Книги в жанре «Короткий любовный роман»
Перед героями этой истории встаёт непростое испытание — любовь, которая противоречит обязательствам и моральным принципам.Смогут ли они преодолеть барьер, возведённый обстоятельствами? Или обязательство окажется сильнее страсти?
«-Наш Барни заболел и ему срочно нужна помощь! – громко сказала девочка, смотря на Андрея во все глаза.
-Как тебя зовут? - спросил Андрей, наклоняясь к ребенку.
-Меня зовут Леся! -весело ответила и посмотрела на Юлю- Мамина Леся.
-А меня Андрей. - он протянул руку и легонько пожал теплую детскую ладошку.»
***
Первая любовь, пронесенная сквозь года. Быть может судьба даёт второй шанс ?
-Как тебя зовут? - спросил Андрей, наклоняясь к ребенку.
-Меня зовут Леся! -весело ответила и посмотрела на Юлю- Мамина Леся.
-А меня Андрей. - он протянул руку и легонько пожал теплую детскую ладошку.»
***
Первая любовь, пронесенная сквозь года. Быть может судьба даёт второй шанс ?
❤️ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА❤️
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ❤️
— О боже… Я так по тебе соскучилась… Ты такой голодный! Твой синий чулок тебя совсем на сухом пайке держит?!
— Ирочка, какая же ты горячая, — простонал в ответ Матвей.
Мой муж, с которым мы были десять лет вместе. В браке, полном любви, взаимопонимания и поддержки. Во всяком случае, мне так казалось... Прямо в данный момент изменял мне с какой-то Ирочкой!
Все слова любви рассыпались в труху, а я получила это:
— Ты всю жизнь была косорукой и безответственной! От тебя одни проблемы, Кристина! И с постелью та же история: ни огня, ни флирта, ни кружева! Деревяшка! Ирка вон на все согласна, стоит только намекнуть! Такого мужика, как я, надо ценить, баловать и удивлять! Поучилась бы!
Ох, мой хороший... Учиться надо не мне, а тебе! Держать себя в штанах!
Ну ничего... Теперь командовать парадом буду я!
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ❤️
— О боже… Я так по тебе соскучилась… Ты такой голодный! Твой синий чулок тебя совсем на сухом пайке держит?!
— Ирочка, какая же ты горячая, — простонал в ответ Матвей.
Мой муж, с которым мы были десять лет вместе. В браке, полном любви, взаимопонимания и поддержки. Во всяком случае, мне так казалось... Прямо в данный момент изменял мне с какой-то Ирочкой!
Все слова любви рассыпались в труху, а я получила это:
— Ты всю жизнь была косорукой и безответственной! От тебя одни проблемы, Кристина! И с постелью та же история: ни огня, ни флирта, ни кружева! Деревяшка! Ирка вон на все согласна, стоит только намекнуть! Такого мужика, как я, надо ценить, баловать и удивлять! Поучилась бы!
Ох, мой хороший... Учиться надо не мне, а тебе! Держать себя в штанах!
Ну ничего... Теперь командовать парадом буду я!
Они бригадой с сумками влетели в старую хрущевку.
-что случилось,где больной? спросила врач скорой, у женщины на вид около 30 , не особо трезвой и когда то даже симпатичной женщины судя по паспорту.
-Он там возле кровати не могу понять, он дышит или нет. -Она указала на тело в комнате, которое лежало головой вниз.
Вот этот самый момент, сердце Кристины пропустило удар.
Она протянула телефон с данными её мужа врачу и сказала пока где-то пристроиться и написать документы. Лишь объяснив , что это её муж и она его сейчас оживит, даже если он мертв.
-что случилось,где больной? спросила врач скорой, у женщины на вид около 30 , не особо трезвой и когда то даже симпатичной женщины судя по паспорту.
-Он там возле кровати не могу понять, он дышит или нет. -Она указала на тело в комнате, которое лежало головой вниз.
Вот этот самый момент, сердце Кристины пропустило удар.
Она протянула телефон с данными её мужа врачу и сказала пока где-то пристроиться и написать документы. Лишь объяснив , что это её муж и она его сейчас оживит, даже если он мертв.
Он первым нарушил молчание:
— Тебе лучше уйти.
— Да.
— Но ты не уходишь.
— Нет.
Он шагнул вперед.
Анушка почувствовала, как сердце рвётся из груди.
Он стоял так близко, что теплом его тела обжигало её кожу сквозь тонкую ткань платья.
— Последний шанс, — прошептал он, и голос его был низким, как гром перед бурей. — Считаю до трёх.
Анушка не дышала.
— Один.
Её ладони вспотели. В голове стучало: «Беги. Беги сейчас», но внизу живота разлился горячий, густой мед, парализуя волю.
— Два.
Он наклонился, и его дыхание обожгло её шею. Нос скользнул по нежной коже, вдыхая аромат её духов — цветочных, с горьковатой ноткой апельсина.
— Три.
— Тебе лучше уйти.
— Да.
— Но ты не уходишь.
— Нет.
Он шагнул вперед.
Анушка почувствовала, как сердце рвётся из груди.
Он стоял так близко, что теплом его тела обжигало её кожу сквозь тонкую ткань платья.
— Последний шанс, — прошептал он, и голос его был низким, как гром перед бурей. — Считаю до трёх.
Анушка не дышала.
— Один.
Её ладони вспотели. В голове стучало: «Беги. Беги сейчас», но внизу живота разлился горячий, густой мед, парализуя волю.
— Два.
Он наклонился, и его дыхание обожгло её шею. Нос скользнул по нежной коже, вдыхая аромат её духов — цветочных, с горьковатой ноткой апельсина.
— Три.
Я всегда жила в мире формул, где каждый запах можно было разложить на ноты. Я думала, что знаю всё о гармонии, пока не нашла свою — в самом простом, земном и неожиданном аромате. Это открытие должно было стать моим главным триумфом, но обернулось самым страшным предательством. Мою душу, разлитую по флаконам, украли, исказили и выставили на всеобщее осмеяние. Когда казалось, что всё потеряно, мы смогли доказать правду — не словами, а чем-то настоящим, живым, что нельзя подделать. Мы победили. Но в тот самый миг, когда мы праздновали нашу победу и наше общее будущее, этот триумф обернулся против нас. Успех, за который мы так боролись, оказался лишь новой, позолоченной клеткой, которая грозила разделить нас навсегда.
Подозревая мужа в измене, решила у него напрямую спросить.
- Поклянись, что не изменял. Тем, что тебе дорого. Нашими детьми.
- Клянусь Мироном и Макаром, что не изменял тебе, любимая!
Я поверила, но после столкнулась с ним и его новым увлечением в ресторане. Подслушала их разговор.
- Свою кухарку-жену совсем терпеть не можешь, если при каждом удобном случае видишься со мной?
- Милая, жена – это рутина. С ней скучно. Пресно. Ты же непредсказуемая. С тобой каждый день, как праздник, который я хочу проживать снова и снова. В тебе столько энергии и страсти, что невозможно устоять. Даша не сравнится с тобой.
Резким движением отобрав у ошарашенного официанта две тарелки с дымящимися спагетти, я, как подобно валькирии, обрушила их содержимое на голову обоих.
- Ты все не так поняла! – кричал мне вслед муж, которого я уже мысленно записала в категорию бывших.
Я думала, что подам на развод и он оставит меня в покое, пока не случилось это…
- Поклянись, что не изменял. Тем, что тебе дорого. Нашими детьми.
- Клянусь Мироном и Макаром, что не изменял тебе, любимая!
Я поверила, но после столкнулась с ним и его новым увлечением в ресторане. Подслушала их разговор.
- Свою кухарку-жену совсем терпеть не можешь, если при каждом удобном случае видишься со мной?
- Милая, жена – это рутина. С ней скучно. Пресно. Ты же непредсказуемая. С тобой каждый день, как праздник, который я хочу проживать снова и снова. В тебе столько энергии и страсти, что невозможно устоять. Даша не сравнится с тобой.
Резким движением отобрав у ошарашенного официанта две тарелки с дымящимися спагетти, я, как подобно валькирии, обрушила их содержимое на голову обоих.
- Ты все не так поняла! – кричал мне вслед муж, которого я уже мысленно записала в категорию бывших.
Я думала, что подам на развод и он оставит меня в покое, пока не случилось это…
Он медленно поворачивает ко мне голову.
– Я… боюсь, – его голос хриплый от напряжения. – Я боюсь, что потеряю тебя, как потерял ее.
Он замолкает, глотая воздух.
– И когда ты сказала, что не знаешь, чего хочешь… это прозвучало как приговор. Как будто я снова потерял контроль, как будто все повторяется. И я… я оттолкнул тебя первым, чтобы не чувствовать этой боли, чтобы не дать себе надежды.
Он протягивает руку, касается моей щеки. Его пальцы ледяные от холода, но прикосновение – самое горячее, что я чувствую в жизни.
– Я не хочу терять тебя, Лена. Даже если это будет больно, даже если будет страшно. Я готов бороться со своими страхами и твоими сомнениями. Готовь ждать сколько угодно, пока ты не созреешь к чему-то серьезному. Только не уходи….
– Я… боюсь, – его голос хриплый от напряжения. – Я боюсь, что потеряю тебя, как потерял ее.
Он замолкает, глотая воздух.
– И когда ты сказала, что не знаешь, чего хочешь… это прозвучало как приговор. Как будто я снова потерял контроль, как будто все повторяется. И я… я оттолкнул тебя первым, чтобы не чувствовать этой боли, чтобы не дать себе надежды.
Он протягивает руку, касается моей щеки. Его пальцы ледяные от холода, но прикосновение – самое горячее, что я чувствую в жизни.
– Я не хочу терять тебя, Лена. Даже если это будет больно, даже если будет страшно. Я готов бороться со своими страхами и твоими сомнениями. Готовь ждать сколько угодно, пока ты не созреешь к чему-то серьезному. Только не уходи….
— Это непростительная ошибка. Мы прекрасно понимаем, как это скажется на вашей семье…
— Повторите ещё раз! — просит муж.
— Биоматериалы для оплодотворения вашей супруги были перепутаны в лаборатории.
Я хватаюсь за сердце:
— Как это возможно?
— Использованный материал принадлежал вашему полному тёзке. Наши лаборанты допустили непростительную ошибку, о которой мы узнали только сегодня.
Саша отключает вызов и начинает громко смеяться.
Не естественно, не радостно.
Смех, похожий на лай.
— Саша? — мой голос тонет в этом безумном хохоте.
— Всё, на хер! Ребёнок не мой. Собирай вещи и проваливай.
— Повторите ещё раз! — просит муж.
— Биоматериалы для оплодотворения вашей супруги были перепутаны в лаборатории.
Я хватаюсь за сердце:
— Как это возможно?
— Использованный материал принадлежал вашему полному тёзке. Наши лаборанты допустили непростительную ошибку, о которой мы узнали только сегодня.
Саша отключает вызов и начинает громко смеяться.
Не естественно, не радостно.
Смех, похожий на лай.
— Саша? — мой голос тонет в этом безумном хохоте.
— Всё, на хер! Ребёнок не мой. Собирай вещи и проваливай.
— Почему ты такая ненасытная? После развода я дал тебе деньги на покупку жилья вам с сыном, плачу приличные алименты. Что тебе ещё нужно?
— Мне нужен был ты, и больше ничего. Ты предал меня. Жаль, что ты это до сих пор не понял.
— Алён, не ври. Если ты до сих пор меня любишь, то почему мучаешь?
— Я не прощаю измены, Эд, и я раздену тебя до ниточки, вот увидишь. Я отомщу тебе.
Мой муж изменил мне после шести лет брака и думает, что сможет откупиться от меня деньгами, как он привык, но он не понял главного: задето моё самолюбие, и я отомщу ему сполна за то, что он не смог сохранить нашу семью.
— Мне нужен был ты, и больше ничего. Ты предал меня. Жаль, что ты это до сих пор не понял.
— Алён, не ври. Если ты до сих пор меня любишь, то почему мучаешь?
— Я не прощаю измены, Эд, и я раздену тебя до ниточки, вот увидишь. Я отомщу тебе.
Мой муж изменил мне после шести лет брака и думает, что сможет откупиться от меня деньгами, как он привык, но он не понял главного: задето моё самолюбие, и я отомщу ему сполна за то, что он не смог сохранить нашу семью.
Выберите полку для книги