Книги в жанре «Короткий любовный роман»
- Ева! – слышу я его беспокойный, взволнованный голос.
Как так? Он приехал, а никто его не встречает, жратвой не пахнет, свет нигде не горит.
Молчу и жду, когда он меня найдёт. Поднимается.
- Ева! Что случилось? Что ты тут делаешь? Я приехал, - в непонятных чувствах подходит ко мне. Но чует, падла, что что-то не так.
- Т-с-с! – шепчу я и показываю ему глазами на мой лэптоп. А там сексуальная сцена в самом разгаре. Охи, ахи, вопли, шлепки. Если бы я не просмотрела раз десять это кино, пока оно у меня не замылилось и не перестало действовать, как серная кислота на кожу, то точно бы свалилась со стула, но я сижу. Говорить пока не могу - спазм.
- Откуда это у тебя?
Правильный вопрос задаёт, уводящий в сторону.
- Ещё вопросы будут? – еле произношу.
Как так? Он приехал, а никто его не встречает, жратвой не пахнет, свет нигде не горит.
Молчу и жду, когда он меня найдёт. Поднимается.
- Ева! Что случилось? Что ты тут делаешь? Я приехал, - в непонятных чувствах подходит ко мне. Но чует, падла, что что-то не так.
- Т-с-с! – шепчу я и показываю ему глазами на мой лэптоп. А там сексуальная сцена в самом разгаре. Охи, ахи, вопли, шлепки. Если бы я не просмотрела раз десять это кино, пока оно у меня не замылилось и не перестало действовать, как серная кислота на кожу, то точно бы свалилась со стула, но я сижу. Говорить пока не могу - спазм.
- Откуда это у тебя?
Правильный вопрос задаёт, уводящий в сторону.
- Ещё вопросы будут? – еле произношу.
- Двадцать два... - задумчиво протянул Михаил, подперев подбородок рукой. - Парень бросил, с подругой поругалась, за фигурой совсем не следишь. Да уж, Александр явно упустил тебя.
- Ты что, подслушивал?! - с негодованием воскликнула я, сообразив, что все это узнать он мог только из нашего разговора с Ольгой.
А потом до меня дошла вторая часть сказанного им, и я надвинулась на мужчину, натурально зашипев.
- Да кто ты такой, чтобы так говорить?! - я ткнула пальцем мужчине в грудь, ярясь из-за того, что приходится смотреть на него снизу вверх. - Бессмертным себя считаешь? Или маразм начался? В твоем то возрасте...
Нахмурившись, Михаил ухватил меня за плечи, отодвигая от себя.
- Смешно, девочка... Но я старше тебя не настолько, чтобы язвить по этому поводу. Хотя, будь я твоим отцом, давно бы тебе ремня прописал.
***
Он называет меня булочкой, я его – стариком. Он – мой новый телохранитель, которого я терпеть не могу. Но этот Новый год нам придется провести вместе…
- Ты что, подслушивал?! - с негодованием воскликнула я, сообразив, что все это узнать он мог только из нашего разговора с Ольгой.
А потом до меня дошла вторая часть сказанного им, и я надвинулась на мужчину, натурально зашипев.
- Да кто ты такой, чтобы так говорить?! - я ткнула пальцем мужчине в грудь, ярясь из-за того, что приходится смотреть на него снизу вверх. - Бессмертным себя считаешь? Или маразм начался? В твоем то возрасте...
Нахмурившись, Михаил ухватил меня за плечи, отодвигая от себя.
- Смешно, девочка... Но я старше тебя не настолько, чтобы язвить по этому поводу. Хотя, будь я твоим отцом, давно бы тебе ремня прописал.
***
Он называет меня булочкой, я его – стариком. Он – мой новый телохранитель, которого я терпеть не могу. Но этот Новый год нам придется провести вместе…
– Аааа! – неожиданно раздается детский крик откуда-то сверху.
Задрав голову, замечаю падающее тело.
«Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку.
У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью?
– Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка.
– Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я.
Блин, как ее успокоить то?
– Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос.
– От мамы сбежала, – всхлипывает мелкая.
Интересная логика…
– Так, а где твоя мама? – уточняю у ребенка.
Девочка, вместо того, чтобы рассказать, дует губки. И скрещивает руки на груди.
– Я не скажу.
Опа! И что мне с тобой делать?
Решив отнести малышку в медпункт, я и представить не мог, что ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил. Ну, а я, похоже, тот самый папа, который «много лет назад улетел на ракете в космос».
Задрав голову, замечаю падающее тело.
«Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку.
У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью?
– Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка.
– Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я.
Блин, как ее успокоить то?
– Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос.
– От мамы сбежала, – всхлипывает мелкая.
Интересная логика…
– Так, а где твоя мама? – уточняю у ребенка.
Девочка, вместо того, чтобы рассказать, дует губки. И скрещивает руки на груди.
– Я не скажу.
Опа! И что мне с тобой делать?
Решив отнести малышку в медпункт, я и представить не мог, что ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил. Ну, а я, похоже, тот самый папа, который «много лет назад улетел на ракете в космос».
— Ну, куда ты пошла? Ещё и раздетая. Заболеешь же, — мы начинаем спускаться вниз. — Полина, хватит. Что ты тут ищешь?
— Душ, — спокойно отвечаю мужу. — Душ и трубу откуда в него бежит вода, — спустившись на четыре этажа вниз, я уловила лёгкий запах розы. Такой же, каким сейчас благоухает мой муж. Юра схватил меня за руку и развернул к себе.
— Хватит, слышишь! Идём домой! — со злостью скомандовал он. Я подошла вплотную и подняла голову.
— Я никогда не прятала голову в песок, и тебе это известно. И сейчас делать это не буду, — муж нахмурился, а я попыталась выдернуть руку, но он не отпускал. — Пусти! Если не сегодня, то завтра, но я всё равно узнаю то, ради чего пришла.
— Не надо. Я всё сам тебе расскажу, — говорит он и тянет меня наверх.
— Обязательно расскажешь, но не раньше, чем я найду то, что ищу, — сильно дёрнув руку, мне всё-таки удаётся освободиться от его захвата. Больше не медля, начинаю звонить в первую квартиру. Муж стоит сзади. Я закрываю рукой глазок.
— Душ, — спокойно отвечаю мужу. — Душ и трубу откуда в него бежит вода, — спустившись на четыре этажа вниз, я уловила лёгкий запах розы. Такой же, каким сейчас благоухает мой муж. Юра схватил меня за руку и развернул к себе.
— Хватит, слышишь! Идём домой! — со злостью скомандовал он. Я подошла вплотную и подняла голову.
— Я никогда не прятала голову в песок, и тебе это известно. И сейчас делать это не буду, — муж нахмурился, а я попыталась выдернуть руку, но он не отпускал. — Пусти! Если не сегодня, то завтра, но я всё равно узнаю то, ради чего пришла.
— Не надо. Я всё сам тебе расскажу, — говорит он и тянет меня наверх.
— Обязательно расскажешь, но не раньше, чем я найду то, что ищу, — сильно дёрнув руку, мне всё-таки удаётся освободиться от его захвата. Больше не медля, начинаю звонить в первую квартиру. Муж стоит сзади. Я закрываю рукой глазок.
(149)
Мы поднялись на этаж и позвонили в квартиру. Нам открыли не сразу. На пороге стоял муж золовки — Антон. При виде нас в полном составе мужчина растерянно почесал пузо.
— С наступающим, Антошка! — громко сказала я и нагло вошла в квартиру. Он явно не ожидал от меня такого напора, поэтому просто отшатнулся в сторону. — А где остальные наши родственники? Почему это нас никто не встречает? Или нам тут не рады? — к нам вышла удивлённая свекровь.
— А вы что тут делаете? — она по очереди посмотрела на каждого.
— Как это что? — громко возмутилась я. — Приехали к вам встречать Новый год. Всё-таки это семейный праздник. Так! Раздеваемся! — скомандовала я и начала снимать одежду с сына. Мы прошли в зал, где сидела Нина с детьми. — А где Кирюша?
— Он ещё спит, — тихо ответила свекровь и присела на диван. За ней прошёл и Антон.
— А вы почему приехали и даже не предупредили? — Нина первая отошла от нашего нашествия.
— А зачем? Мы же не чужие, чтобы приходить по звонку, да, Любовь Ив
— С наступающим, Антошка! — громко сказала я и нагло вошла в квартиру. Он явно не ожидал от меня такого напора, поэтому просто отшатнулся в сторону. — А где остальные наши родственники? Почему это нас никто не встречает? Или нам тут не рады? — к нам вышла удивлённая свекровь.
— А вы что тут делаете? — она по очереди посмотрела на каждого.
— Как это что? — громко возмутилась я. — Приехали к вам встречать Новый год. Всё-таки это семейный праздник. Так! Раздеваемся! — скомандовала я и начала снимать одежду с сына. Мы прошли в зал, где сидела Нина с детьми. — А где Кирюша?
— Он ещё спит, — тихо ответила свекровь и присела на диван. За ней прошёл и Антон.
— А вы почему приехали и даже не предупредили? — Нина первая отошла от нашего нашествия.
— А зачем? Мы же не чужие, чтобы приходить по звонку, да, Любовь Ив
Вздрагиваю из-за того, что по телу пробежались мурашки тело окаменело, и что-то теплое дует на лицо открываю глаза и вижу что лежу на плече Матвея, а сам он видимо тоже дремлет на моей макушке. На улице все еще темно, но я понимаю, что раннее утро, поглаживаю по щеке вспоминая все сегодняшние поцелуи и обнимания.
- Матвей, Матюша… просыпайся …
- Ммм…кого, чего … - мыча, но все так же не отрывая глаз.
- Просыпайся давай мы с тобой спим в холодной машине, у меня уже мурашки в размер с шишек на елке. - тихо смеясь сказала я. На что он моментально открыл глаза и кинулся заводить машину.
- Блин блин … малышка сильно прям замерзала? Вот кретин. - хватая мои ладони подвел к губам то дыша на них, то целуя.
- Прости, ты уснула, а я как дурак решил побудем подольше вместе и сам уснул.
- Успокойся ты, все хорошо!!!
- Матвей, Матюша… просыпайся …
- Ммм…кого, чего … - мыча, но все так же не отрывая глаз.
- Просыпайся давай мы с тобой спим в холодной машине, у меня уже мурашки в размер с шишек на елке. - тихо смеясь сказала я. На что он моментально открыл глаза и кинулся заводить машину.
- Блин блин … малышка сильно прям замерзала? Вот кретин. - хватая мои ладони подвел к губам то дыша на них, то целуя.
- Прости, ты уснула, а я как дурак решил побудем подольше вместе и сам уснул.
- Успокойся ты, все хорошо!!!
Я выхожу на сцену. Сегодня мой триумф. Я вывела компанию на новый уровень и стала вице-президентом. Но именно в этот момент мне прислали фотографию, на которой мой муж мне изменяет.
Боль от предательства затопила сердце. За что он так со мной? Как мне теперь жить?
Я убегаю с вечера и уезжаю на такси. Но это неожиданное знакомство заканчивается потрясающей ночью, полной невероятного удовольствия.
Как же я была удивлена, когда узнала, что таксист вовсе не таксист… И насколько эта встреча вообще была случайной?
Боль от предательства затопила сердце. За что он так со мной? Как мне теперь жить?
Я убегаю с вечера и уезжаю на такси. Но это неожиданное знакомство заканчивается потрясающей ночью, полной невероятного удовольствия.
Как же я была удивлена, когда узнала, что таксист вовсе не таксист… И насколько эта встреча вообще была случайной?
– Сам придумал, сам поверил, сам обиделся!
– Тогда почему ты ничего не объяснила?
– Да тебя разве переорёшь? Глаза выпучил, кулаки сжал. Дебил!
Миска с мукой просвистела прямо над его головой, щедро осыпав парня содержимым.
– Дура! – припечатал Егор, отправляя в полёт весь двухкилограммовый пакет.
На пару мгновений на кухне образовался плотный белый туман. Хотя меня, скорее, волной ударило. Протерев фартуком глаза, вздрагивая от еле сдерживаемой ярости, потянулась за апельсином.
____
Вот что бывает, если застрять с бывшим в коттедже за городом 31 января. Выяснение отношений неизбежно.
– Тогда почему ты ничего не объяснила?
– Да тебя разве переорёшь? Глаза выпучил, кулаки сжал. Дебил!
Миска с мукой просвистела прямо над его головой, щедро осыпав парня содержимым.
– Дура! – припечатал Егор, отправляя в полёт весь двухкилограммовый пакет.
На пару мгновений на кухне образовался плотный белый туман. Хотя меня, скорее, волной ударило. Протерев фартуком глаза, вздрагивая от еле сдерживаемой ярости, потянулась за апельсином.
____
Вот что бывает, если застрять с бывшим в коттедже за городом 31 января. Выяснение отношений неизбежно.
— Даша, у нас с ней ничего не было! — голос мужа звенел паникой, но я уже видела всё своими глазами.
Он и она. Улыбки, шёпот, прикосновения. Моё сердце сжалось от боли.
Я думала, что живу в сказке, пока не узнала правду. Предательство мужа, коварство свекрови, и я одна — с ребёнком под сердцем.
Это едва не сломало меня. Но вместо того чтобы сдаться, я начала войну — за себя, за своего ребёнка, за новую жизнь.
Он и она. Улыбки, шёпот, прикосновения. Моё сердце сжалось от боли.
Я думала, что живу в сказке, пока не узнала правду. Предательство мужа, коварство свекрови, и я одна — с ребёнком под сердцем.
Это едва не сломало меня. Но вместо того чтобы сдаться, я начала войну — за себя, за своего ребёнка, за новую жизнь.
мы все хотим любви, а умеем ли сами любить? умеем ли радоваться этому чувству, загоняя порой себя в рамки условностей.
Выберите полку для книги