Читать и слушать книги

— Извиняйся, давай. Кивни, если поняла, — тихо сказал я ей на ухо; она кивнула. — Я сейчас отпущу тебя, и ты извинишься. А если будешь кричать, я тебя побью, — еле-еле сдерживал смех, когда всё это ей говорил.
Отпустил её рот и повернул к себе. И что я увидел? Ни капли страха; она рассматривала меня, как под микроскопом, даже прищурилась немного; мне очень захотелось прикрыться.
— Я жду, —напомнил я ей. — Извинений жду, — и скрестил руки на груди.
— Ну ладно. Будет по-вашему. Я прошу у вас прощения, — с каким-то одолжением сказала она и сверлит меня своими васильковыми глазами. Какие красивые у неё глаза! И губки, которые она поджимает. Носик красивый, маленький и аккуратный. Она какая-то нежная, воздушная; мне очень захотелось её обнять и почувствовать её в объятьях, и я это сделал.
Прижал её к себе. Одной рукой держал её за спинку, а второй гладил по волосам. Чувствую, что мелкая тоже гладит меня по спине. Приятно. Я ещё плотнее к ней прижался и положил подбородок на её голову.

— Опять ты, рыжая, — сказал он без особо удивления, скорее констатируя факт. Как будто я стала частью его привычного распорядка: утро, кофе, соседка с претензиями.
Это «опять ты» кольнуло сильнее, чем если бы он накричал. Но если я сейчас промолчу, если просто вернусь к себе, это будет означать, что мои границы — это что то необязательное, что можно отодвинуть.
— Да, опять я пытаюсь работать, — ответила я ровно, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, без надрыва. — А вы опять включили музыку.
Он чуть наклонил голову, будто прислушивался не ко мне, а к чему то ещё — к самой музыке, к шуму в своей квартире.
— Это не вечеринка, — сказал он, будто это всё объясняло. — Просто слушаю.
— Да мне плевать, — выпалила я, и в этот раз в голосе прорвалась та злость, которую я так старательно прятала. — Мне важно, чтобы у меня было тихо. Ты не понимаешь, что твоя музыка раздражает?
Вдруг в его взгляде мелькнуло что то, чего я не ожидала увидеть, — не раздражение, а скорее хищный интерес.

Доктор Яна Лебедева привыкла ставить диагнозы и контролировать все вокруг. Но жизнь поставила диагноз ей: «супружеская измена, стадия шока». Рецепт? Срочно бежать куда подальше. Пункт назначения: старый бабушкин домик в деревне. Тишина, свежий воздух, никаких бывших мужей… Но все пошло не так, когда явился второй владелец дома – обаятельный и привлекательный и такой же язвительный Вяземский Ярослав Григорьевич. Каждый день – столкновение. Каждый час – война. И вот уже бывший муж позабыт, а в голове только сосед. Насолить, уязвить, подколоть, сделать гадость – цель поставлена, препятствий не вижу! Действуем, Яна!

Его все зовут Зверь. И смотря в безжалостные глаза мужчины,я верю этому. Одна оплошность - и я потеряла все: свободу, семью, право любить и выбора жить мне или умереть. Я бесправная игрушка Зверя. Но что-то заставляет каждый раз вздрагивать сердце, когда он смотрит на меня, думая, что я не вижу.

Если заключил пари на женщину, то ты рискуешь тем, что эта женщина станет тебе в конечном итоге нужна, но ты её потеряешь и уже не сможешь вернуть. Возможно, никогда...

ЗАВЕРШЕНА
1 часть (будет 2 книги в цикле)

– Ко мне сейчас девушка придёт, иди погуляй, а, – говорит брат.
– Одноразовая? – усмехаюсь.
– Не, эта не такая. Хорошая девочка… Хочу с ней серьезно замутить.
Вздохнув, хлопаю по мужскому плечу:
– Не хочу тебя разочаровывать, но все они такие.
– Катись уже, – посылает брат. – Ты просто её не видел и не знаешь.
– Слава богу, у нас с тобой разные вкусы, – шутливо перекрещиваюсь я.
Быстро одеваюсь, хочу выйти из квартиры, но дверь открывается передо мной, и на пороге возникает девушка.
Мы сталкиваемся взглядами, и в моем сердце больно простреливает.
Твою мать, так это ж моя бывшая… Которую когда–то любил до потери пульса!
А теперь она встречается с моим братом!
***
История Егора и Аллы ❤️❤️❤️

— Если похудеешь за месяц, то клянусь, женюсь на тебе, — высмеивает босс мое обещание быстро прийти в форму.
— А вот угрожать не надо. Мотивация так себе, — с вызовом встаю из-за стола, демонстрируя свои пышные формы, которые бережно взращивала годами.
— А увольнение? — провокационно изгибает бровь он. — Мысль о нем заставит калории гореть быстрее?

Ах, негодяй! Я тушуюсь. Деньги мне сейчас, ой, как нужны.

— Время пошло, Плюшка Андреевна, — усмехаясь, стучит пальцем по стеклу наручных часов мой противный и до чертиков привлекательный босс.

Я хотела отвести взгляд. Хотела убежать. Но не могла. Я смотрела на него — на его лицо, на его руки, на то, как он аккуратно откладывает нож в сторону и вытирает лицо тыльной стороной ладони, оставляя на щеке кровавую полосу.
В этот момент он поднял голову.
Наши глаза встретились.
— Ты не должна была видеть это, — сказал он низким хриплым голосом.
В горле пересохло. Я должна была бежать, но не могла сдвинуться с места.

Будучи любопытной и амбициозной журналисткой, я отправилась за атмосферными фотографиями на старую заброшку. А вместо фотографий нашла человека, который избавлялся от чьего-то тела... И который перевернул всю мою жизнь с ног на голову.

— Что — слабо? — я отпил из стакана, уже предчувствуя какую-то глупость, но ещё не зная, какого масштаба. Виски обжёг горло, но я даже не поморщился.
— Соблазнить неприступную крепость. Вот эту самую. Алевтину Соболеву, грозу профессоров. До выпускного. Время ещё вагон, почти целый семестр.
Дэн заржал, запрокинув голову, и хлопнул ладонью по столу так, что бутылки зазвенели, покатились, и одна упала на пол, но не разбилась. Я покрутил стакан в пальцах, глядя на то, как жидкость оставляет маслянистые разводы на стекле. Идея пахла идиотизмом, причём за версту.
— Смысл? Она же серая, как библиотечная пыль. Я даже не уверен, что у неё есть всё, что положено иметь девушке. Может, она размножается делением, как амёба, — я поморщился, давая понять, что цель меня совершенно не вдохновляет.
— Смысл простой. Ты говоришь, тебе скучно, да? Говоришь, бабы одинаковые? Ну так попробуй ту, которую не купишь ни тачкой, ни статусом, ни папочкиными деньгами. Она же даже не взглянула в твою сторону..

Я поступила в элитный университет не за красивой жизнью. Мне нужен был шанс: грант, стажировка и будущее, которое не куплено чужой фамилией.

Но в первый же вечер я перешла дорогу Дамиру Волкову — наследнику империи, любимцу золотой молодёжи и человеку, которому здесь прощают слишком многое.

Он привык выигрывать.
Я привыкла выживать.

Он поставил на меня пари: до конца месяца я сама признаю, что хочу быть рядом с ним.
Я приняла вызов, но изменила правила: если проиграет он, весь университет услышит, что стипендиатка оказалась сильнее мажора.

Только игра быстро становится опаснее, чем мы думали.
Слухи, подставы, чужие деньги, семейное давление и желание, от которого невозможно спрятаться, превращают наше противостояние в войну за право быть собой.

Я должна победить честно.
Он должен впервые проиграть.
Но что делать, если враг становится единственным человеком, рядом с которым больше не хочется притворяться?