Читать и слушать книги

— Помогите… он не приходит в себя…
— Где он?
— В спальне… быстрее…
Я захожу и уже знаю — этот вызов я не забуду никогда.
— Давление падает.
— Пульс нитевидный…
— Что он пил?!
Женщина в красной сорочке рыдает, цепляется за дверной косяк, качает головой.
— Ничего… он просто пришёл…
Я наклоняюсь ниже — и узнаю лицо.
— …Нет. Не может быть.
— Вы его знаете?
— Да. И слишком хорошо.
Он сказал утром: «Я задержусь». А сейчас я держу в руках жизнь человека, который выбрал другую.
— Это ваш муж?
— Пока да.
Сирена воет где-то внутри меня. И я понимаю: этот вызов изменит всё.

– Ты уверена, что она ничего не заподозрит? – уточнил у невидимого собеседника мой муж.
Я замерла.
– Она занята только собой и своим папочкой, – ответила Инга, жена отца.
Почему она здесь, а не вместе с отцом?
Я толкнула дверь, желая узнать, что происходит.
То, что я увидела, было настолько откровенным и унизительным, что на секунду я просто потеряла способность дышать нормально.
Кирилл стоял вплотную к Инге. Всегда идеальная укладка была растрепана. Его пиджак был расстегнут, галстук сбит в сторону. Инга же сидела на столе, слегка откинувшись назад, и поправляла на груди тонкую цепочку. Юбка была задрана почти до талии. Кофта расстегнута и видно белье. На шее у Кирилла я увидела след ее помады.
Мой муж и моя мачеха!

Измена мужа лишила художницу Ирину не только семейного счастья, но и дара видеть цвета. Ее мир стал черно-белым. Спасаясь от боли предательства, она сбежала в провинциальный городок. Способно ли знакомство с немногословным хозяином кофейни вернуть ей краски жизни? Может ли ненавязчивая дружба дать начало новой любви?

— То есть ты считаешь, лучше когда у мужика вообще никого нет, чем когда у него куча баб?
— Во-первых, ничего хорошего кучами не называют, — процедила, вызывающе глядя мне в глаза, — а во-вторых, если у мужика куча баб, это не значит, что он крутой. Это значит, что ему второй раз никто не дал!

Строители пробили дыру в стене прямиком к моей соседке... И нет бы, по-человечки договориться, по-соседски... Ага, держи карман шире!
Ну что же, моя булочка... Ты беги-беги. Я все равно тебя догоню и, поверь, мало не покажется!

-Па, вот как могу! -малыш ударяет ногой по мячу, и бежит за ним.
-Что? Почему сын моей подруги называет тебя папой?
-Любимая, это не то, о чем ты подумала, я все объясню!
- Не могу поверить! Ты говоришь мне этот бред? Нет, избавь! Не собираюсь участвовать в этом фарсе!
- Яна, на этот раз ты должна меня выслушать!
-Я ничего тебе не должна! Предатель! Ненавижу тебя! Не приближайся ко мне!
Шарахаюсь от протянутых ко мне рук, и оказываюсь у дороги. Сегодня же уеду! Зачем вообще сюда вернулась?
А дальше – мячик выкатывается на дорогу. Сын моего мужа и подруги бежит за мячиком, на ребенка несется автомобиль. Я бросаюсь за ребенком и едва успеваю оттолкнуть его с дороги.
Удар. Визг тормозов. Острая боль. Мир разлетается на осколки - и я вместе с ним.
Чувствую холод асфальта щекой.
Где-то кричат люди, сигналят машины.
Пока сознание ещё цепляется за реальность, прежде чем боль и тьма утянут меня за собой я получаю ответ на свой вопрос. Не могло быть иначе.
#БЫВШИЕ

– У меня были другие женщины. Много женщин, я даже имён их толком не помню... – признался мой муж радиоведущей на всю страну.
Только вот он не знал, что эта радиоведущая - я…

- Ты предатель! Я знала что все этим закончится! – кричала я, захлебываясь слезами. Ветер трепал мои волосы, стебая ими лицо и распаляя внутреннюю боль ещё сильнее. – Ты не имел права умирать!
Я не видела ничего вокруг. Лишь могилу с крестом, утопающую в красных розах, возложенных незнакомыми мне людьми. Они давно ушли, оставив меня наедине с разрушенным на мелкие песчинки сердцем, которое забрал с собой в сырую землю Никита Покровский!
- Ты обещал меня любить! Обещал быть со мной! Ты лгун! Ты лгун, Ник!
Я приложила ладонь к ещё плоскому животу и всхлипнула, ведь я так и не успела сказать ему о том, что внутри меня бьётся маленькое сердечко, частичка его самого!

Я попала в авиакатастрофу вместе с ненавистным шейхом, в компании которого работаю переводчиком. Я отделалась синяками, а он потерял память. Благо мы приземлились в моей родной станице.

Теперь я смогу отыграться на бывшем руководителе за все его колкости, а также помочь родителям с прогоревшим агробизнесом. Этот восточный принц узнает все о работе в теплице! Только проблема в том, что у него очень странные воспоминания о нас...

— Лена, пожалуйста… Дай мне шанс.
— Шанс на что? Я должна сделать вид, что не видела тебя в ординаторской с другой? Да её стоны слышала вся больница…
— Я ошибся. Это ничего не значит…
Я стояла и смотрела на мужчину, с которым прожила столько лет, и впервые не понимала, как правильно поступить. Уйти — значит разрушить семью, оставить сына без отца. Остаться — значит предать себя. Он просил прощения, говорил правильные слова, держал меня за руку… а мне было противно даже от его дыхания рядом.
А потом его любовница сказала, что беременна. И наши жизни превратились в ад.

— Да, тогда почему ты еще одна? Может, потому что никто не клюет на престарелых разведенок?
— Сам-то ты меня старше на пять лет.
— Ты забыла, что возраст красит мужчин.
— Да что ты? Только ты все равно не молодеешь, милый. И мужские функции выполняешь не так лихо, как в двадцать лет. А я еще хоть куда!
— Ты вряд ли способна заинтересовать хоть чем-то свободного мужчину. Разве что старика какого-то. В твоем возрасте, Надюша, рынок невест…, извини за цинизм, но он другой. Мужчины в хорошей форме, с достатком, гоняются за теми кто посвежее, за тридцатилетними. Остальные… — он многозначительно разводит руками.
— Я без труда найду достойного мужчину для серьезных отношений.
— Твой поезд давно ушел. Ты спишь и видишь, как вернуть меня домой.
— Ты слишком высокого о себе мнения.
— Тогда давай заключим пари. Если ты за пол года сможешь построить серьезные отношения, то я от тебя отстану.
— А если нет? — Тогда… тогда, Надюша, ты снова вернешь мою фамилию. И меня в свою постель.