Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Когда ремонт в твоей квартире затягивается на месяц, а жить негде, ты соглашаешься на предложение друга, пожить у него.
О том, что в квартире уже живёт его сестра, узнал в коридоре. В полночь. Когда меня обозвали стриптизёром и предложили чаевые.
Диана. Двадцать лет, скверный характер, и абсолютная уверенность, что от красивых мужиков одни проблемы.
Савелий, тридцать лет, травматолог. Красивый мужик, и пользуется этим.
Они спорят из-за всего. Из-за света, из-за кофе, из-за того, кто первый должен съехать. Хотя оба уже прекрасно понимают, никто никуда не поедет.
Потому что между взаимным раздражением и притяжением расстояние всего в один вздох. И с каждым днём эта грань становится всё тоньше.
Разве что я уже не помню, когда в последний раз кто-то умудрялся бесить меня и нравиться одновременно, в одну и ту же секунду.
О том, что в квартире уже живёт его сестра, узнал в коридоре. В полночь. Когда меня обозвали стриптизёром и предложили чаевые.
Диана. Двадцать лет, скверный характер, и абсолютная уверенность, что от красивых мужиков одни проблемы.
Савелий, тридцать лет, травматолог. Красивый мужик, и пользуется этим.
Они спорят из-за всего. Из-за света, из-за кофе, из-за того, кто первый должен съехать. Хотя оба уже прекрасно понимают, никто никуда не поедет.
Потому что между взаимным раздражением и притяжением расстояние всего в один вздох. И с каждым днём эта грань становится всё тоньше.
Разве что я уже не помню, когда в последний раз кто-то умудрялся бесить меня и нравиться одновременно, в одну и ту же секунду.
Я привыкла заключать сделки на миллиарды, а не вытаскивать чемодан из грязи.
Моя жизнь — это Москва, дорогие рестораны и мужчины, готовые исполнять любые желания.
Но одна поездка в Грузию превратила меня в промокшую, злую и застрявшую посреди виноградников женщину с заглохшей машиной.
А виноват во всём наглый тракторист.
Жаль только, что именно он оказался хозяином винодельни, без подписи которого я не могу вернуться домой.
Моя жизнь — это Москва, дорогие рестораны и мужчины, готовые исполнять любые желания.
Но одна поездка в Грузию превратила меня в промокшую, злую и застрявшую посреди виноградников женщину с заглохшей машиной.
А виноват во всём наглый тракторист.
Жаль только, что именно он оказался хозяином винодельни, без подписи которого я не могу вернуться домой.
Он проиграл в покер — и друзья в отместку подсунули ему горничной на месяц толстую деревенскую девчонку.
Он в ярости.
Он издевается, шпыняет, ждёт, что Даша сбежит через три дня.
Но она молчит, сжимает зубы и работает. А ещё — готовит так, что сносит крышу. И огрызается так метко, что мафиози впервые в жизни проникается уважением.
А потом и желанием.
Только вот неопытная пышка совсем не горит желанием прыгнуть к нему в постель…
Он в ярости.
Он издевается, шпыняет, ждёт, что Даша сбежит через три дня.
Но она молчит, сжимает зубы и работает. А ещё — готовит так, что сносит крышу. И огрызается так метко, что мафиози впервые в жизни проникается уважением.
А потом и желанием.
Только вот неопытная пышка совсем не горит желанием прыгнуть к нему в постель…
— Лера, — голос Макса прошёлся по её оголённым нервам разрядом тока, заставив вздрогнуть.
Она медленно подняла голову и посмотрела на него. Усталая обречённость, застывшая в синих глазах заставила его отшатнутся.
— Это конец, — голос словно чужой.
— Лера, только не делай глупостей, — Колчин словно ожидал от неё какой-то глупой выходки.
— Не беспокойся, — она улыбнулась обескровленными губами, — вешаться не буду. Травиться тоже. Выпрыгивать из окна тем более. Всегда считала такой способ самоубийства наименее привлекательным. Что за радость, когда хоронят тебя в закрытом гробу? Или ещё хуже, упал и выжил, но при этом остался калекой на всю жизнь.
— Что ты говоришь? — потрясённо прошептал Максим. — Прекрати. Понимаю, тебе больно, но Ира могла просто выдумать всё.
— Разве ты не понимаешь? — твёрдость стала возвращаться в ее голос. — Не имеет значения, говорит ли твоя любовница правду или врёт. Это конец. Полный и безвозвратный!
Она медленно подняла голову и посмотрела на него. Усталая обречённость, застывшая в синих глазах заставила его отшатнутся.
— Это конец, — голос словно чужой.
— Лера, только не делай глупостей, — Колчин словно ожидал от неё какой-то глупой выходки.
— Не беспокойся, — она улыбнулась обескровленными губами, — вешаться не буду. Травиться тоже. Выпрыгивать из окна тем более. Всегда считала такой способ самоубийства наименее привлекательным. Что за радость, когда хоронят тебя в закрытом гробу? Или ещё хуже, упал и выжил, но при этом остался калекой на всю жизнь.
— Что ты говоришь? — потрясённо прошептал Максим. — Прекрати. Понимаю, тебе больно, но Ира могла просто выдумать всё.
— Разве ты не понимаешь? — твёрдость стала возвращаться в ее голос. — Не имеет значения, говорит ли твоя любовница правду или врёт. Это конец. Полный и безвозвратный!
Мы с мужем приехали в деревню, чтобы помочь его отцу по хозяйству. Я думала мой свекор заезженный работой старик, но глядя на мужчину и сравнивая его с мужем, вижу, как мой городской муж проигрывает ему по всем фронтам.
***
- Не двигайся! – звучит приказное и я замираю. – Вот так. Осторожно, - ловкие пальцы надавливают на какие-то болевые точки в области таза, и я на миг перестаю дышать. Прислушиваюсь к реакции тела. Боль отступает. Разливается тепло, становится горячее, и я уже могу повернуться. – Лучше?
- Лучше, - хриплю в ответ и обернувшись, встречаюсь с пытливым взглядом знакомых и частично родственных глаз - глазами свекра. – Спасибо. Думала так и останусь стоять в этой позе, скорчившись, - стыдливо хихикаю.
- Не позволим! – подмигивает мне мужчина и вместо того, чтобы отстранится, вдруг сгребает меня в охапку и с силой вжимает в свое тело.
***
- Не двигайся! – звучит приказное и я замираю. – Вот так. Осторожно, - ловкие пальцы надавливают на какие-то болевые точки в области таза, и я на миг перестаю дышать. Прислушиваюсь к реакции тела. Боль отступает. Разливается тепло, становится горячее, и я уже могу повернуться. – Лучше?
- Лучше, - хриплю в ответ и обернувшись, встречаюсь с пытливым взглядом знакомых и частично родственных глаз - глазами свекра. – Спасибо. Думала так и останусь стоять в этой позе, скорчившись, - стыдливо хихикаю.
- Не позволим! – подмигивает мне мужчина и вместо того, чтобы отстранится, вдруг сгребает меня в охапку и с силой вжимает в свое тело.
— Отпустите меня! — я пыталась вырваться, но он даже не пошевелился. — Вы не имеете права!
— Алиса, — сказал он вдруг. Моё имя. Он произнёс его так, будто пробовал на вкус, с мягким ударением на последний слог. — Я знаю твоё имя. Я знаю, что ты приехала из Москвы. И я знаю, что через десять минут здесь будут люди, которые убьют тебя, даже не спросив, кто ты.
Я приехала в горы ради древней башни и научной работы. Но одна случайность превратила мою жизнь в опасную игру, где есть кровная вражда, смертельные тайны и мужчина, которого я должна бояться.
Властный горец спас меня от смерти, а потом стал моей самой большой слабостью. Только прошлое не отпускает нас, а враги готовы на всё, чтобы разлучить.
— Алиса, — сказал он вдруг. Моё имя. Он произнёс его так, будто пробовал на вкус, с мягким ударением на последний слог. — Я знаю твоё имя. Я знаю, что ты приехала из Москвы. И я знаю, что через десять минут здесь будут люди, которые убьют тебя, даже не спросив, кто ты.
Я приехала в горы ради древней башни и научной работы. Но одна случайность превратила мою жизнь в опасную игру, где есть кровная вражда, смертельные тайны и мужчина, которого я должна бояться.
Властный горец спас меня от смерти, а потом стал моей самой большой слабостью. Только прошлое не отпускает нас, а враги готовы на всё, чтобы разлучить.
Мирон изменил мне! И я не в силах пережить это самостоятельно. Приезжаю, значит, к подруге с винишком и бурей эмоций, а там её нет, там её брат. Тоже тот ещё бабник. Ещё и предлагает мне такооооое...
Хочу замуж!
Да, я там уже была, ну и что?
Первый раз не все разглядела. Вдруг что-то интересненькое осталось незамеченным?
На работе одни женщины, на сайтах знакомств одни уроды, на улице все уткнулись в телефоны.
Спасет меня только чудо!
Пролезть через кольцо в слове "Любовь" в Костроме.
Обойти три раза церковь Параскевы Пятницы.
Упасть в "невестин куст".
Коуч Серафима знает толк в ритуалах, приводящих к замужеству. И нас приведет, даже если будем сопротивляться!
...а пока я не нашла своего суженого, можно ведь немного развлечься с этим "шкафчиком со взглядом убийцы", как назвала нашего соседа по круизу подруга Ленка?
Да, я там уже была, ну и что?
Первый раз не все разглядела. Вдруг что-то интересненькое осталось незамеченным?
На работе одни женщины, на сайтах знакомств одни уроды, на улице все уткнулись в телефоны.
Спасет меня только чудо!
Пролезть через кольцо в слове "Любовь" в Костроме.
Обойти три раза церковь Параскевы Пятницы.
Упасть в "невестин куст".
Коуч Серафима знает толк в ритуалах, приводящих к замужеству. И нас приведет, даже если будем сопротивляться!
...а пока я не нашла своего суженого, можно ведь немного развлечься с этим "шкафчиком со взглядом убийцы", как назвала нашего соседа по круизу подруга Ленка?
Ей казалось, что семейное счастье так близко…
Русская девушка Даша была готова на всё: учила язык, чтила традиции, принимала законы его семьи. Но когда настал час выбирать, он предпочёл ей родительское слово.
Разбитое сердце и билет в Москву в один конец, где она клянётся никогда больше не связывать свою жизнь с горцами. Но судьба распоряжается иначе. Рамазан — влиятельный бизнесмен, выходец из тех же гор, холодный, властный, привыкший брать своё. Он не спрашивает разрешения. Он берёт. И с первого взгляда в его чёрные глаза Даша чувствует: этот мужчина может сломать все её барьеры.
Сможет ли она довериться вновь? Или прошлое навсегда заставит её бежать от кавказской страсти?
Русская девушка Даша была готова на всё: учила язык, чтила традиции, принимала законы его семьи. Но когда настал час выбирать, он предпочёл ей родительское слово.
Разбитое сердце и билет в Москву в один конец, где она клянётся никогда больше не связывать свою жизнь с горцами. Но судьба распоряжается иначе. Рамазан — влиятельный бизнесмен, выходец из тех же гор, холодный, властный, привыкший брать своё. Он не спрашивает разрешения. Он берёт. И с первого взгляда в его чёрные глаза Даша чувствует: этот мужчина может сломать все её барьеры.
Сможет ли она довериться вновь? Или прошлое навсегда заставит её бежать от кавказской страсти?
Мамина свадьба разделила мою жизнь на "до" и "после". Чемодан. Выпускной класс и переезд туда, где небо касается вершин, а традиции диктуют свои правила. Вместо привычных питерских улиц - суровые Кавказские горы. Вместо старых друзей - враждебная школа. Для всех я "чужая". Для местных девчонок - угроза. Для парней - лёгкая добыча.
Я думала, что возненавижу этот край, но горы шепчут об обратном…
Я думала, что возненавижу этот край, но горы шепчут об обратном…
Выберите полку для книги