Читать и слушать книги

— Останься. -- Марк откинулся на спинку стула. -- Ты только разогрела нам аппетит.
В его словах был двойной смысл, от которого по спине пробежали мурашки.
— Я… я не хочу мешать.
— Ты не мешаешь. — поднял взгляд от бокала Денис и пристально посмотрел на меня. — Наоборот. Ты скрашиваешь нам вечер. После такой бурной семейной драмы, хочется чего-то приятного и... успокаивающего.
Он улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз. Егор Игоревич тяжело вздохнул и поднялся.
— Выпейте еще вина, Катя. — сказал он, направляясь к камину с графином коньяка в руке. — Расслабься. А вы… — он отстраненно посмотрел на Марка и Дениса. —- Будьте… гостеприимны.

– Ты изменила мужу? – прищуривается подруга. – С кем?
– С его папой. И с моим отчимом. И со сводным. С тремя.
***
Трое мужчин. Трое хищников. Свекор. Отчим. Сводный. Они все в нашем с мужем доме. Решили поиграть со мной. Игра будет очень страстной.

Запах воска, звон цепей, шёлк на глазах — мир сужается до ощущений, а доверие становится единственным, что имеет значение. Он берёт её запястья, её крик, её стоны и превращает всё это в искусство, которое снимает на камеру. Она не просит пощады, она просит ещё — потому что только на грани полного уничтожения чувствует себя по-настоящему живой.

– Кажется, наша скромная проводница совсем не такая, какой хочет казаться, – игриво протянул бесстыдный пассажир, зажимая с одной стороны.
– Значит, пора показать, что мы делаем с такими «скромницами», – усмехнулся второй, перекрывая собой выход.
– Давайте распробуем этот лакомый кусочек, – добавил ещё один незнакомец, закрывая дверь ловушки.

Проверяя билеты в ночном поезде, я застала в купе картину полного распутства и сбежала. Но они пришли ко мне сами. Я оказалась в их власти и теперь вынуждена подчиниться…

Они предложили мне сделку: работа в обмен на подчинение.
Я была в шоке. Но работа нужна мне как воздух.
И я согласилась, думая, что переступлю через себя только раз.
Но трое мужчин открыли во мне то, о чём я сама не подозревала — жажду покорности, страсть к боли и наслаждение от власти сильных.
Теперь я их. И не уверена, что хочу быть свободной.

🔥 Строго 18+ ! Открывать с особой осторожностью... 🔥

Я всегда знала, что живу две жизни. Днём я идеальный финансовый аналитик и примерная жена. Но ночью я превращаюсь в безымянного автора, который пишет об откровенных фантазиях о трёх мужчинах, которых я видела лишь на совещаниях.
Я прятала эту свою тёмную сторону годами, пока однажды они сами не нашли мой блог и не пригласили меня проверить, где заканчиваются фантазии и начинается реальность.
Я думала, что знаю, чего хочу, но когда передо мной закрылась дверь загородного особняка, я поняла: настоящая я только начинаю просыпаться. И обратного пути уже не будет.

Будет очень горячо и откровенно!🔥
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новинки.
За звёздочки отдельное спасибо!❤️‍🔥

Я стала идеальной куклой в их руках. Безупречной, послушной, лишённой собственных желаний. Я стала живым декором, предметом, функцией и почти поверила, что это и есть счастье.
Но когда мои хозяева впервые отдали меня чужакам, я вдруг поняла, что вся наша игра была не страстью, а бегством от самих себя. И теперь, когда иллюзия счастья рухнула, у меня остался лишь один вопрос: хватит ли мне смелости сказать «нет» или я навсегда останусь чужой вещью?

Будет очень горячо и откровенно!🔥
Подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новинки.
За звёздочки отдельное спасибо!❤️‍🔥

Мой отец продал меня своим лучшим друзьям.
– Прости меня, – шепчет он. Голос его срывается. – Слышишь? Прости меня, пожалуйста.
– За что? – мое сердце колотится где-то в горле. Мне страшно. Очень страшно. – Папа, за что простить?
Но он не отвечает. Он просто вталкивает меня в комнату.
***
– Залезай, крошка, – говорит друг папы, обнажая в улыбке ровные белые зубы.
– Куда вы меня везете? – мой голос дрожит.
– Домой, – отвечает Артур. – Туда, где тебе теперь место.

Я нажала на кнопку. Вспышка сработала.
Он обернулся медленно, как хищник, и его взгляд встретился с моим.
— Взять её, — произнёс он тихо.
Я бежала, но они оказались быстрее. Меня скрутили в парковке, прижали к бетону. Он подошёл, присел рядом, поднял мою камеру.
— Где карта памяти? — спросил с ледяным спокойствием.
— Я её выкинула.
— Лжёшь.
Карту я успела спрятать — в потайной карман пояса джинсов. Её не нашли.
Потом меня ударили. Или я ударилась сама. Не помню. Темнота накрыла быстро.
Очнулась я в горном доме. Деревянные стены, решётка на окне, кровать, одеяло. Голова гудела. На запястьях — следы от ремня.
Он вошёл без стука.

Я сняла то, чего видеть не должна была, — и теперь я его пленница в доме, затерянном среди гор. Он говорит, что не отпустит меня, пока я не отдам карту памяти, но его взгляд задерживается на мне слишком долго, а руки находят повод прикоснуться. Он хочет не только фотографию — это я уяснила быстро.

Двое парней вызвались помочь мне и моему сыну в новом городе. Но потом, когда сына не было дома, они пришли ко мне совсем за другим....

– Мы хотим другой десерт, – касаясь шеи, шепчет Адам, перехватывая меня за талию и вжимая в себя.
– Что ты делаешь?! Отпусти меня!
У меня очень давно не было мужчины и сейчас тело странным образом реагирует на эти неприятные для меня прикосновения чужого мужчины, хотя какого там мужчины – мальчишки!
– Только, когда мы наедимся. Да, Кевин?
Оборачиваюсь на его друга и в ужасе осознаю, что мы не одни, и Кевин хищной походкой подходит к нам.
– Что вы собираетесь делать?
– Приятное и тебе, и нам. Ты ведь тоже хочешь этого?
Адам разворачивает меня к себе и впивается в губы, а Кевин прижимается ко мне сзади, сжимая мою грудь без лифчика через тонкую ткань халата. Я никогда не ношу лифчик дома.
– Нет! – отрезаю я, еле как отвернув голову от настойчивых губ Адама. – Отпустите меня!
Но ни тот, ни другой и не думают меня слушать.