Читать и слушать книги
Он был её самым жутким кошмаром, о котором ей удалось забыть. Но он вернулся, когда она погибала, и протянул руку… чтобы спасти — или утащить обратно в ад.
Когда её жизнь рушится в одно мгновение, Мира оказывается на самом дне отчаяния. Развод становится тяжёлым испытанием, из которого, кажется, уже не выбраться. И именно тогда появляется он… Тот, от кого она когда-то бежала, оставив позади разрушительные, созависимые отношения. Она не знает, к чему приведёт эта встреча. Хватит ли ей сил снова уйти… или на этот раз он не отпустит её окончательно?
Когда её жизнь рушится в одно мгновение, Мира оказывается на самом дне отчаяния. Развод становится тяжёлым испытанием, из которого, кажется, уже не выбраться. И именно тогда появляется он… Тот, от кого она когда-то бежала, оставив позади разрушительные, созависимые отношения. Она не знает, к чему приведёт эта встреча. Хватит ли ей сил снова уйти… или на этот раз он не отпустит её окончательно?
Устроившись домработницей к ним, я знала одно главное правило - в его кабинет заходить нельзя. Но любопытство было сильнее страха наказания. Нарушив запрет, я поняла, что выхода нет - за ошибку придется платить…
Трое мужчин стояли слишком близко. Их взгляды прожигали насквозь.
— Ну что, братья? Приступим?
Вальтер ничего не сказал. Просто подошел ближе.
И тогда Вениамин произнес слова, после которых всё изменилось.
Трое мужчин стояли слишком близко. Их взгляды прожигали насквозь.
— Ну что, братья? Приступим?
Вальтер ничего не сказал. Просто подошел ближе.
И тогда Вениамин произнес слова, после которых всё изменилось.
Я умею отменять чужие свадьбы так, чтобы никто не оказался в сводке новостей. По крайней мере, умела – до поездки в Салтаир.
Невеста просила помочь ей исчезнуть до церемонии. Вместо этого исчезла она сама, на всех экранах отеля включилось поддельное видео, а виновной назначили меня.
Теперь дорогу смыло, мой бывший жених слишком вовремя оказался рядом, а хозяин отеля Аслан Курбанов смотрит на меня так, будто я лично организовала и ливень, и семейный позор. Он спокоен, упрям и привык решать чужие проблемы без разрешения. Я терпеть не могу таких мужчин.
Особенно когда рядом с ними хочется остаться.
Пока мы ищем пропавшую невесту, кто-то готов утопить в горной воде не только доказательства. И мой главный подозреваемый все чаще становится единственным человеком, рядом с которым я перестаю искать выход.
Невеста просила помочь ей исчезнуть до церемонии. Вместо этого исчезла она сама, на всех экранах отеля включилось поддельное видео, а виновной назначили меня.
Теперь дорогу смыло, мой бывший жених слишком вовремя оказался рядом, а хозяин отеля Аслан Курбанов смотрит на меня так, будто я лично организовала и ливень, и семейный позор. Он спокоен, упрям и привык решать чужие проблемы без разрешения. Я терпеть не могу таких мужчин.
Особенно когда рядом с ними хочется остаться.
Пока мы ищем пропавшую невесту, кто-то готов утопить в горной воде не только доказательства. И мой главный подозреваемый все чаще становится единственным человеком, рядом с которым я перестаю искать выход.
💛Мой муж и моя крестница хладнокровно расправились со мной, когда я узнала об их связи. Подстроили аварию, в которой я пострадала, а после исчезла без вести.
И вместо моих поисков, они объявляют меня погибшей и отмечают помолвку.
Но об этом я узнаю позже, а пока…
После аварии я совершенно не помню кто я и откуда, но всё меняет случайная встреча с загадочным миллионером, врачом и хозяином частной клиники, в которой я теперь восстанавливаюсь.
Он согласен провести сеанс гипноза и вернуть мне прошлое: мое имя и мою судьбу!
Нас ждет:
🔸развод с предателем
🔸новые отношения
🔸тайны и загадки прошлого
🔸Очень эмоционально
И вместо моих поисков, они объявляют меня погибшей и отмечают помолвку.
Но об этом я узнаю позже, а пока…
После аварии я совершенно не помню кто я и откуда, но всё меняет случайная встреча с загадочным миллионером, врачом и хозяином частной клиники, в которой я теперь восстанавливаюсь.
Он согласен провести сеанс гипноза и вернуть мне прошлое: мое имя и мою судьбу!
Нас ждет:
🔸развод с предателем
🔸новые отношения
🔸тайны и загадки прошлого
🔸Очень эмоционально
Клим Ратников купил Дом моды. По документам – стены. По факту – меня, мой «Неформат» и семьдесят четыре человека, которых он собрался выселить одним дорогим росчерком. Только я не продаюсь вместе с арендой.
Теперь у нас пятьдесят четыре дня, чтобы создать общий проект и не придушить друг друга на переговорах. Он слишком спокоен, слишком богат и слишком уверен, что любую проблему можно решить деньгами. Я слишком хорошо читаю мелкий шрифт.
А рядом уже Савва – еще один миллионер, который предлагает свободу и смотрит на меня вовсе не по-деловому. Но мое тело может быть пышным, характер – неудобным, а сердце... сердце вообще не участвует в аукционе.
Теперь у нас пятьдесят четыре дня, чтобы создать общий проект и не придушить друг друга на переговорах. Он слишком спокоен, слишком богат и слишком уверен, что любую проблему можно решить деньгами. Я слишком хорошо читаю мелкий шрифт.
А рядом уже Савва – еще один миллионер, который предлагает свободу и смотрит на меня вовсе не по-деловому. Но мое тело может быть пышным, характер – неудобным, а сердце... сердце вообще не участвует в аукционе.
— Я? Копать? Да я лучше умру, чем испорчу маникюр!
— Не умрёшь, — хмыкнул он, опираясь на лопату. — Максимум взвоешь. Но мне понравится.
Егор. Местный. Наглый. С руками, от которых у меня подкашиваются ноги. Он смотрит так, будто знает, что я не протяну здесь и недели. А я докажу, что протяну. И не только…
Вот только когда местный ухажёр Санёк перешёл все границы, я ляпнула, что Егор — мой парень. Теперь нам придётся притворяться. Держаться за руки, обниматься, целоваться на глазах у всей деревни… И делать вид, что между нами ничего не происходит.
Вот только его руки слишком тёплые, взгляд слишком тёмный, а деревенская дискотека — слишком опасное место для моего сердца.
— Не умрёшь, — хмыкнул он, опираясь на лопату. — Максимум взвоешь. Но мне понравится.
Егор. Местный. Наглый. С руками, от которых у меня подкашиваются ноги. Он смотрит так, будто знает, что я не протяну здесь и недели. А я докажу, что протяну. И не только…
Вот только когда местный ухажёр Санёк перешёл все границы, я ляпнула, что Егор — мой парень. Теперь нам придётся притворяться. Держаться за руки, обниматься, целоваться на глазах у всей деревни… И делать вид, что между нами ничего не происходит.
Вот только его руки слишком тёплые, взгляд слишком тёмный, а деревенская дискотека — слишком опасное место для моего сердца.
— Стреляй, чокнутый параноик! — закричала она ему прямо в лицо. — Твои поганые три миллиона сгорели в той машине! Я спасала твою шкуру, Дан! Стреляй, давай! Избавь меня от этого ада!
Контроль — самая дорогая иллюзия, которую можно купить за деньги. Вероника знала цену этой иллюзии лучше всех. Она собирала чужие жизни по кусочкам, пока её собственное прошлое не настигло её на подземной парковке клиники. Мешок на голову, стальные наручники и глухой мрачный лес, где ей в лоб упирается холодное дуло пистолета.
Даниил вернулся, чтобы уничтожить её. Он уверен, что она — воровка и предательница. Но когда стена его амнезии рушится, наружу выходит правда, которая превратит их жизни в пепелище. Она — его личный психотерапевт, но им обоим давно нужен один диагноз на двоих.
Контроль — самая дорогая иллюзия, которую можно купить за деньги. Вероника знала цену этой иллюзии лучше всех. Она собирала чужие жизни по кусочкам, пока её собственное прошлое не настигло её на подземной парковке клиники. Мешок на голову, стальные наручники и глухой мрачный лес, где ей в лоб упирается холодное дуло пистолета.
Даниил вернулся, чтобы уничтожить её. Он уверен, что она — воровка и предательница. Но когда стена его амнезии рушится, наружу выходит правда, которая превратит их жизни в пепелище. Она — его личный психотерапевт, но им обоим давно нужен один диагноз на двоих.
Светлана привыкла быть незаметной. На корпоративах она стоит у стенки с чужими сумками, на работе её называют «надёжным человеком», а в зеркале она видит лишь ту, кому нужно похудеть, чтобы стать счастливой. Всё меняется в тот момент, когда она решает записаться на курсы аргентинского танго — чтобы понравиться обаятельному коллеге.
Но танго оказывается не просто танцем. Это разговор без слов. Это искусство занимать пространство. Это право быть видимой, даже если твоё тело не вписывается в чужие стандарты.
Вместе с девятнадцатилетним партнёром Артёмом и строгим преподавателем Хуаном Светлана учится не просто двигаться — она учится не исчезать. Падать и вставать. Ошибаться и продолжать. Занимать место, которое ей принадлежит по праву.
От корпоративной кухни до сцены городского фестиваля — её путь длиною в год, полный боли, смеха, любви и танца. И в конце она понимает: танго привело её к мужчине. Просто не к тому, о котором она думала.
Но танго оказывается не просто танцем. Это разговор без слов. Это искусство занимать пространство. Это право быть видимой, даже если твоё тело не вписывается в чужие стандарты.
Вместе с девятнадцатилетним партнёром Артёмом и строгим преподавателем Хуаном Светлана учится не просто двигаться — она учится не исчезать. Падать и вставать. Ошибаться и продолжать. Занимать место, которое ей принадлежит по праву.
От корпоративной кухни до сцены городского фестиваля — её путь длиною в год, полный боли, смеха, любви и танца. И в конце она понимает: танго привело её к мужчине. Просто не к тому, о котором она думала.
Марк взял меня за подбородок. Двумя пальцами, очень бережно, и приподнял лицо. Большим пальцем провел по нижней губе — едва касаясь, словно изучая её контур. Моё дыхание стало рваным.
— Я думал о вас всё это время, — прошептал он. — Вы сводите меня с ума.
— Не надо... — выдохнула я, но голос прозвучал как мольба, а не как отказ.
— Надо, — ответил парень.
И поцеловал.
Иногда один вечер может изменить все. Я не планировала, что взгляд незнакомца заставит мое сердце биться быстрее. Особенно, когда этот незнакомец - лучший друг моего сына.
— Я думал о вас всё это время, — прошептал он. — Вы сводите меня с ума.
— Не надо... — выдохнула я, но голос прозвучал как мольба, а не как отказ.
— Надо, — ответил парень.
И поцеловал.
Иногда один вечер может изменить все. Я не планировала, что взгляд незнакомца заставит мое сердце биться быстрее. Особенно, когда этот незнакомец - лучший друг моего сына.
В день своего сорокапятилетия я застала любовницу мужа за нашим столом – в серьгах моей покойной матери. А Толя вручил мне подарок: ее тест с двумя полосками. Пока я двадцать три года мечтала о ребенке, он уверял, что детям не место в нашей жизни. Теперь ребенок будет. Просто не у меня.
Я вышла из дома разбитой, но боль быстро превратилась в ярость. Я больше не собиралась быть удобной женой, прощать предательство или менять обретенную свободу на нового мужчину. Даже на такого, как Саша – спокойного, взрослого и слишком хорошо понимающего мои страхи.
Саша не обещает вечность – он просто остается рядом. А Толя, привыкший считать меня своей собственностью, готов доказать, что развод еще не означает свободу...
Я вышла из дома разбитой, но боль быстро превратилась в ярость. Я больше не собиралась быть удобной женой, прощать предательство или менять обретенную свободу на нового мужчину. Даже на такого, как Саша – спокойного, взрослого и слишком хорошо понимающего мои страхи.
Саша не обещает вечность – он просто остается рядом. А Толя, привыкший считать меня своей собственностью, готов доказать, что развод еще не означает свободу...
Выберите полку для книги