Книги в жанре «Короткий любовный роман»
— Скажи, что я ошиблась. Скажи хоть что-нибудь.
Муж смотрит на меня ровно, почти бесстрастно.
— Алина, не начинай истерику.
— Я застала тебя с другой женщиной в твоём кабинете. И ты говоришь мне не начинать истерику?
— А что ты хочешь? Сцену? Ты в клинике. Возьми себя в руки.
— Ты мне изменяешь, пока я беременна.
— Не надо делать из этого больше, чем есть.
Меня будто бьют по лицу.
— Больше, чем есть?
— Да. Это не роман, не семья на стороне, не трагедия века. Это способ решить вопрос, который дома сейчас решён быть не может.
— Что?
— Врач тебе запретил близость. Или ты уже забыла? У тебя тяжёлая беременность, постоянная угроза, тонус, таблетки, запреты. Я не собираюсь рисковать ни тобой, ни ребёнком.
— Поэтому ты спишь с другой? — шепчу я.
— Поэтому я удовлетворяю свои потребности там, где это никому не вредит.
Муж смотрит на меня ровно, почти бесстрастно.
— Алина, не начинай истерику.
— Я застала тебя с другой женщиной в твоём кабинете. И ты говоришь мне не начинать истерику?
— А что ты хочешь? Сцену? Ты в клинике. Возьми себя в руки.
— Ты мне изменяешь, пока я беременна.
— Не надо делать из этого больше, чем есть.
Меня будто бьют по лицу.
— Больше, чем есть?
— Да. Это не роман, не семья на стороне, не трагедия века. Это способ решить вопрос, который дома сейчас решён быть не может.
— Что?
— Врач тебе запретил близость. Или ты уже забыла? У тебя тяжёлая беременность, постоянная угроза, тонус, таблетки, запреты. Я не собираюсь рисковать ни тобой, ни ребёнком.
— Поэтому ты спишь с другой? — шепчу я.
— Поэтому я удовлетворяю свои потребности там, где это никому не вредит.
— Вика?.. — огромный мужчина в военной форме смотрит на меня так, словно увидел привидение.
Восемь лет я ждала объяснений от мужчины, который исчез из моей жизни.
А он, оказывается, всё это время прекрасно жил без меня.
И даже успел завести другую семью.
Вот только мой бывший пока не знает одной маленькой детали....
Что мой Тёма его сын.
Восемь лет я ждала объяснений от мужчины, который исчез из моей жизни.
А он, оказывается, всё это время прекрасно жил без меня.
И даже успел завести другую семью.
Вот только мой бывший пока не знает одной маленькой детали....
Что мой Тёма его сын.
— Как ты сюда попала? Ближайшая дорога в пятнадцати километрах, — голос вышел резче, чем планировал.
— Шла.
— Пятнадцать километров по тайге. Одна, — делаю издевательские выводы. — Ты либо самоубийца, либо просто идиотка.
— А может, просто не хотела, чтобы меня нашли, — она вздёрнула подбородок.
— Ну, поздравляю, — оскалился я зло, — не нашли. Ни медведи, ни волки. Так что поднимайся. Опять прогуляемся.
— Зачем?
— Хочу посмотреть, как ты раздеваться будешь, — рявкнул раздражаясь, а девчонка побледнела.
***
Я выбрал жизнь в глуши не для того, что находить потеряшек, а потом греть их в своём доме. Но с этой явно всё пошло не по плану.
И что-то мне подсказывает, что с того момента, как она переступила порог моего дома, весь мой выстроенный мир, полетел к чертям, потому что я её больше не отпущу!
— Шла.
— Пятнадцать километров по тайге. Одна, — делаю издевательские выводы. — Ты либо самоубийца, либо просто идиотка.
— А может, просто не хотела, чтобы меня нашли, — она вздёрнула подбородок.
— Ну, поздравляю, — оскалился я зло, — не нашли. Ни медведи, ни волки. Так что поднимайся. Опять прогуляемся.
— Зачем?
— Хочу посмотреть, как ты раздеваться будешь, — рявкнул раздражаясь, а девчонка побледнела.
***
Я выбрал жизнь в глуши не для того, что находить потеряшек, а потом греть их в своём доме. Но с этой явно всё пошло не по плану.
И что-то мне подсказывает, что с того момента, как она переступила порог моего дома, весь мой выстроенный мир, полетел к чертям, потому что я её больше не отпущу!
- Да, Ната, я уже полгода сплю с твоей сестрой, но ты должна меня за это благодарить!
- Ты в себе, Егор? Тебя за это отстранят от...
Но муж меня будто не слышит.
Силой заталкивает в подсобку, ставит перед фактом.
- Ты не можешь родить, и я решил проблему! Твоя сестра родит нам сына, а ты будешь воспитывать!
- Нет! Даже не надейся...
Пытаюсь оттолкнуть мужа и выйти в коридор...
Но он приходит в бешенство, толкает меня с такой силой, что я теряю сознание, а сам... запирает подсобку.
В сознание прихожу от воя сирен.
В городе эвакуация, а я заперта в подвале!
- Кто-нибудь.. на помощь!
Но вместо ответа раздаётся взрыв...
И никто никогда не узнает, что в тот момент я уже носила под сердцем малыша...
- Ты в себе, Егор? Тебя за это отстранят от...
Но муж меня будто не слышит.
Силой заталкивает в подсобку, ставит перед фактом.
- Ты не можешь родить, и я решил проблему! Твоя сестра родит нам сына, а ты будешь воспитывать!
- Нет! Даже не надейся...
Пытаюсь оттолкнуть мужа и выйти в коридор...
Но он приходит в бешенство, толкает меня с такой силой, что я теряю сознание, а сам... запирает подсобку.
В сознание прихожу от воя сирен.
В городе эвакуация, а я заперта в подвале!
- Кто-нибудь.. на помощь!
Но вместо ответа раздаётся взрыв...
И никто никогда не узнает, что в тот момент я уже носила под сердцем малыша...
— Мариш, ты только не начинай! Внизу 180 гостей!
Муж говорит это в свадебном люксе нашего отеля. На кровати застёгивает босоножку беременная Кира — администраторша, которую я сама всему научила.
Я не устраиваю сцен... Просто довожу чужой банкет до последнего тоста, а затем кладу на стойку ключи от отеля, который 18 лет держался на моих плечах.
Дома Кира уже хозяйничает на моей кухне, в моём халате. А Паша смеётся мне в лицо:
— Ты без меня никто! Приползёшь обратно!
К утру он блокирует карту, а дочь опускает глаза: знала про Киру ещё весной.
У меня остаётся только заброшенный бабушкин пансионат: текущая крыша, сгоревший флигель, куча пожарных нарушений и месяц на открытие. А у ворот уже стоит подполковник Гордеев — мужчина, которого я не выбрала 18 лет назад. Приехал с проверкой по чьей-то очень своевременной жалобе.
Павел уверен, что я пропаду. Пусть ждёт...
Удобная «хозяюшка» больше не вернётся. Вернётся хозяйка — и заберёт своё! До последнего рубля!
Муж говорит это в свадебном люксе нашего отеля. На кровати застёгивает босоножку беременная Кира — администраторша, которую я сама всему научила.
Я не устраиваю сцен... Просто довожу чужой банкет до последнего тоста, а затем кладу на стойку ключи от отеля, который 18 лет держался на моих плечах.
Дома Кира уже хозяйничает на моей кухне, в моём халате. А Паша смеётся мне в лицо:
— Ты без меня никто! Приползёшь обратно!
К утру он блокирует карту, а дочь опускает глаза: знала про Киру ещё весной.
У меня остаётся только заброшенный бабушкин пансионат: текущая крыша, сгоревший флигель, куча пожарных нарушений и месяц на открытие. А у ворот уже стоит подполковник Гордеев — мужчина, которого я не выбрала 18 лет назад. Приехал с проверкой по чьей-то очень своевременной жалобе.
Павел уверен, что я пропаду. Пусть ждёт...
Удобная «хозяюшка» больше не вернётся. Вернётся хозяйка — и заберёт своё! До последнего рубля!
— Верунчик, ты же понимаешь, что твоя почка — это единственный шанс нашего малыша на роскошную жизнь? — Игорь нежно погладил округлившийся живот моей бывшей подруги.
— Вы... вы сумасшедшие? — я отступала к двери, но за спиной уже стояла свекровь со шприцем.
— Ой, да не истери, мышь детдомовская! С одной почкой живут! А нам с Игоречком загородный дом нужен! — прошипела та, вжимая полотенце мне в лицо.
Я три года брала ночные смены, чтобы оплатить «смертельную болезнь» свекрови. Экономила на еде, донашивала старые куртки и верила, что муж искренне меня любит.
Пока случайно не открыла конверт с результатами её МРТ: «Пациентка полностью здорова».
А в тайном ящике мужа не нашла договор... о продаже моей собственной почки богатскому клиенту за триста тысяч долларов!
Они объявили меня сумасшедшей. Они выписали меня из квартиры, повесили на меня миллионные кредиты и уложили на операционный стол. Скальпель уже занесен над моей кожей, а муж с улыбкой шепчет: «Ничего личного, милая.
— Вы... вы сумасшедшие? — я отступала к двери, но за спиной уже стояла свекровь со шприцем.
— Ой, да не истери, мышь детдомовская! С одной почкой живут! А нам с Игоречком загородный дом нужен! — прошипела та, вжимая полотенце мне в лицо.
Я три года брала ночные смены, чтобы оплатить «смертельную болезнь» свекрови. Экономила на еде, донашивала старые куртки и верила, что муж искренне меня любит.
Пока случайно не открыла конверт с результатами её МРТ: «Пациентка полностью здорова».
А в тайном ящике мужа не нашла договор... о продаже моей собственной почки богатскому клиенту за триста тысяч долларов!
Они объявили меня сумасшедшей. Они выписали меня из квартиры, повесили на меня миллионные кредиты и уложили на операционный стол. Скальпель уже занесен над моей кожей, а муж с улыбкой шепчет: «Ничего личного, милая.
— Рамина ничего не узнает. А если и узнает — никуда не уйдёт, она слишком правильная, — доносится из-за уютного столика в глубине кафе.
Я стою у входа с белой коробкой в руках и не могу сделать вдох.
В коробке — эксклюзивная мужская рубашка. На манжетах — вышитая моими руками фраза: «Чтобы ты всегда возвращался ко мне».
Днём я радовалась дорогому срочному заказу от красивой незнакомки.
А вечером привезла его к её столику… и увидела своего мужа, держащего её за руку.
Развод? Семья твердит: «Терпи, это позор на весь род!»
Мурад убеждён, что я сломалась и покорно вернулась в его дом.
Он ещё не понял, что тихая и удобная Рамина умерла в ту самую секунду посреди людного кафе.
Я своими руками вышила признание для его любовницы.
А теперь научу Мурада жить с женой, которая больше его не любит.
Он хотел покорную куклу?
Пусть попробует выжить рядом с той, кого сам превратил в лёд…
Я стою у входа с белой коробкой в руках и не могу сделать вдох.
В коробке — эксклюзивная мужская рубашка. На манжетах — вышитая моими руками фраза: «Чтобы ты всегда возвращался ко мне».
Днём я радовалась дорогому срочному заказу от красивой незнакомки.
А вечером привезла его к её столику… и увидела своего мужа, держащего её за руку.
Развод? Семья твердит: «Терпи, это позор на весь род!»
Мурад убеждён, что я сломалась и покорно вернулась в его дом.
Он ещё не понял, что тихая и удобная Рамина умерла в ту самую секунду посреди людного кафе.
Я своими руками вышила признание для его любовницы.
А теперь научу Мурада жить с женой, которая больше его не любит.
Он хотел покорную куклу?
Пусть попробует выжить рядом с той, кого сам превратил в лёд…
— Тише, Маша. Ты же должна была уже умереть, — муж заботливо поправил мне одеяло. Я не могла шевельнуть даже пальцем. Только слушать. Знаете, что рассказывают жене, которая «всё равно не слышит»? Что пожар — не короткое замыкание. Что моя жизнь застрахована на красивую сумму. Что эти деньги спасут ребёнка его любовницы. Что хоть какая-то польза от меня будет. Раз родить не смогла.
Он не знал двух вещей. Я слышала каждое слово. И за час до пожара я держала в руках тест с двумя полосками. Я выжила. И теперь он обо всём пожалеет.
В книге: месть жены · предательство · настоящий мужчина, который вынес её из огня · расплата · обязательный ХЭ
Он не знал двух вещей. Я слышала каждое слово. И за час до пожара я держала в руках тест с двумя полосками. Я выжила. И теперь он обо всём пожалеет.
В книге: месть жены · предательство · настоящий мужчина, который вынес её из огня · расплата · обязательный ХЭ
— Конечно. Поиграть захотелось. Скорая — это тебе не капельницы в палате ставить, девочка!
— Я. Врач.
— Ты обуза. — Он бросает это спокойно, как факт. — А обуза на моем участке — это труп. Чей-нибудь. Может, пациента. Может, твой.
Достает из кармана телефон, набирает номер. И, поднося трубку к уху, бросает мне — спокойно, как о деле решенном:
— Мой участок — лучший в этом городе. И никаких трупов на нем не будет. Как и тебя!
Я — Екатерина Белинская. Дочь главврача, красный диплом, расписанное на годы вперёд будущее: тихая терапия под крылом отца, удобный брак, золотая клетка.
Но я назло всем ушла работать на скорую. В самый страшный район города. В бригаду к человеку, которым пугают новичков.
И не зря пугают!
Как же я его ненавижу!
Или... нет...
— Я. Врач.
— Ты обуза. — Он бросает это спокойно, как факт. — А обуза на моем участке — это труп. Чей-нибудь. Может, пациента. Может, твой.
Достает из кармана телефон, набирает номер. И, поднося трубку к уху, бросает мне — спокойно, как о деле решенном:
— Мой участок — лучший в этом городе. И никаких трупов на нем не будет. Как и тебя!
Я — Екатерина Белинская. Дочь главврача, красный диплом, расписанное на годы вперёд будущее: тихая терапия под крылом отца, удобный брак, золотая клетка.
Но я назло всем ушла работать на скорую. В самый страшный район города. В бригаду к человеку, которым пугают новичков.
И не зря пугают!
Как же я его ненавижу!
Или... нет...
- Сейчас мой папик приедет! Вас всех мигом на колени поставит!
Орет девица, которая разбила вдребезги служебную машину моего мужа.
- Послушайте, девушка, у вас может быть сотрясение! Мы должны вас осмотреть!
- Руки убрал, врач недоделанный!
Девица не унимается, а я делаю шаг вперед и выговариваю зло:
- А ну говори, что ты в машине моего мужа делаешь?!
Девица осекается и смотрит на меня с ехидством:
- Твоего мужа?!
Затем на губах у девки появляется глумливая улыбочка и она выдает:
-Ну что же… будущая бывшая жена, рада познакомиться! А я любимая женщина товарища Ратникова…
Муж предал, а я решила, что не прощу, но Дмитрий вернулся, чтобы сказать:
- Я совершил ошибку, жена!
❤️ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ❤️
Орет девица, которая разбила вдребезги служебную машину моего мужа.
- Послушайте, девушка, у вас может быть сотрясение! Мы должны вас осмотреть!
- Руки убрал, врач недоделанный!
Девица не унимается, а я делаю шаг вперед и выговариваю зло:
- А ну говори, что ты в машине моего мужа делаешь?!
Девица осекается и смотрит на меня с ехидством:
- Твоего мужа?!
Затем на губах у девки появляется глумливая улыбочка и она выдает:
-Ну что же… будущая бывшая жена, рада познакомиться! А я любимая женщина товарища Ратникова…
Муж предал, а я решила, что не прощу, но Дмитрий вернулся, чтобы сказать:
- Я совершил ошибку, жена!
❤️ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ❤️
Выберите полку для книги