Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»

– Ты должен уйти немедленно. Я выхожу замуж. Если ты уважаешь мою семью, если тебе дорого то, что было между нами, ты не станешь поднимать оружие и уйдешь. Потому что я больше не твоя.

– Ты моя, пташка. Пять лет назад стала. И сейчас уйдёшь со мной. Вариантов два. Либо ты открываешь дверь, и я кровью отвоевываю тебя у Бараевых, либо ты добровольно идешь со мной, и крови будет чуть меньше.

Он украл меня со свадьбы с другим, чтобы навсегда забрать себе. Я ненавижу его за это. Но себя – ещё сильнее. За то, что готова лететь за ним даже в ад. Но самое страшное, когда прошлое догонит и безумная любовь потребует платы.

Он - шейх. Я - модель, впервые посетившая ювелирную выставку в Эль-Касиме. Арабский купец посчитал меня живой драгоценностью и выкрал прямо с улицы.
***
- Позволишь надеть?
Я повиновалась. Как завороженная смотрела на смуглые пальцы араба, натягивающие ожерелье. Гладкие и прохладные жемчужины обхватили мою шею в тугое кольцо.
Ожерелье - чокер.
Богатое. Красивое. Дорогое.
И очень похожее на ошейник. Дорогой ошейник, фиксирующий моё дыхание, мою свободу.
Наши взгляды встретились в отражении зеркала: мой напряженный, испуганный и его хитроватый, с прищуром. Он будто говорил: я здесь хозяин и только я решаю, что тебе надеть и сколько раз…дышать.

Он выдаёт ей 200-страничный регламент работы с ним: как входить в кабинет, как формулировать фразы, как подавать кофе. Она… приносит свой документ в ответ.

Так начинается их холодная война инструкций.
Война, в которой каждый пункт — это граница, каждое «нет» — вызов, а каждое соблюдение правил — шаг к тому, чтобы сломать другого.

Но чем больше они пытаются удержать контроль, тем сильнее между ними разгорается напряжение, которое никакими регламентами уже не остановить.

А в тени наблюдает тот, кто знает о ней больше, чем она думает… и настойчиво предупреждает Алису:
«Не ходи туда. Ты пожалеешь».

— Это частная собственность, гражданка, — рявкаю я.
Она вздрагивает, но не пугается, а закатывает глаза и выдаёт:
— Ой, я вся дрожу. Прямо поджилки трясутся.
Я молчу. Обычно одного моего взгляда достаточно, чтобы у человека отказала речь. А эта воровка даже не думает бояться.
— Вы вообще кто? Хозяин? Или чудо в перьях?
— Полковник полиции Корсак. Следственный комитет. Город.
Она щурится, читает удостоверение, потом цокает языком:
— Полиция? А я думала, вы только в городе брутальных задерживаете. А тут яблоки считать приехали.
Я хочу припечатать её взглядом, но вместо этого ловлю себя на том, что сдерживаю улыбку.
— Уходи. Но яблоко оставь.
— Одно?
— Одно. Конфискую как вещдок.
Она смотрит на мою ладонь, потом в глаза, улыбается, широко, с ямочкой на щеке:
— Держите, товарищ Полковник. И да, меня Алей зовут. Я ваша соседка. Так что яблоки ваши я всё равно буду есть. Это традиция!

- Что я с ней делать буду, Мих? Сопли взрослой девице подтирать?
- Скорее собственные слезы, - он указывает на седую голову. - Пригляди за дочкой, пока меня не будет. Кстати, вот и она. Кристин! - окликает худую блондинку, входящую в гостиную.
Я перевожу взгляд. Ничего себе девица.
Дочь Михаила я не видел лет с четырнадцати. Тогда она была подростком. Сейчас же передо мной красивая девушка. Которую вчера ночью я привез из клуба.
- Привет, Кри-Кри, - улыбается Михаил.
Она смотрит раздраженно.
- Сколько раз говорила не называть так при чужих.
- Родион не чужой. И присмотрит за тобой, пока я в отъезде. Дом большой. Разместитесь.
- Что?..
- Так надо, дочка, - давит Михаил. - И этот твой Агутин...
- Я против, - обрывает она и уходит.
Михаил вздыхает, кладет ключи на стол.
- Дубликат. Она к тебе не переедет. С меня магарыч.
Я смотрю ей вслед.
- Что за Агутин?
- Бывший ее.
Значит, вчера она из-за него творила глупости? Прав Миха. Без присмотра лучше не оставлять.

бегу…
Цепляюсь за ветки кустов…
Я уже не чувствую ног, но упорно продолжаю бежать, я знаю, я чувствую, что он сзади, он ждет моей ошибки, ждет чтобы поймать, присвоить, подавить, приковав к себе и своим беспощадно-извращенным желаниям. Подчинить своей похоти.
Поймать и отнести к себе прямиком в спальную и продолжить мучительно играть в свою, только ему понятную, извращенную игру. Но сначала привязав меня к этой самой кровати….. привязать к себе…
Сделать из меня свою игрушку…
Красивую, дорогую, желанную… игрушку.

— Ты меня подставила! Как ты могла?! — я шарахаю кулаком по стене возле её головы, и вижу, как она вся поджимается, будто испуганный кролик.

— Я...я... не хотела... Я...

— Не ври, Аина! Только не надо врать! Ты специально всё так устроила, чтобы твой отец узнал о той ночи, чтобы женить меня на себе. Ты специально забеременела! Ты нормальная вообще?!

— Да я любила тебя всегда! Я любила тебя целую вечность! — кричит она навзрыд.

— Я тебя не любил! Я не любил! На мои чувства тебе плевать?!

#эмоционально
#безответная любовь
#от ненависти к любви
#ХЭ

Я обещала присмотреть подруге за её котом и квартирой на летний период, но в первый же день всё пошло не так. Душевая кабинка. Я. И какой-то наглый незнакомец, лапающий меня без всякого смущения.
– Сорян, обознался, – хмыкает он. – Но может продолжим?
Ах так?! Ты ещё и старший брат подруги, которому необходимо здесь перекантоваться? Будем жить вместе? Ну ничего, Мишаня, я тебе устрою такое соседство, что ты через день взвоешь!

Я провела всего одну ночь с потрясающим мужчиной, а на следующий день узнала, что этот мужчина мой босс.

— Как, говоришь, тебя зовут? — раздается чей-то очень знакомый низкий голос совсем рядом.
— Савина Екатерина, — тихо отвечаю я, так и не подняв головы.
— Рад знакомству, Екатерина. Я директор аналитического отдела — Мартынов Глеб Сергеевич.
Я резко выпрямляюсь, ошарашенно глядя на человека, стоящего передо мной.
Нет, мне вовсе не послышалось. Знакомый бархатный голос, имя Глеб. Передо мной стоит тот самый мужчина, с которым я провела самую горячую в своей жизни ночь.

Десять лет брака я была хорошей женой.

Сидела дома с детьми, потому что муж сказал:
— Зачем тебе работать? Я и так хорошо зарабатываю.

Не отдала детей в садик, потому что он сказал:
— Ты же дома сидишь. Какой садик?

Не покупала себе новое платье, потому что детям нужнее.
Не спорила, потому что в семье должен быть мир.
Не жаловалась, потому что мне ведь «повезло с мужем».

А потом я увидела его с другой.

Он целовал её на улице так, как давно не целовал меня.
А вечером написал:
«Не жди. Важная встреча».

Вот только ждать я больше не собираюсь.

Теперь у меня развод, двое детей, почти пустой кошелёк и новая жизнь, к которой я совершенно не готова.

А ещё — работа, которую мне неожиданно предложил мужчина, слишком красивый, слишком властный и слишком опасный для моего разбитого сердца.