Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Света ненавидит своё тело. После измены парня, с худой любовницей, она зареклась: никаких мужчин. Кавказские горы должны были стать убежищем, где можно залечить раны под шум водопада. Но в отеле есть другой постоялец. Константин - широкоплечий, темноволосый, с аккуратной небритостью и взглядом, от которого ноги подкашиваются. Он смотрит на неё так, будто она - единственная женщина на земле.
Он - разведён, богат, опасен. Она - смешливая пышка, привыкшая прятать бёдра.
Он обещает: никакой спешки. Только прогулки в горы, горячие источники и поцелуй руки. Света не верит, что такой мужчина может желать её всерьёз. Но когда остаётся последняя ночь в отеле, он заставляет её забыть все запреты.
Она возвращается в Москву с именем в сердце и без номера телефона. Но проходят недели - и у её подъезда останавливается тонированный джип. С букетом неприлично красных роз.
Только вот бывшая жена Константина, готова размазать Свету по грязи за то, что она украла её мужа.
Он - разведён, богат, опасен. Она - смешливая пышка, привыкшая прятать бёдра.
Он обещает: никакой спешки. Только прогулки в горы, горячие источники и поцелуй руки. Света не верит, что такой мужчина может желать её всерьёз. Но когда остаётся последняя ночь в отеле, он заставляет её забыть все запреты.
Она возвращается в Москву с именем в сердце и без номера телефона. Но проходят недели - и у её подъезда останавливается тонированный джип. С букетом неприлично красных роз.
Только вот бывшая жена Константина, готова размазать Свету по грязи за то, что она украла её мужа.
Она пишет стихи — не для славы, а чтобы не утонуть в мире, где ее не слышат. Он привык получать всё по щелчку пальцев — деньги, внимание, победы. Их миры не должны были пересечься. Но одно кафе, один дерзкий ответ — и все меняется.
***
— Смотри-ка, толстуха от счастья онемела! — хохочет друг Игоря, подходя к нам. — Дружище, я знал, что ты бабам нравишься, но чтобы настолько…
— Ну, так как тебя зовут? — ухмыляется Игорь. — Анна Ахматова или Марина Цветаева?
— А может она Агния Барто? — продолжает издеваться парень, имя которого я так и не знаю. — Ей же только про бычков и писать.
— Неужели еще не все мозги пропили? — наконец-то, подаю голос я. — Даже Агнию Барто знаете.
— О! Смотри, — замычала! — друг толкает Игоря в бок. — А я уже думал, что она глухонемая.
— Слушай, — тихо говорю я. — Если у тебя проблемы со слухом, то тебе надо показаться отоларингологу. Если проблемы с головой, то прямая дорога к психиатру. Потому что я никак не могу уразуметь, что непонятного в слове НЕТ?
***
— Смотри-ка, толстуха от счастья онемела! — хохочет друг Игоря, подходя к нам. — Дружище, я знал, что ты бабам нравишься, но чтобы настолько…
— Ну, так как тебя зовут? — ухмыляется Игорь. — Анна Ахматова или Марина Цветаева?
— А может она Агния Барто? — продолжает издеваться парень, имя которого я так и не знаю. — Ей же только про бычков и писать.
— Неужели еще не все мозги пропили? — наконец-то, подаю голос я. — Даже Агнию Барто знаете.
— О! Смотри, — замычала! — друг толкает Игоря в бок. — А я уже думал, что она глухонемая.
— Слушай, — тихо говорю я. — Если у тебя проблемы со слухом, то тебе надо показаться отоларингологу. Если проблемы с головой, то прямая дорога к психиатру. Потому что я никак не могу уразуметь, что непонятного в слове НЕТ?
Она — владелица инвестиционного фонда, Железная Леди российского бизнеса, привыкшая покупать и разрушать. Он — провинциальный массажист с золотыми руками и добрым сердцем, который никогда не держал в руках ничего дороже старенькой «Лады». Их встреча была случайностью: она заблудилась в незнакомом городе, он вызвался показать дорогу. Их общая неделя должна была стать просто сделкой: эскорт-услуги за три тысячи долларов. Но судьба распорядилась иначе.
Свекор пригласил меня к себе на дачу сажать картошку. Там я знакомлюсь с его соседями, которые оказывают мне внимание. Как-то само собой получается, что мы паримся в баньке. Они предлагают мне избавиться от комплексов. И я соглашаюсь упасть в омут с головой, не понимая, куда меня приведет это приключение.
«Дорогая, это просто отель. Море, солнце, вкусная еда. Тебе нужно отвлечься, забыть этого козла, который тебе изменял», — сказала Маша и отправила меня в отель «Мераки». Но она забыла уточнить только один нюанс. Тот самый, из-за которого я редко беру трубку и вернусь совсем другим человеком.
«Я сделаю всё, чтобы ты была моей навсегда», — сказал он и сломал мой мир, чтобы вернуть.
♥
Я сбежала от его удушающей ревности. И, как ни странно, измены.
А он поклялся вернуть меня любой ценой.
Спустя два года судьба вновь сталкивает нас — теперь он мой босс, властный и опасный.
Я ненавижу его, но тело помнит каждое прикосновение. Смогу ли я устоять перед одержимостью того, кто не привык проигрывать?
♥
Я сбежала от его удушающей ревности. И, как ни странно, измены.
А он поклялся вернуть меня любой ценой.
Спустя два года судьба вновь сталкивает нас — теперь он мой босс, властный и опасный.
Я ненавижу его, но тело помнит каждое прикосновение. Смогу ли я устоять перед одержимостью того, кто не привык проигрывать?
Я рухнула в грязь. Ногу пронзило острой болью — кажется, подвернула. Вдох-выдох. Тело ломило, сил подняться не осталось, но проиграть сейчас было нельзя. Стараясь не шуметь, я перекатилась на спину. Он близко. Я чувствую это. Один неверный звук — и меня не станет.
Ветка хрустнула под ладонью раньше, чем я успела замереть. А в следующее мгновение мой собственный истошный крик разорвал тишину леса. Я встретилась с его взглядом, полным лютой ненависти. Лют. Он здесь. Бежать больше некуда.
Когда-то мой отец уничтожил его, он вернулся, чтобы сделать то же самое со мной. Только вот он не знает о том, что у него есть сын, и никогда не узнает.
Ветка хрустнула под ладонью раньше, чем я успела замереть. А в следующее мгновение мой собственный истошный крик разорвал тишину леса. Я встретилась с его взглядом, полным лютой ненависти. Лют. Он здесь. Бежать больше некуда.
Когда-то мой отец уничтожил его, он вернулся, чтобы сделать то же самое со мной. Только вот он не знает о том, что у него есть сын, и никогда не узнает.
Их сблизила музыка одним летним, свежим днем. Их разговорам о литературе и философии аккомпанировало море.
Ангус был вынужден расстаться со своей юной возлюбленной, забрать с собой невозможные чувства. Так Сусанна потеряла единственного друга, идеального собеседника, часть своей души.
Дорогам знаменитого коллекционера и талантливой, стойкой девушки было суждено сойтись во время горькой потери.
Разница в возрасте не станет непреодолимым препятствием, но спровоцирует болезненное для двоих решение.
Ангус был вынужден расстаться со своей юной возлюбленной, забрать с собой невозможные чувства. Так Сусанна потеряла единственного друга, идеального собеседника, часть своей души.
Дорогам знаменитого коллекционера и талантливой, стойкой девушки было суждено сойтись во время горькой потери.
Разница в возрасте не станет непреодолимым препятствием, но спровоцирует болезненное для двоих решение.
Соглашаясь пойти с подругой на вечеринку мажоров, я не думала, что одна ошибка поставит меня в зависимость от тех, кто привык получать всё. Они называют это “спасением” и выставляют счёт: теперь я должна играть по их правилам.
— Будешь делать, что скажем.
— Я на такое не соглашалась.
— Тогда вернём всё, как было.
— Не надо!
Значит, я всё-таки в игре. Только вот кто кого сломает — они меня или я их?
— Будешь делать, что скажем.
— Я на такое не соглашалась.
— Тогда вернём всё, как было.
— Не надо!
Значит, я всё-таки в игре. Только вот кто кого сломает — они меня или я их?
— Ты теперь моя. Никуда не денешься.
— А если сбегу?
— Догоню.
Он вытащил меня из огня. Голыми руками, сквозь дым и рушащиеся перекрытия. А потом запер в бетонной клетке с камерами по углам. Говорит — я свидетель. Но смотрит так, будто я — его личный трофей. У меня сгорело всё: дом, документы, прошлая жизнь. Осталась только его футболка на голом теле и этот ледяной взгляд, от которого хочется то бежать, то… остаться.
Кто он — спаситель или новый плен? И почему я всё ещё здесь?
— А если сбегу?
— Догоню.
Он вытащил меня из огня. Голыми руками, сквозь дым и рушащиеся перекрытия. А потом запер в бетонной клетке с камерами по углам. Говорит — я свидетель. Но смотрит так, будто я — его личный трофей. У меня сгорело всё: дом, документы, прошлая жизнь. Осталась только его футболка на голом теле и этот ледяной взгляд, от которого хочется то бежать, то… остаться.
Кто он — спаситель или новый плен? И почему я всё ещё здесь?
Выберите полку для книги