Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»

Я простая уборщица, а он богатый и красивый мужчина.
И мой босс! Между нами ничего не может быть!
Или ... может?!
***
— Сиди смирно! — яростно шепчет Громов и крепче прижимает меня к себе. — Веди себя влюблённо!
Я хлопаю глазами и совсем не могу совладать со своим дыханием. Вернее, я просто не дышу! Ручища босса сцапала меня так, что шелохнуться боюсь.
— Зачем я вам? — пищу сдавленно, пытаясь не ощущать, какие горячие ладони у Громова и как моё тело на них реагирует.
— Побудешь моей ба.. женщиной, — прокашливается босс. — Это недолго и совсем не больно. Вернее, очень приятно.
И в подтверждение этого ведёт ладонью выше по моей спине, рождая явный ответ в моём теле — ему нравится!
И Громов это понимает! Это написано на его самодовольном красивом лице.
Мамочки, как я из этого выпутаюсь?! И … хочу ли?

— Ты будешь моей, — проговорил он низко. — Сегодня. Сейчас.
— Нет, — прошептала я, но голос предательски дрогнул.
— Ты сама этого хочешь. Просто боишься признать.
— Тимур, пожалуйста...
— Ты впервые назвала меня по имени. Мне нравится. Скажи еще раз.
— Пожалуйста, не надо...
— Надо. Ты дрожишь, как лист. Но это не страх. Я знаю разницу. Твое тело честнее, Милана.
— Ненавижу тебя, — прошептала я сквозь зубы.
— Знаю. Но тебе нравится, признай.

Вы когда-нибудь влюблялись в женщину исключительно из-за драного декольте и сломанного каблука на башмаках?
Нет? Зря …
- Фамилия?
Выволакиваю из-за решетки на волю.
- Рус … Русалкина.
- Подходишь.
Рявкаю, как кабан. А потому что вывела!
- Куда? – растерянно вытирает нос.
- Поедем на природу. Посидишь. Подышишь. Мусор в голове разгребешь и перестанешь рыдать по туфлям. На выход шагом марш!
**
Хватаю драчунью за руку. Она послушно семенит, торопливо отстукиваю растрепанными каблуками.
Бесят заразы! Только что из обезьянника вытащил. За драку! И уже мозг выносит. Да я ее первый раз вижу, а мне уже за испорченные туфли прилетело. Учительница называется.

Я никогда не видела отца своего мужа. Они не общались семь лет, на свадьбу его не позвали — только старая фотография, где он ещё без седины.
А потом я случайно переспала с ним в отеле. Без имён, без обязательств.
Через день он сидит напротив и ставит условие: год под его контролем, или я не получу свою долю.
Он думает, что сможет меня сломать. Пусть попробует.

— Ты моя по договору, — произнёс мажор, повернувшись ко мне. — И я не позволю какому-то щенку...
— Я не твоя! — выкрикнула я, дёргая ручку двери. — И никогда ею не буду!
Я выскочила из машины. Сердце колотилось, глаза жгло от слёз. Я не понимала, почему меня так задели его слова.
Он догнал меня, схватил за руку и развернул. Мы стояли под фонарями, и его лицо было искажено злостью.
— Ты моя по договору, — повторил парень, прижимая меня к капоту. — И я хочу своё.

Капитан сборной России по хоккею получает серьезную травму колена перед Олимпиадой. Его отправляют на реабилитацию в закрытый пансионат в Сибири, где физиотерапевтом работает язвительная девушка, ненавидящая спортсменов. Чтобы восстановить связки, нужен экстремальный приток крови к мышцам, поэтому она применяет запрещенные техники мануальной терапии, балансируя на грани медицинской процедуры и пытки наслаждением.

Они ненавидели друг друга с восьмого класса. Семь лет спустя он посмотрел на неё — и пропал.
Алина Сорокина помнит о Максиме Громове только одно: он был её личным кошмаром. Срывал доклады, прятал рюкзак, называл «Сорокой» и довёл до слёз на выпускном. Она швырнула в него учебником алгебры и поклялась забыть навсегда.

Но когда через семь лет он появляется в баре на Чистых прудах — с широкими плечами, татуировками и серо-зелёными глазами, в которых больше нет издевки, — Алина понимает, что забыть не получится.

Максим не просто вернулся. Он одержим. Он ждёт у её подъезда, приносит кофе, который она любит, целует её в лифте, не спрашивая разрешения, и заявляет, что был влюблён в неё с пятнадцати лет. Алина бежит. Она не верит. Она боится. Потому что довериться человеку, который когда-то делал её жизнь адом, — это безумие.

Но Максим Громов никогда не умел проигрывать. И он готов доказать ей — одним месяцем, одним поцелуем, одной бессонной ночью, что их школьная вражда была лишь по

Муж мне изменил, и я сбежала из дома, снеся дверь внедорожнику, преградившему мне путь у наших ворот. Тогда я была не в состоянии придать этому значение. Как выяснилось, зря…

#Осторожно, очень жарко!

Эти хищные кошачьи глаза, словно обведенные темным карандашом, жадно и неотрывно блуждают по моему лицу. Его обжигающе горячее тело прижимается всё ближе.

— Какая красивая... — глухо произносит он мне в губы. — Тебе понравится.

Боюсь именно этого. Боюсь, что захочу сгореть в этом огне.
Тяжелая ладонь ложится на мою щеку, заставляя смотреть только на него.

— Сожру тебя сейчас... малинка.

С другого бока меня окутывает ровным теплом. Меня забирают в другие объятия.

— Не сожрёт, — раздается над ухом глубокий голос. — Я ему не дам.

Кирилл Вельский — известный хоккеист, скандалист и мужчина, от которого я предпочитаю держаться подальше. К тому же он младше меня. Всего на месяц, но Кириллу об этом знать необязательно.

После драки в клубе он сообщает полиции, что защищал свою девушку. Теперь нам придётся изображать отношения перед журналистами: вместе появляться на публике, обниматься и убедительно целоваться.

Есть только одна проблема. Я жду парня, который работает за границей. А Кирилл, похоже, не понимает значения слова «фиктивные».

— Ты мне не нравишься, Вельский.

— Конечно, милфа. Поэтому у тебя каждый раз дрожат колени.