Читать и слушать книги
– Знакомься, Оля, это Амина, – свекровь улыбается улыбкой змеи, указывая мне на гостью за щедро накрытым столом, – вторая жена Амирхана.
Моя приветственная улыбка быстро вянет.
– Вторая… кто? – шепчу.
– Жена, разумеется.
Живот пронзает такой резкой болью, что становится трудно дышать. Меньше всего я ожидала такой подставы от собственного мужа.
И он предал не только меня, но и своего ребенка, о котором я не успела ему сказать.
Моя приветственная улыбка быстро вянет.
– Вторая… кто? – шепчу.
– Жена, разумеется.
Живот пронзает такой резкой болью, что становится трудно дышать. Меньше всего я ожидала такой подставы от собственного мужа.
И он предал не только меня, но и своего ребенка, о котором я не успела ему сказать.
Нелепая авария, едва не стоившая мне жизни, перевернула в ней всё с ног на голову. А виноват во всём хмурый незнакомец. Но ещё больше смущает тот факт, что мои дети на него почему-то подозрительно похожи. И муж точно что-то скрывает, отводя взгляд каждый раз, когда разговор заходит о сделанном мне в прошлом ЭКО...
Визг тормозов стоял в ушах, предупреждая о том, что водитель делает всё возможное, чтобы остановить свой внедорожник. Но покрытый льдом асфальт не давал ему шанса. А вместе с ним и мне...
- Ты там как? Цела, невредима? - заглянув под машину, спросил мужчина, явив своё небритое лицо с пронзительным взглядом и сжатыми в тонкую линию губами.
- Кажется, всё нормально.
- Так кажется или всё-таки нормально? - раздражённо переспросил он.
Может ли одна встреча изменить жизнь? Может! Проверено лично.
Визг тормозов стоял в ушах, предупреждая о том, что водитель делает всё возможное, чтобы остановить свой внедорожник. Но покрытый льдом асфальт не давал ему шанса. А вместе с ним и мне...
- Ты там как? Цела, невредима? - заглянув под машину, спросил мужчина, явив своё небритое лицо с пронзительным взглядом и сжатыми в тонкую линию губами.
- Кажется, всё нормально.
- Так кажется или всё-таки нормально? - раздражённо переспросил он.
Может ли одна встреча изменить жизнь? Может! Проверено лично.
— Ты мне изменил, Ферит, — Я смотрела на него немигающе. Это ведь не мой любимый, он так сделать не мог! — За что ты так со мной поступил? — спотыкалась на каждом слове. Воздуха катастрофически не хватало. В груди разрасталась черная дыра вместо сердца.
— Не выноси мне мозг своими претензиями, — навис надо мной грозно. Приподнял пальцами за подбородок. — Я мужчина, а не каблук, чтобы перед тобой тут оправдываться, — выдохнул в губы жестокие слова. — Случилось и случилось, — будничным тоном словно погоду за окном сообщал, поправляя запонки на манжетах, — Она не первая и не последняя в моей постели. А ты мне жена, ты всегда будешь единственной! Просто забудь и двигайся дальше.
Я любила и верила мужу всей душой. Но в пятый день рождения нашего маленького сына застала его с любовницей в нашей постели.
Он не видит в измене ничего страшного и не дает развода. Требует, чтобы я смирилась с тем, что случилось.
— Не выноси мне мозг своими претензиями, — навис надо мной грозно. Приподнял пальцами за подбородок. — Я мужчина, а не каблук, чтобы перед тобой тут оправдываться, — выдохнул в губы жестокие слова. — Случилось и случилось, — будничным тоном словно погоду за окном сообщал, поправляя запонки на манжетах, — Она не первая и не последняя в моей постели. А ты мне жена, ты всегда будешь единственной! Просто забудь и двигайся дальше.
Я любила и верила мужу всей душой. Но в пятый день рождения нашего маленького сына застала его с любовницей в нашей постели.
Он не видит в измене ничего страшного и не дает развода. Требует, чтобы я смирилась с тем, что случилось.
Подхожу к кабинету шефа и… замираю в нерешительности. Слышу, как он на повышенных тонах разговаривает со своим сыном:
— …далась тебе эта свадьба! Отменим, и все дела!
— Что значит, отменим?! Я не хочу ничего отменять!
— Хочу! Не хочу! — снова грохочет шеф. — Может, повзрослеешь уже?! Будешь вести себя как мужик, а не как маленький мальчик! Хочет он! Есть такое слово как «НАДО»!
— Да, что надо-то?! Что вам вечно от меня надо?!
— Надо, чтобы ты познакомился с девушкой, которую выбрала для тебя мать. Пока ты не совершил ошибку и не женился на этой девке. Пока ещё не стало слишком поздно!
***
Возможно, этот разговор и не заинтересовал бы меня, если бы той самой «девкой» была бы не я сама, а речь шла бы не о моей собственной свадьбе.
Всего за месяц до торжества родители жениха нашли ему другую невесту. Девушку из высшего общества. Я стала больше не нужна...
— …далась тебе эта свадьба! Отменим, и все дела!
— Что значит, отменим?! Я не хочу ничего отменять!
— Хочу! Не хочу! — снова грохочет шеф. — Может, повзрослеешь уже?! Будешь вести себя как мужик, а не как маленький мальчик! Хочет он! Есть такое слово как «НАДО»!
— Да, что надо-то?! Что вам вечно от меня надо?!
— Надо, чтобы ты познакомился с девушкой, которую выбрала для тебя мать. Пока ты не совершил ошибку и не женился на этой девке. Пока ещё не стало слишком поздно!
***
Возможно, этот разговор и не заинтересовал бы меня, если бы той самой «девкой» была бы не я сама, а речь шла бы не о моей собственной свадьбе.
Всего за месяц до торжества родители жениха нашли ему другую невесту. Девушку из высшего общества. Я стала больше не нужна...
- Как свадьба? С кем? – эта новость меня просто раздавила, расплющила…сижу ничего понять не могу… - Асан, мы же…ты же…, а ты что меня в жёны брать не собираешься?
Дёрнулся, как от удара, и поняла, не собирается.
- Нет, извини…
- Нет? Но почему? – еле выплёвываю из себя эти два слова, челюсти свело судорогой…понимаю, что рушится моя жизнь…
- Тань, ну хватит тут спектакль играть… ты красивая, страстная…я и сейчас тебя хочу до безумия…, но жениться…нет…
- По-че-му? – говорю уже по слогам, проговаривая каждую букву.
- Ты же гулящая…понимаешь?
- Я? Гулящая? – ушам своим не верю…да у меня кроме него никого никогда и не было. – С кем я гуляю, ну-ка поясни!
Спокойно сидеть на диване не могу, соскочила, встала прямо перед ним, уперев руки в бока.
- Со мной! – он что с ума сошёл? – Ты со мной три года гуляешь, ну как я тебя в свой дом приведу…но к тебе могу приезжать...с большим удовольствием...
Ага, щаззз...я себя не на помойке нашла, и унижать не позволю, вырву из сердца с корнем.
Дёрнулся, как от удара, и поняла, не собирается.
- Нет, извини…
- Нет? Но почему? – еле выплёвываю из себя эти два слова, челюсти свело судорогой…понимаю, что рушится моя жизнь…
- Тань, ну хватит тут спектакль играть… ты красивая, страстная…я и сейчас тебя хочу до безумия…, но жениться…нет…
- По-че-му? – говорю уже по слогам, проговаривая каждую букву.
- Ты же гулящая…понимаешь?
- Я? Гулящая? – ушам своим не верю…да у меня кроме него никого никогда и не было. – С кем я гуляю, ну-ка поясни!
Спокойно сидеть на диване не могу, соскочила, встала прямо перед ним, уперев руки в бока.
- Со мной! – он что с ума сошёл? – Ты со мной три года гуляешь, ну как я тебя в свой дом приведу…но к тебе могу приезжать...с большим удовольствием...
Ага, щаззз...я себя не на помойке нашла, и унижать не позволю, вырву из сердца с корнем.
— Ты ни черта не понимаешь, Наташа! — кричит муж, и его голос эхом разносится по дому, — Я работал день и ночь, чтобы обеспечить нашу жизнь! Ты не можешь меня упрекать за одну ошибку!
— Могу. Я имею на это полное право.
— Ты только и делала, что требовала, требовала, требовала! Ты никогда не думала, каково мне!
Я смеюсь:
— Да что ты?! Я помогала тебе закрывать долги! Я находила инвесторов, договаривалась о новых контрактах, чтобы твой бизнес не рухнул! — голос срывается, но я продолжаю, глядя ему прямо в глаза, — Каждый раз, когда ты совершал ошибку, я вытаскивала тебя из ямы. А сейчас ты все это обесцениваешь?!
Паша замолкает. Он пытается что-то сказать, но слова застревают в горле.
— Ты решил, что я существую только чтобы тебя поддерживать, что я всегда буду рядом, несмотря ни на что, — я наклоняюсь вперед, к нему, — Но, услышь меня: это правда конец.
— Могу. Я имею на это полное право.
— Ты только и делала, что требовала, требовала, требовала! Ты никогда не думала, каково мне!
Я смеюсь:
— Да что ты?! Я помогала тебе закрывать долги! Я находила инвесторов, договаривалась о новых контрактах, чтобы твой бизнес не рухнул! — голос срывается, но я продолжаю, глядя ему прямо в глаза, — Каждый раз, когда ты совершал ошибку, я вытаскивала тебя из ямы. А сейчас ты все это обесцениваешь?!
Паша замолкает. Он пытается что-то сказать, но слова застревают в горле.
— Ты решил, что я существую только чтобы тебя поддерживать, что я всегда буду рядом, несмотря ни на что, — я наклоняюсь вперед, к нему, — Но, услышь меня: это правда конец.
— Ты хочешь сказать… у тебя любовница?
— Да. У меня новая женщина.
— Ты… серьёзно?
— Абсолютно. А ты — скучная, привычная. Не та, что раньше.
— Но я была с тобой в самые трудные времена. Моталась с тобой по стране. Я любила. Это ни что?
— Я устал от тебя. И давай без сцен.
Он ушёл, не оправдываясь. Просто вычеркнул меня из своей жизни — как ненужную страницу. Пока он строил жизнь с новой женщиной, я собирала себя по частям.
Но когда он вернулся — все было по-другому.
— Да. У меня новая женщина.
— Ты… серьёзно?
— Абсолютно. А ты — скучная, привычная. Не та, что раньше.
— Но я была с тобой в самые трудные времена. Моталась с тобой по стране. Я любила. Это ни что?
— Я устал от тебя. И давай без сцен.
Он ушёл, не оправдываясь. Просто вычеркнул меня из своей жизни — как ненужную страницу. Пока он строил жизнь с новой женщиной, я собирала себя по частям.
Но когда он вернулся — все было по-другому.
— Послушай, Анна. Нам нужно кое-что прояснить. То, что ты видела вчера...
— Твою любовницу? — я удивилась собственному спокойствию.
— Олеся не любовница. Она перспективный специалист, работает со мной над новым проектом.
— И поэтому ты не пришёл домой ночевать? — спросила я, глядя мужу прямо в глаза.
— Она из Москвы. Я показывал ей город, — он сделал паузу. — Но дело не в этом. Дело в тебе, Анна.
— Во мне?
— Да. Посмотри на себя, — он обвёл меня взглядом, как товар на витрине. — Как я могу появляться с тобой в обществе? Мне с тобой стыдно, понимаешь? Знаешь, почему я до сих пор с тобой? Из жалости. Мне тебя жалко, Анна. Кому ты нужна кроме меня? Сорок три года, никаких перспектив, увядающая внешность...
— Мы можем развестись, — сказала я ровным голосом.
— Не смеши меня, — насмешливо бросил муж, — ты существуешь только благодаря мне. Без меня ты никто…
— Твою любовницу? — я удивилась собственному спокойствию.
— Олеся не любовница. Она перспективный специалист, работает со мной над новым проектом.
— И поэтому ты не пришёл домой ночевать? — спросила я, глядя мужу прямо в глаза.
— Она из Москвы. Я показывал ей город, — он сделал паузу. — Но дело не в этом. Дело в тебе, Анна.
— Во мне?
— Да. Посмотри на себя, — он обвёл меня взглядом, как товар на витрине. — Как я могу появляться с тобой в обществе? Мне с тобой стыдно, понимаешь? Знаешь, почему я до сих пор с тобой? Из жалости. Мне тебя жалко, Анна. Кому ты нужна кроме меня? Сорок три года, никаких перспектив, увядающая внешность...
— Мы можем развестись, — сказала я ровным голосом.
— Не смеши меня, — насмешливо бросил муж, — ты существуешь только благодаря мне. Без меня ты никто…
— Изменил… — хрипло произнес Макс. — Но ты это в голову не бери…
— Предлагаешь забыть, что видела тебя в одной постели с другой? — дрогнувшим голосом спросила и обняла себя за плечи.
— Один раз не считается, Алин, ты же знаешь, — сказал и лениво пожал плечами муж.
— Я подам на развод, — шепнула и сама испугалась этих слов. — Наше долго и счастливо кончилось, Максим.
Если жена не может, другая вполне сойдёт — вот что такое семья, когда жена занята.
Я не смогла поехать с мужем, и на этот вечер мне нашлась замена, ведь один раз не считается.
— Предлагаешь забыть, что видела тебя в одной постели с другой? — дрогнувшим голосом спросила и обняла себя за плечи.
— Один раз не считается, Алин, ты же знаешь, — сказал и лениво пожал плечами муж.
— Я подам на развод, — шепнула и сама испугалась этих слов. — Наше долго и счастливо кончилось, Максим.
Если жена не может, другая вполне сойдёт — вот что такое семья, когда жена занята.
Я не смогла поехать с мужем, и на этот вечер мне нашлась замена, ведь один раз не считается.
– Что мы делаем? – проговорил муж.
Я затаила дыхание, чтобы не выдать свое присутствие, боясь даже моргнуть.
– Ты не любишь Юну. А я не люблю Стаса. Это замужество…
– После него ничего не изменится. Кольца на пальцах не помешают нам встречаться.
Кровь застучала в висках.
– Я хочу быть с тобой, не бросай меня только, – почти умоляюще сказала Даша, и на моих глазах проступили слезы.
Не могу поверить…
– Не брошу, ты что? В тебе растет мой ребенок…
Ребенок?
Сестра беременна не от Стаса, а от моего мужа!
Самые близкие люди предали меня.
– Потерпи. Когда-нибудь мы будем вместе. Я, ты и наш малыш. А пока продолжай выкачивать из Стаса деньги.
– Но мне опять придется ложиться с ним в постель.
– Мне самому невыносима эта мысль, детка, но он ни о чем не должен догадаться. Это все для нашего безбедного будущего. Родишь, поживете немного и подашь на развод. Заберем у него половину имущества и свалим.
– А как же Юна?
Сердце замедлило темп.
– Да, мне нет дела до нее...
Я затаила дыхание, чтобы не выдать свое присутствие, боясь даже моргнуть.
– Ты не любишь Юну. А я не люблю Стаса. Это замужество…
– После него ничего не изменится. Кольца на пальцах не помешают нам встречаться.
Кровь застучала в висках.
– Я хочу быть с тобой, не бросай меня только, – почти умоляюще сказала Даша, и на моих глазах проступили слезы.
Не могу поверить…
– Не брошу, ты что? В тебе растет мой ребенок…
Ребенок?
Сестра беременна не от Стаса, а от моего мужа!
Самые близкие люди предали меня.
– Потерпи. Когда-нибудь мы будем вместе. Я, ты и наш малыш. А пока продолжай выкачивать из Стаса деньги.
– Но мне опять придется ложиться с ним в постель.
– Мне самому невыносима эта мысль, детка, но он ни о чем не должен догадаться. Это все для нашего безбедного будущего. Родишь, поживете немного и подашь на развод. Заберем у него половину имущества и свалим.
– А как же Юна?
Сердце замедлило темп.
– Да, мне нет дела до нее...
Выберите полку для книги