные от мира снежным бураном, становятся для них раем страсти и откровений. Но когда буря утихает, выясняется, что Анна — дочь его лучшего друга и единственного человека, связывавшего Егора с прошлым. Их запретная связь, рождённая из любопытства и выросшая в настоящее чувство, грозит разрушить всё: тридцатилетнюю дружбу, семьи и самих себя.
— Первую брачную ночь проведёшь со мной, — заявляет накануне свадьбы отец жениха, властный и красивый Ратмир Казаченко.
В первую секунду кажется, что послышалось.
Но потом он прижимает к себе и жарко шепчет на ухо:
— Я знаю твою страшную тайну, Ника, знаю, что ты натворила. Если не хочешь, чтобы её узнали другие, будешь послушной, сделаешь всё, как я скажу, поняла?
— Что? Нет… вы не можете…
От его парфюма кружится голова, от его близости всё внутри горит.
А в соседней комнате прямо сейчас мой жених.
Если он зайдёт и увидит нас… будет катастрофа!
— Я могу всё, девочка, — говорит Ратмир хриплым голосом, — после банкета сразу в мой номер поднимешься. Ослушаешься – тебе конец.
Он не даёт ответить, сминает мои губы жёстким поцелуем.
— Ты недостойна быть невестой моего сына, — улыбается, похожий на зверя, — а на роль моей послушной подстилки сгодишься…
В первую секунду кажется, что послышалось.
Но потом он прижимает к себе и жарко шепчет на ухо:
— Я знаю твою страшную тайну, Ника, знаю, что ты натворила. Если не хочешь, чтобы её узнали другие, будешь послушной, сделаешь всё, как я скажу, поняла?
— Что? Нет… вы не можете…
От его парфюма кружится голова, от его близости всё внутри горит.
А в соседней комнате прямо сейчас мой жених.
Если он зайдёт и увидит нас… будет катастрофа!
— Я могу всё, девочка, — говорит Ратмир хриплым голосом, — после банкета сразу в мой номер поднимешься. Ослушаешься – тебе конец.
Он не даёт ответить, сминает мои губы жёстким поцелуем.
— Ты недостойна быть невестой моего сына, — улыбается, похожий на зверя, — а на роль моей послушной подстилки сгодишься…
– Мне нужны деньги. Много.
– Хорошо, — произнес он. Спокойно. Без эмоций. — Я дам тебе денег, Дана.
Я едва не рухнула от облегчения, но его следующая фраза вогнала меня обратно в кресло.
– Сейчас ты едешь ко мне. Собираешь вещи и переезжаешь в мой пентхаус. Сегодня же.
Я пришла к Воронову за деньгами, а получила ультиматум: он платит мои долги, а я становлюсь его пленницей в роскошном пентхаусе.
Здесь все напоминает о моей матери, но он уверяет, что ее здесь не было. Он лжет. Как лжет и мое тело, которое тянется к тому, кого должна презирать.
Наша связь — грех. Наше влечение — яд.
А его следующая команда прозвучала в тишине моей спальни: «Сними это. Прямо сейчас»
– Хорошо, — произнес он. Спокойно. Без эмоций. — Я дам тебе денег, Дана.
Я едва не рухнула от облегчения, но его следующая фраза вогнала меня обратно в кресло.
– Сейчас ты едешь ко мне. Собираешь вещи и переезжаешь в мой пентхаус. Сегодня же.
Я пришла к Воронову за деньгами, а получила ультиматум: он платит мои долги, а я становлюсь его пленницей в роскошном пентхаусе.
Здесь все напоминает о моей матери, но он уверяет, что ее здесь не было. Он лжет. Как лжет и мое тело, которое тянется к тому, кого должна презирать.
Наша связь — грех. Наше влечение — яд.
А его следующая команда прозвучала в тишине моей спальни: «Сними это. Прямо сейчас»
Я кричу ему в лицо, что мне не нужна помощь, он спрашивает куда смотрит мой отец! Я говорю, что не нуждаюсь в нем, он ограждает меня от проблем. Почему все мои "нет", он слышит как "да"?
Может потому, что и правда нужен мне?
___________________________________
Мрачный сыровар помогает мне по дороге в новое место жительство. Я новая учительница в школе, он пугающий и таинственный кавказец. И на первый взгляд всё просто, если бы не одно "но"...
Может потому, что и правда нужен мне?
___________________________________
Мрачный сыровар помогает мне по дороге в новое место жительство. Я новая учительница в школе, он пугающий и таинственный кавказец. И на первый взгляд всё просто, если бы не одно "но"...
-Остановите машину! - прошу я.
Но такое ощущение, что меня не слышат! Никто даже ухом не ведёт!
-Я напишу заявление в полицию! За... - почему-то в голове появляется только одна формулировка и я её тут же озвучиваю. - Оскорбление чести и достоинства.
Водитель хмыкает, но потом, словно получает невидимый тычок, резко замолкает.
-Ну, ладно! - достаю из кармана юбки свой телефон. - Вы сами, если что виноваты.
Набираю 911 и спокойно прикладываю трубку к уху.
Тот, кого называли Шах, протягивает руку ладонью вверх.
-Отдала, - ледяным голосом.
Одновременно с ним из телефона говорят:
-911, слушаю вас.
-Меня зовут Марьяна Чижикова. Двое мужчин меня только что выкрали силой из клуба "Васаби" и везут в незнакомом направлении в машине.
В это мгновение телефон исчезает из моих рук.
-Значит так. Если хочешь в целости и сохранности вернуться завтра домой, делай всё, что я скажу.
-А если нет?
-А если нет, то ты можешь и не дожить до рассвета...
Но такое ощущение, что меня не слышат! Никто даже ухом не ведёт!
-Я напишу заявление в полицию! За... - почему-то в голове появляется только одна формулировка и я её тут же озвучиваю. - Оскорбление чести и достоинства.
Водитель хмыкает, но потом, словно получает невидимый тычок, резко замолкает.
-Ну, ладно! - достаю из кармана юбки свой телефон. - Вы сами, если что виноваты.
Набираю 911 и спокойно прикладываю трубку к уху.
Тот, кого называли Шах, протягивает руку ладонью вверх.
-Отдала, - ледяным голосом.
Одновременно с ним из телефона говорят:
-911, слушаю вас.
-Меня зовут Марьяна Чижикова. Двое мужчин меня только что выкрали силой из клуба "Васаби" и везут в незнакомом направлении в машине.
В это мгновение телефон исчезает из моих рук.
-Значит так. Если хочешь в целости и сохранности вернуться завтра домой, делай всё, что я скажу.
-А если нет?
-А если нет, то ты можешь и не дожить до рассвета...
Выберите полку для книги