Книги в жанре «Короткий любовный роман»
– Решил сменить жену, которая прожила с тобой двадцать один год, на молодую девочку? - стараюсь говорить как можно спокойнее, хотя внутри все выжигает диким пламенем.
– Здесь другое. Здесь любовь, - начинает муж, - так бывает. Я влюбился.
Внутри все обрывается. Двадцать один год вместе прожили. Воспитываем троих детей.
В горле все пересыхает.
– Предлагаю тебе развестись. Мирно и спокойно, - неожиданно произносит муж.
– Здесь другое. Здесь любовь, - начинает муж, - так бывает. Я влюбился.
Внутри все обрывается. Двадцать один год вместе прожили. Воспитываем троих детей.
В горле все пересыхает.
– Предлагаю тебе развестись. Мирно и спокойно, - неожиданно произносит муж.
Таля саму себя считает «синим чулком» и несовременной... но меняться не спешит. Пусть уж лучше эти мужчины меняются, раз не могут рассмотреть такую прекрасную и достойную женщину, как Таля Ракитина! А вообще, - и старый, родительский, дом слишком мал для топота детских ножек. И чай проще заваривать для одной, а не для двоих. Эх, поехать бы в деревню, к маме! Ухаживать за старушкой, не желающей возвращаться в город, - и пить чай, приготовленный мамиными руками.
И всё в деревне было бы хорошо, если бы не этот нахал! Таля возненавидела наглеца с первого взгляда, и сама не понимала, почему. Плевать, что он красавец, первый парень на селе, и без него, как без рук! Да и талиной маме помогал, наглец...
И всё в деревне было бы хорошо, если бы не этот нахал! Таля возненавидела наглеца с первого взгляда, и сама не понимала, почему. Плевать, что он красавец, первый парень на селе, и без него, как без рук! Да и талиной маме помогал, наглец...
Переехать мне пришлось месяц назад. Племяшка Дина с своим муженьком попали в неприятности, и мой дом, как бы это сказать, разнесли. А ведь как было хорошо. Тихо, спокойно, лес вокруг. Кто же знал, что прямо надо мной живет моя любимая женщина, которая сбежала от меня много лет назад.
Тихонько захожу в номер, чтобы не разбудить мужа, и слышу, как он разговаривает с кем-то по телефону.
- Да, Кариночка...
"Кариночка" - понятия не имею, кто это, но у Матвея на работе столько людей, еще и пациенты часто звонят. Правда, ни разу он так ласково пациентов не звал. Спокойно снимаю обувь. Можно предложить Матвею вместе поплавать, а потом пойти позавтракать.
- Я уже оплатил нам номер... Я же обещал, что эти дни мы проведем вместе... Катя останется здесь... Я же обещал, что расскажу ей все после конференции... Я ей все расскажу о нас... Я помню... Пойми же, я не мог ехать сюда с тобой. Развод ударит по моей репутации, но теперь я все могу сказать. Да, мое повышение уже решенный вопрос. Я все ей объясню. Развод - дело решенное. Жди меня, сегодня вечером мы будем вместе.
Я стою в шоке, боясь шелохнуться. До меня медленно доходит услышанная информация. У Матвея есть любовница. Матвей собрался со мной разводиться. И я нужна была ему только для того, чтобы получить повыш
- Да, Кариночка...
"Кариночка" - понятия не имею, кто это, но у Матвея на работе столько людей, еще и пациенты часто звонят. Правда, ни разу он так ласково пациентов не звал. Спокойно снимаю обувь. Можно предложить Матвею вместе поплавать, а потом пойти позавтракать.
- Я уже оплатил нам номер... Я же обещал, что эти дни мы проведем вместе... Катя останется здесь... Я же обещал, что расскажу ей все после конференции... Я ей все расскажу о нас... Я помню... Пойми же, я не мог ехать сюда с тобой. Развод ударит по моей репутации, но теперь я все могу сказать. Да, мое повышение уже решенный вопрос. Я все ей объясню. Развод - дело решенное. Жди меня, сегодня вечером мы будем вместе.
Я стою в шоке, боясь шелохнуться. До меня медленно доходит услышанная информация. У Матвея есть любовница. Матвей собрался со мной разводиться. И я нужна была ему только для того, чтобы получить повыш
-Может быть хватит играть с огнем? Не дай бог Настя узнает. Зачем только женишься, если не собираешься меня отпускать? Все хватит! Это последний раз. Я больше так не могу! Надоело смотреть в глаза подруге и строить из себя непонятно кого.
-Даже не думай! Все останется по прежнему. Больше чем уверен, что сама не выдержишь и прибежишь .
-Даже не думай! Все останется по прежнему. Больше чем уверен, что сама не выдержишь и прибежишь .
– Ир, только не пугайся… Мне кажется, я видела твоего Лёшу. – сказала подруга, глядя на меня будто виновато.
– Что? – я поперхнулась соком. – Ты, наверное, ошиблась. Лёша в командировке. В Екатеринбурге.
– Я знаю, ты говорила. Но я уверена. Он прошёл мимо гардероба и поднялся на второй этаж.
Я засмеялась. Натянуто. Хотя внутри что-то странно дрогнуло.
– Катюша, ты либо перебрала, либо тебе показалось. Он не может быть здесь.
– Я не пила, клянусь. Но… он был не один. С женщиной. Шли рядом. И потом исчезли наверху.
Я снова улыбнулась. Ещё более фальшиво. Попробовала отмахнуться. Но мысль уже вонзилась в голову, как иголка.
На втором этаже этого ресторана было иначе. Темно, но уютно.
Шла вдоль коридора, чувствуя как каждый шаг отдается тянущей болью в районе груди.
Нужная дверь открылась легко. Без звука. Без сопротивления.
Я сделала шаг вперёд.
Свет был мягкий. И ровно в тот момент, когда мои глаза привыкли к освещению, я увидела как мой любимый муж, мой Лёша мне изменяет
– Что? – я поперхнулась соком. – Ты, наверное, ошиблась. Лёша в командировке. В Екатеринбурге.
– Я знаю, ты говорила. Но я уверена. Он прошёл мимо гардероба и поднялся на второй этаж.
Я засмеялась. Натянуто. Хотя внутри что-то странно дрогнуло.
– Катюша, ты либо перебрала, либо тебе показалось. Он не может быть здесь.
– Я не пила, клянусь. Но… он был не один. С женщиной. Шли рядом. И потом исчезли наверху.
Я снова улыбнулась. Ещё более фальшиво. Попробовала отмахнуться. Но мысль уже вонзилась в голову, как иголка.
На втором этаже этого ресторана было иначе. Темно, но уютно.
Шла вдоль коридора, чувствуя как каждый шаг отдается тянущей болью в районе груди.
Нужная дверь открылась легко. Без звука. Без сопротивления.
Я сделала шаг вперёд.
Свет был мягкий. И ровно в тот момент, когда мои глаза привыкли к освещению, я увидела как мой любимый муж, мой Лёша мне изменяет
— От ребёнка избавишься, — приказывает муж.
— Что?.. — лепечу. — Игорь, что ты несёшь?..
— Заткнись! — тяжёлой ладонью о стол. — Сейчас я говорю!
Его любовница ухмыляется — она таки добилась своего.
Но он не может требовать этого от меня!
— Избавиться от твоего ребёнка? — шепчу едва слышно. — Это… и есть твоё условие для развода?
— Моего ребёнка? — кривит губы супруг. — Ну, вот на этот счёт я совсем не уверен.
— Что?.. — лепечу. — Игорь, что ты несёшь?..
— Заткнись! — тяжёлой ладонью о стол. — Сейчас я говорю!
Его любовница ухмыляется — она таки добилась своего.
Но он не может требовать этого от меня!
— Избавиться от твоего ребёнка? — шепчу едва слышно. — Это… и есть твоё условие для развода?
— Моего ребёнка? — кривит губы супруг. — Ну, вот на этот счёт я совсем не уверен.
Открываю дверь. На пороге бывшая.
— Чего пришла? Неужто соскучилась? — Складываю руки на груди.
— Я ненадолго. У меня к тебе дело.
— Дело? Простые смертные вокруг закончились, и тебе не из кого теперь сосать душу? Кто это? — Киваю резко на ребёнка.
— Познакомься, это Мира.
— Ясно.
— Не ясно. Мира — твоя дочь. И теперь она будет жить с тобой.
— Чего пришла? Неужто соскучилась? — Складываю руки на груди.
— Я ненадолго. У меня к тебе дело.
— Дело? Простые смертные вокруг закончились, и тебе не из кого теперь сосать душу? Кто это? — Киваю резко на ребёнка.
— Познакомься, это Мира.
— Ясно.
— Не ясно. Мира — твоя дочь. И теперь она будет жить с тобой.
Это что за дела, мать меня под Лепса родила!
Захожу в свой новый кабинет, а за моим дорогим столом сидит мелочь пузатая, сок попивает и говорит важным голосом:
- Мущщинка, вы на собеседование? Почему без пиложных? Без них на лаботу не возьму!
- Это мой кабинет, - говорю грозно, - и я тут на работу принимаю! А ты кто такая?
- Даха-обаяха я, - ничуть не пугается малая, - а возьмите меня на лаботу, я мультилжачная, ой, мультизадачная.
Пока я присматриваюсь к малой и думаю, что её лицо мне знакомо, она выдаёт:
- А лучше возмите мою маму Златонастю на лаботу, ей нузны денюшки, чтобы кледиты платить...
Хочу согнать малую со своего места, но замираю.
- Погоди... как зовут твою маму?
Мама этой малой едва не разрушила мою жизнь, а сейчас они вернулись вдвоём с дочерью, чтобы снова превратить мою жизнь в кошмар... или спасти меня от большой беды?
Захожу в свой новый кабинет, а за моим дорогим столом сидит мелочь пузатая, сок попивает и говорит важным голосом:
- Мущщинка, вы на собеседование? Почему без пиложных? Без них на лаботу не возьму!
- Это мой кабинет, - говорю грозно, - и я тут на работу принимаю! А ты кто такая?
- Даха-обаяха я, - ничуть не пугается малая, - а возьмите меня на лаботу, я мультилжачная, ой, мультизадачная.
Пока я присматриваюсь к малой и думаю, что её лицо мне знакомо, она выдаёт:
- А лучше возмите мою маму Златонастю на лаботу, ей нузны денюшки, чтобы кледиты платить...
Хочу согнать малую со своего места, но замираю.
- Погоди... как зовут твою маму?
Мама этой малой едва не разрушила мою жизнь, а сейчас они вернулись вдвоём с дочерью, чтобы снова превратить мою жизнь в кошмар... или спасти меня от большой беды?
- Разве Вы вернётесь к жене?! – в голосе пани Буткевич появились нотки страха и немалого удивления. – Разве Вы сможете расстаться со мной после того, что произошло этой ночью?! – она горько заплакала.
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.
Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…
1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.
Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…
1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)
Выберите полку для книги