Читать и слушать книги
ФИНАЛ
Я считала, что оставила прошлое позади.
После того как узнала, что стала объектом пари между двумя мужчинами, которым доверяла — Стасом и Максом, — мой мир рухнул.
Решила: все кончено.
Больше не позволю собой манипулировать.
Забуду этих красивых негодяев.
Но тишина не могла длиться вечно.
Стас и Макс вернулись.
Я считала, что оставила прошлое позади.
После того как узнала, что стала объектом пари между двумя мужчинами, которым доверяла — Стасом и Максом, — мой мир рухнул.
Решила: все кончено.
Больше не позволю собой манипулировать.
Забуду этих красивых негодяев.
Но тишина не могла длиться вечно.
Стас и Макс вернулись.
"Я очень хочу дописать роман, но городская суета не позволяет этого сделать. Все вокруг мешает и уединение – единственный шанс сосредоточиться. Да, мне срочно надо уехать за город: покататься на лыжах, побыть в тихой, спокойной атмосфере, чтобы полноценно собраться с мыслями…", – думала Аделина, не подозревая о суровом испытании, которое ей подготовила судьба.
Муж мне изменил. Я напилась и наговорила ему много лишнего. Из-за этого он привез меня в глушь к своему отцу, который отдыхал с друзьями. Все для того, чтобы я пришла в себя и не наделала глупостей. Мужчины приняли меня хорошо и объяснили, что пока у них отдых, то они не могут меня отвезти назад. Заодно предложили отдохнуть вместе с ними. Я согласилась, еще не подозревая во что выльется этот отдых.
— У меня нет с собой купальника, — смущённо говорю я.
— Это к лучшему, — твёрдо отвечает свёкор. — Здесь только свои.
Казалось бы, невинный отдых на природе обернулся для меня точкой невозврата. Сначала его братья, шантаж и видео, которое может всё разрушить. А потом — сам свёкор. Жаркий, властный, решительный, он предлагает то, в чём я боюсь себе признаться.
Теперь я разрываюсь между стыдом и пьянящим возбуждением. Как посмотреть в глаза мужу? И что будет, если я захочу повторить эти запретные уроки?
— Это к лучшему, — твёрдо отвечает свёкор. — Здесь только свои.
Казалось бы, невинный отдых на природе обернулся для меня точкой невозврата. Сначала его братья, шантаж и видео, которое может всё разрушить. А потом — сам свёкор. Жаркий, властный, решительный, он предлагает то, в чём я боюсь себе признаться.
Теперь я разрываюсь между стыдом и пьянящим возбуждением. Как посмотреть в глаза мужу? И что будет, если я захочу повторить эти запретные уроки?
Опаздываю на поезд, залетаю в купе, а там мой попутчик. Обидно, покупая СВ, я надеялась ехать одна, но теперь придется коротать ночь в компании постороннего мужчины.
Незнакомец поворачивается ко мне, и я каменею.
-Ну, здравствуй, Люба. Кажется, ты задолжала мне один очень серьезный разговор!
Три года назад я забеременела от него и исчезла, но он меня нашел.
Нас связывает общий ребенок, общая тайна.
Тяжелая рука закрывает замок. Я испуганно жмусь к стене. Бежать некуда. Ждать помощи неоткуда. Когда-то я очень обидела этого мужчину и сейчас он хочет восстановить справедливость.
- Сережа, извини, - хриплю я.
- Чтобы получить мое прощение, тебе придется очень постараться, - отвечает он, и я понимаю, что это будет очень долгое путешествие.
Незнакомец поворачивается ко мне, и я каменею.
-Ну, здравствуй, Люба. Кажется, ты задолжала мне один очень серьезный разговор!
Три года назад я забеременела от него и исчезла, но он меня нашел.
Нас связывает общий ребенок, общая тайна.
Тяжелая рука закрывает замок. Я испуганно жмусь к стене. Бежать некуда. Ждать помощи неоткуда. Когда-то я очень обидела этого мужчину и сейчас он хочет восстановить справедливость.
- Сережа, извини, - хриплю я.
- Чтобы получить мое прощение, тебе придется очень постараться, - отвечает он, и я понимаю, что это будет очень долгое путешествие.
ЗАВЕРШЕНО!
— Извини, я… Я шла позвать тебя ужинать. Я просто… — торопливо выдает она, осекается и быстро убегает к себе в комнату, в то единственное место в ее квартире, куда мне заходить запрещено.
— Люда, Люда, Людочка, — улыбаюсь я, в очередной раз смакуя это интересное имя на губах. Поднимаюсь с кровати и иду следом. Мне даже не приходится прислушиваться, чтобы услышать учащенное дыхание девушки прямо за этим достаточно тонким полотном межкомнатной двери.
— Люда, может, обсудим то, что ты увидела, с глазу на глаз? — спрашиваю я, предварительно аккуратно постучавшись костяшками пальцев. — Мы оба явно горим сейчас. И рискуем сгореть.
Некоторое время ничего не происходит, затем щелкает задвижка и дверь перед моим лицом плавно открывается вовнутрь комнаты, а значит, девушка позволяет мне войти.
— Извини, я… Я шла позвать тебя ужинать. Я просто… — торопливо выдает она, осекается и быстро убегает к себе в комнату, в то единственное место в ее квартире, куда мне заходить запрещено.
— Люда, Люда, Людочка, — улыбаюсь я, в очередной раз смакуя это интересное имя на губах. Поднимаюсь с кровати и иду следом. Мне даже не приходится прислушиваться, чтобы услышать учащенное дыхание девушки прямо за этим достаточно тонким полотном межкомнатной двери.
— Люда, может, обсудим то, что ты увидела, с глазу на глаз? — спрашиваю я, предварительно аккуратно постучавшись костяшками пальцев. — Мы оба явно горим сейчас. И рискуем сгореть.
Некоторое время ничего не происходит, затем щелкает задвижка и дверь перед моим лицом плавно открывается вовнутрь комнаты, а значит, девушка позволяет мне войти.
Когда вас ломают, вы испытываете боль, меня били и ломали, унижали, использовали. Мне было больно и одиноко. Но, я восстану, соберу свое сломанное тело и душу, и отомщу каждому, кто использовал меня, каждому кто меня унижал и бил. Моя месть будет изощренной, каждый получит по заслугам, а я... я буду смеяться и плакать от счастья на их могилах.
Кровь вскипела в венах. Я решительно поднялся, бросив Сапарову, что на сегодня переговоры окончены, и двинулся к танцполу.
Полумрак не давал рассмотреть танцующих, но не узнать Амира я не мог. Пока я утрясаю рабочие моменты, Ирадов окучивает мою помощницу! Лапищи друга вольготно разместились на нежной спинке Ангелины, то и дело соскальзывая вниз, норовя облапать и нижние девяносто девушки.
Замер неподалеку. Мне нужно успокоиться и понять, она его поощряет или нет? Я еще не ответил сам себе, что это меняет, но понять хотел.
Полумрак не давал рассмотреть танцующих, но не узнать Амира я не мог. Пока я утрясаю рабочие моменты, Ирадов окучивает мою помощницу! Лапищи друга вольготно разместились на нежной спинке Ангелины, то и дело соскальзывая вниз, норовя облапать и нижние девяносто девушки.
Замер неподалеку. Мне нужно успокоиться и понять, она его поощряет или нет? Я еще не ответил сам себе, что это меняет, но понять хотел.
— Я никогда не лгу, — отец подруги делает шаг вперед. — Да, я вел себя как последний урод. Но я не мог иначе. Ты... ты была слишком чистой. Слишком светлой.
Его рука тянется к моему лицу, но я отшатываюсь.
— Нет! Ты просто... манипулируешь мной!
— Тогда почему я до сих пор не сделал тебя своей? — кричит он, и в его глазах вспыхивает что-то дикое. — Почему я терпел все эти недели, когда мог взять тебя в первый же день?
Я открываю рот, но не нахожу ответа.
— Потому что ты была не просто игрушкой, — он говорит тише, его пальцы касаются моей щеки. — Ты была... есть... единственная, кто заставил меня чувствовать что-то, кроме злости и похоти. С тобой, Лера, я смог себе контролировать.
Его рука тянется к моему лицу, но я отшатываюсь.
— Нет! Ты просто... манипулируешь мной!
— Тогда почему я до сих пор не сделал тебя своей? — кричит он, и в его глазах вспыхивает что-то дикое. — Почему я терпел все эти недели, когда мог взять тебя в первый же день?
Я открываю рот, но не нахожу ответа.
— Потому что ты была не просто игрушкой, — он говорит тише, его пальцы касаются моей щеки. — Ты была... есть... единственная, кто заставил меня чувствовать что-то, кроме злости и похоти. С тобой, Лера, я смог себе контролировать.
— Ты не уходишь. Я сказал, ты мне понравилась, — говорит блондин с улыбкой.
— У меня смена до полуночи. Разверните яхту к берегу, — мой голос дрожит.
— Ты не поняла, — рокочет брюнет. — Твоя смена закончится, когда мы скажем. Ты остаешься.
Заменяя подругу, вышла на смену официанткой на вечеринку богачей. Яхта, музыка, алкоголь рекой.
Хозяин яхты — два метра контроля под идеальным костюмом — и его друг — живое пламя, созданное соблазнять и подчинять — сразу раскусили подмену.
Вечеринка заканчивается, но яхта отплывает со мной на борту.
И я оказываюсь наедине с этими двумя безумно сексуальными мужчинами, от которых веет желанием и опасностью.
— У меня смена до полуночи. Разверните яхту к берегу, — мой голос дрожит.
— Ты не поняла, — рокочет брюнет. — Твоя смена закончится, когда мы скажем. Ты остаешься.
Заменяя подругу, вышла на смену официанткой на вечеринку богачей. Яхта, музыка, алкоголь рекой.
Хозяин яхты — два метра контроля под идеальным костюмом — и его друг — живое пламя, созданное соблазнять и подчинять — сразу раскусили подмену.
Вечеринка заканчивается, но яхта отплывает со мной на борту.
И я оказываюсь наедине с этими двумя безумно сексуальными мужчинами, от которых веет желанием и опасностью.
Выберите полку для книги