Читать и слушать книги

«Ты ему не пара», — сказал мне отец моего парня.
А потом забрал меня себе.

Я ненавидела его. Ненавидела за то, как он смотрел на меня. За то, как спокойно сказал сыну: «Привези её ко мне».
За то, как потом прижимал меня к столу в своём кабинете и шептал: «Он бы так не сделал».

Я сопротивлялась. Плакала. Пыталась убежать. Но он не давал мне выбора. Каждый раз, когда я говорила «ненавижу», он лишь сильнее сжимал меня и тихо приказывал: «Повтори. Чтобы я был уверен, что ты действительно хочешь от меня уйти».

Я повторяла. И каждый раз врала всё хуже.

- Во-первых, я тебе не брат, поняла? Не смей меня так называть, - грубо рявкает Макс.
- А что во-вторых? Заинтриговал, братишка, - дразнюсь.
Мы испепеляем друг друга взглядами. Воздух трещит от напряжения.
- Во-вторых, не чувствуй себя как дома. Ты наглая «приживалка», Маруся. И в моём доме жить будешь по моим правилам.

Макс Золотов — наглый высокомерный мажор и, к несчастью, мой сводный брат. Все девчонки вешаются на него, а я — на дух не переношу. Он считает меня "приживалкой" в его доме и не упускает возможности поиздеваться. Казалось бы, наша ненависть взаимна, но однажды парень заходит в мою спальню совсем с другими намерениями…

Я копила деньги на операцию, чтобы наконец стать «нормальной». Чтобы грудь перестала быть слишком большой, слишком тяжёлой, слишком видимой.
А потом он сказал:
— Если сделаешь операцию — я уйду. Потому что люблю именно такую тебя.

Он не позволял мне стыдиться. Он превозносил грудь так, будто она принадлежала ему с самого начала. И каждый раз, когда я пыталась спрятаться, он говорил низко:
— Не надо. Это моё.

А тот, кто оскорблял меня когда-то, заставив стыдиться себя - жестоко поплатился.

— Я не могу молчать, — твёрдо сказал он. — Я пытался. Я старался держать дистанцию. Но ты здесь, в моём доме, и я не могу перестать думать о тебе.
Я подняла на него глаза. Игорь не играл, не искал слов. Он просто говорил то, что чувствовал.
— Это неправильно, — сказала я. — Я жена твоего сына.
— Ты была женой моего сына, — повторил он, и это слово «была» прозвучало как приговор.
Я замерла. Он сказал это так просто, так прямо, что у меня перехватило дыхание. Никакой игры, никаких полунамёков. Просто правда.
— Ты не можешь так говорить, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
— Могу, — ответил он. — Потому что это правда. И если ты скажешь, что не чувствуешь того же, я не поверю.
Я хотела возразить. Хотела сказать, что он ошибается, что я не чувствую ничего, что я просто запуталась. Но не могла врать. Особенно ему. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то, чему я не могла дать названия. Не страх. Не паника. Притяжение.

Я встретила прекрасного парня, который пригласил меня на свидание, но...
Встреча состоялась не по плану. Он пришел наказать моего отца за то, что тот лишил его самого дорогого.
Теперь мне предстоит расплачиваться за грехи папы, ведь "прекрасный принц" забрал меня с собой и обещал не жизнь, а настоящую "сказку"...

Жизнь Веры летит под откос: измена мужа, развод, требование начальника "попросить у мужа прощения и жить нормально", или увольнение.
В довершении всего, Вера неудачно падает. И именно в этот момент ее ловят два незнакомца, которые в курсе и кто она, и где живет.
С ними хорошо так, что это кажется сном.
Очень приятным и очень стыдным сном.
Но кто они и чего хотят от нее на самом деле?

— Ты подросла, сестренка, — выделяет последнее слово намеренно, — а у меня, знаешь ли, физиология срабатывает. Врубаешься, baby?
— Физиология?
— Именно, — хмурится, пока я чувствую, как сердечная мышца разрастается и уже не вмещается в грудной клетке.
Физиология… Пока мозг пытается переварить полученную информацию, эмоции достигают своего пика.
— Поцелуй меня.
— Что? Ярик, ты перегрелась?
— Раз физиология, — пожимаю плечами с деланно отважным видом, — поцелуй меня.
— Ярик…
— Целуй! — толкаю его в грудную клетку ладонями, от чего Лёня отшатывается и продолжает улыбаться. — Ты же хотел! Так целуй! Целуй же!

– А что мне нужно было делать? Отрезать себе член, потому что моя девушка – святоша, которая ни-ни до свадьбы? Я – мужик, и у меня вообще-то тоже есть потребности!
Макс подлетел к другу, разъяренно хватая того за грудки.
– Да, мать твою, взять и отрезать себе чл…
– И это я, оказывается, во всем этом шлюха, – впервые подала голос Мия, выходя из прихожей.
В гостиной воцарилось молчание, парни удивленно выпучили глаза, никак не ожидая увидеть в квартире Мию. Так же, как и не ожидали, что она все услышит.
– Малыш, ты не так все поняла, – отпихивая от себя Макса, парень вскочил с дивана, приближаясь к невесте.

Сейф был абсолютно пуст. Если не считать желтого стикера с нарисованным смайликом на задней стенке. Ужас парализовал мои легкие. Мягкий щелчок настольной лампы. А затем — тихий, мелодичный звон кубиков льда, ударившихся о стенку хрустального стакана.
— Ты опоздала на четыре минуты, Соболева. Кажется я переоценил твои хакерские таланты.

Он назвал меня неуклюжей пышкой. Я пообещала отравить его эклером.

Кто же знал, что вместо мести получатся совместная работа, постоянные перепалки и химия, от которой плавится даже ледяное сердце фитнес-магната?

Но есть одна проблема. Он боится признаться миру, что хочет именно такую женщину, как я. А я больше никогда не позволю сделать из себя чужой позор. Даже если для этого придётся разбить его идеальный мир и собрать его заново.