Читать и слушать книги
Одна ночь с незнакомцем. Один последующий за этим контракт.
Алиса Грей — железная леди, успешная риелторша, которая не верит в любовь и строит стены выше небоскребов. Случайная ночь с красивым студентом — просто способ сбросить напряжение. Утром она оставляет ему деньги и уходит, даже не узнав имени. Простая физика, ничего серьёзного.
Он — Макс Родионов, владелец здания, о котором она мечтает. Он не зол на неё. Он предлагает ей сделку: семь ночей по его правилам. Если она не влюбится в него — здание её от и до еще и бесплатно. Если проиграет — она станет его на пять лет.
Но что, если ставка в этой игре — не квадратные метры, а её сердце?
Алиса Грей — железная леди, успешная риелторша, которая не верит в любовь и строит стены выше небоскребов. Случайная ночь с красивым студентом — просто способ сбросить напряжение. Утром она оставляет ему деньги и уходит, даже не узнав имени. Простая физика, ничего серьёзного.
Он — Макс Родионов, владелец здания, о котором она мечтает. Он не зол на неё. Он предлагает ей сделку: семь ночей по его правилам. Если она не влюбится в него — здание её от и до еще и бесплатно. Если проиграет — она станет его на пять лет.
Но что, если ставка в этой игре — не квадратные метры, а её сердце?
Она подписала контракт, чтобы спасти отца. Он — чтобы получить наследство деда. Три условия: брак длится год, общие выходы в свет и абсолютное отсутствие постели. Ледяной магнат Алексей Вронский считает себя неуязвимым, а свою новую «жену» Нику — всего лишь выгодным вложением капитала. Но на благотворительном вечере она появляется в платье цвета шампанского с разрезом, который сводит с ума. В переполненном лифте, застрявшем между этажами, таймер на дверях отсчитывает последние сто двадцать секунд, и Вронский понимает: точка невозврата пройдена. Сейчас он нарушит главный пункт их сделки. Но что, если она ждала этого с первой минуты? И что произойдет, когда двери откроются и фиктивный мир рухнет?
Элен — «королева» ночных смен в медицинской клинике. С одной стороны она безупречная медсестра, а с другой — мастер двойной игры. В ее руках — графики дежурств, в ее сердце — двое мужчин, лучших врачей клиники.
Она мастерски лавирует между холодным хирургом, привыкшим к абсолютному контролю, и дерзким кардиологом, врывающимся в ее жизнь, словно ураган. Элен уверена — эта изящная конструкция из лжи и страсти идеальна, пока однажды всё не выходит из-под контроля.
Случай ставит перед ней выбор. Что произойдет, когда скрытое станет явным?
Она мастерски лавирует между холодным хирургом, привыкшим к абсолютному контролю, и дерзким кардиологом, врывающимся в ее жизнь, словно ураган. Элен уверена — эта изящная конструкция из лжи и страсти идеальна, пока однажды всё не выходит из-под контроля.
Случай ставит перед ней выбор. Что произойдет, когда скрытое станет явным?
— Убирайся, — произнесла она ледяным тоном.
— Послушай, я...
— Убирайся! — она резко села, прижимая разорванную рубашку к груди. В её глазах не было слёз. Только ненависть. Чистая, ледяная, как сталь.
Влад открыл рот, но передумал. Подобрал ремень, одёрнул рубашку. Посмотрел на неё — в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на стыд. Или на раскаяние. Инге было всё равно.
Он вышел. Дверь закрылась.
Инга сидела на кровати, обхватив плечи руками. Внутри — пусто. Только отголоски боли и жгучее, невыносимое унижение.
Он показал своё истинное лицо. Зверь. Животное. А я... я даже не смогла защититься...
— Послушай, я...
— Убирайся! — она резко села, прижимая разорванную рубашку к груди. В её глазах не было слёз. Только ненависть. Чистая, ледяная, как сталь.
Влад открыл рот, но передумал. Подобрал ремень, одёрнул рубашку. Посмотрел на неё — в его взгляде мелькнуло что-то, похожее на стыд. Или на раскаяние. Инге было всё равно.
Он вышел. Дверь закрылась.
Инга сидела на кровати, обхватив плечи руками. Внутри — пусто. Только отголоски боли и жгучее, невыносимое унижение.
Он показал своё истинное лицо. Зверь. Животное. А я... я даже не смогла защититься...
До открытия «Причала № 7» — двадцать три дня. Но система безопасности показывает «норму» в тот момент, когда двери старого склада не открываются.
Вера Яшина умеет спасать проекты и сообщать плохие новости только тогда, когда решение уже найдено. Независимый инженер Максим Руденко не верит красивым отчётам и не принимает никаких «почти». Им придётся вместе восстановить цепочку чужих решений, выдержать давление инвестора и доказать, какие зоны комплекса действительно безопасны.
Чем ближе они подходят к причине сбоя, тем труднее отделить профессиональное уважение от желания. Но выдержит ли их чувство проверку, если каждый снова выберет привычный способ контролировать риск — и перестанет слышать другого?
Вера Яшина умеет спасать проекты и сообщать плохие новости только тогда, когда решение уже найдено. Независимый инженер Максим Руденко не верит красивым отчётам и не принимает никаких «почти». Им придётся вместе восстановить цепочку чужих решений, выдержать давление инвестора и доказать, какие зоны комплекса действительно безопасны.
Чем ближе они подходят к причине сбоя, тем труднее отделить профессиональное уважение от желания. Но выдержит ли их чувство проверку, если каждый снова выберет привычный способ контролировать риск — и перестанет слышать другого?
Она — Пышка. Полная, рыжая, громкая и до безумия довольная собой. Он — Марк, ее лучший друг с песочницы, вечно закатывающий глаза на ее выходки. Двадцать лет они делили попкорн, секреты и дурацкие шутки, свято веря, что между ними нет и никогда не будет «искры». Искра — это для дураков, а у них есть настоящее: удобство и абсолютное доверие. Но в ту ночь, когда она, пьяная от свободы, падает на его кровать в его же старой футболке, внезапный электрический разряд прожигает всю их историю насквозь.
Его рука, неуверенно скользящая по ее позвоночнику, дрожит. Ее смех застревает в горле. Оказывается, страсть не всегда рождается с первого взгляда. Иногда она прорастает годами, чтобы взорваться одним прикосновением, разрушая дружбу и строя нечто гораздо более опасное — любовь.
Его рука, неуверенно скользящая по ее позвоночнику, дрожит. Ее смех застревает в горле. Оказывается, страсть не всегда рождается с первого взгляда. Иногда она прорастает годами, чтобы взорваться одним прикосновением, разрушая дружбу и строя нечто гораздо более опасное — любовь.
Они не виделись пять лет. Она — пышка, чья чувственность стала еще глубже и опаснее. Он — мажор, выточивший свое тело до состояния мраморного изваяния, но так и не научившийся прощать. Случайная встреча на выставке молодых художников вонзается в них, как осколок старого зеркала. Между ними — годы обид, невысказанных слов и неутоленной жажды. Но стоит ему коснуться ее запястья, как ток бьет с прежней силой.
Их страсть — это трещина, которая расходится по стеклу их прошлого, угрожая разрушить всё, что они строили заново. Смогут ли они превратить эту трещину в новый узор или разобьются сами? Роман о том, как тело помнит то, что разум пытается забыть.
Их страсть — это трещина, которая расходится по стеклу их прошлого, угрожая разрушить всё, что они строили заново. Смогут ли они превратить эту трещину в новый узор или разобьются сами? Роман о том, как тело помнит то, что разум пытается забыть.
— Лера, — говорит он, и его голос хриплый. — Ты чувствуешь это? Это не игра.
Я замираю, и моё сердце бьётся так сильно, что я слышу его стук в ушах. Я хочу ответить ему, хочу сказать, что я тоже это чувствую, но страх сковывает мои лёгкие. Я отстраняюсь и поднимаюсь на ноги.
— Это игра, Арсений, — говорю я, и мой голос звучит резко, жёстко. — Мы договорились. Только игра.
Я замираю, и моё сердце бьётся так сильно, что я слышу его стук в ушах. Я хочу ответить ему, хочу сказать, что я тоже это чувствую, но страх сковывает мои лёгкие. Я отстраняюсь и поднимаюсь на ноги.
— Это игра, Арсений, — говорю я, и мой голос звучит резко, жёстко. — Мы договорились. Только игра.
Я вернулась в город, который когда-то покинула разбитой девчонкой. Сыну четыре года, за плечами — пять лет борьбы, работы и надежды. Внутри — сталь. И твёрдая уверенность, что прошлое осталось там, далеко за горизонтом.
Но этот город помнит всё. И тот, кто разбил меня на тысячи осколков, тоже здесь.
Я не ищу встреч, не хочу возвращаться в старые игры.
Я приехала строить будущее, а не ворошить пепел. Только вот прошлое почему-то не спрашивает разрешения. Оно приходит само — взглядом, случайной встречей, дрожью, которую невозможно спрятать.
Я хочу верить, что стала сильнее. Но достаточно ли этой силы, чтобы выстоять, когда судьба снова сводит нас вместе? И готова ли я узнать правду, которую так долго прятала от самой себя?
Это история о возвращении. О выборе. И о том, что некоторые нити не рвутся, даже если их резать.
Но этот город помнит всё. И тот, кто разбил меня на тысячи осколков, тоже здесь.
Я не ищу встреч, не хочу возвращаться в старые игры.
Я приехала строить будущее, а не ворошить пепел. Только вот прошлое почему-то не спрашивает разрешения. Оно приходит само — взглядом, случайной встречей, дрожью, которую невозможно спрятать.
Я хочу верить, что стала сильнее. Но достаточно ли этой силы, чтобы выстоять, когда судьба снова сводит нас вместе? И готова ли я узнать правду, которую так долго прятала от самой себя?
Это история о возвращении. О выборе. И о том, что некоторые нити не рвутся, даже если их резать.
– С каких это пор мы на "ты"? Не припомню момента фамильярности.
– Ладно, зайдем с другой стороны. У моей любовницы сегодня день рождения, что ей подарить?
Кажется, его немного занесло. С чего я должна знать, чем ублажать его пассию? Какое мне до этого дело?
– Я вам что, консультант по подаркам для любовниц? Вы ничего не перепутали?
ГГ совершеннолетние
– Ладно, зайдем с другой стороны. У моей любовницы сегодня день рождения, что ей подарить?
Кажется, его немного занесло. С чего я должна знать, чем ублажать его пассию? Какое мне до этого дело?
– Я вам что, консультант по подаркам для любовниц? Вы ничего не перепутали?
ГГ совершеннолетние
Выберите полку для книги