Читать и слушать книги

Офис мужа. Девушка на ресепшене вскакивает, улыбается:
– Елена Сергеевна, добрый день! Вы к Максиму Олеговичу?
– Да, – бросаю я, не останавливаясь, направляюсь к лифту.
Поднимаюсь на нужный этаж.
Иду по коридору к кабинету мужа в конце. Я почти добежала до двери, когда слышу голос Максима – приглушенный, но отчетливый:
– Любимая, я скоро все улажу. Еще немного, и мы будем свободны.
Я замираю. Любимая. Это слово он не говорил мне уже лет пять. Может, больше.
Толкаю дверь – она не заперта, распахивается легко и бесшумно.
Максим стоит у окна спиной ко мне. Перед ним – Кристина, моя лучшая подруга, в облегающем платье и на каблуках. Он обнимает ее за талию, она запрокинула голову, их губы сливаются в поцелуе. Долгом, глубоком, таком, какими целуются влюбленные.
Мир останавливается. Звуки исчезают. Я стою на пороге и смотрю, как рушится все, во что я верила пятнадцать лет.

– Это моя квартира! Ты мне её подарил, сынок. – свекровь ткёт блаженную улыбку, почти нянчит слово «подарил». – А я… я решила, что она больше нужна будет Витеньке, моему любимому старшему сыночку. – В голосе мёд и уксус. – И я отписала эту квартиру ему.

– Ты… что? – муж делает шаг, тянется к бумагам, но она отдёргивает.

– А что такого, Юрочка? – мурлычет. – Ты сам просил: «Мама, оформи, чтобы эта… – косится на меня, – вдруг не отняла». Я берегла, как могла. А потом подумала… Ты ведь еще заработаешь. Ты молодец, пашешь… А Витя… Он с детства болезненный, на ногах не стоит, ему кровь из носу нужен старт.

– Мы копили семь лет, – шепчу я, слова срываются. – Мои премии, твои переработки, деньги моих родителей на ремонт. Это совместно нажитое имущество, Юра. Ты оформил на маму за моей спиной. – Я смотрю на него, на этого взрослого мальчика с виноватыми глазами. – Почему ты мне не сказал?

– Ты лежала на сохранении, – мямлит он. – Я… не хотел тебя нервировать.

В жизни не всё так, как в сказке, нет белого, нет чёрного, нет откровенных отрицательных или положительных героев. Жизнь она разная, бывает яркой и радостной, или серой и беспросветной. У Нины не всё так гладко, как хотелось, и муж гуляет, и дети не идеальные, и со здоровьем проблемы, но она старается справиться со всеми трудностями.
От автора: Здесь нет брутальных качков, секретарш с накаченным бюстом и губами, потерянных двойняшек и брака по залёту. Здесь все просто и сложно, как в жизни.

В день развода Артём оставил мне почти ничего.

Квартиру, машину, бизнес, счета — всё он заранее оформил так, чтобы я вышла из суда с пустыми руками. Он был уверен: я испугаюсь, сломаюсь и вернусь. Ведь у меня не осталось ни денег, ни дома, ни защиты.

Только сын.

Миша — единственное, что Артём не смог записать на себя, спрятать в договоре или купить дорогим подарком.

Но бывший муж не привык проигрывать. Он давит через суд, деньги, сад, жильё, мою работу и даже через ребёнка. Он хочет доказать, что без него я не справлюсь.

А я впервые за много лет перестаю быть удобной женой.

Я найду работу. Найду дом. Верну своё имя, свой труд и право самой решать, как жить. И рядом окажется мужчина, который не станет спасать меня силой, покупать мою благодарность или командовать моей болью.

Он просто спросит:

— Можно я буду рядом?

И однажды я отвечу не из страха.
Не из благодарности.
А потому что наконец свободна.

Костя не смотрел мне в глаза. Наверное, ему так было проще, но для меня это было унизительно: будто я была не женой, а старым, продавленным пружинным матрасом, который, хоть и хорошо послужил, но новенький уже совсем скоро привезут из мебельного магазина.
- Ты хоть понимаешь, что выглядишь жалко? - Вопрос прозвучал неожиданно.
Я машинально посмотрела на себя в зеркало.
- Кому ты такая нужна? - продолжил он, как будто решил добить меня окончательно. - Ты себя видела? Вечно измученная, в этой старой кофте. Я хочу жить, Лена! А не тухнуть рядом с сорока девятилетней женщиной.

Руки дрожали, но она действовала почти машинально.

Набрала кипятка, проделала дырки в горлышке — так, чтобы жидкость вытекала тонкой струйкой. Потом налила уксус, который нашла на кухне. Всё это она делала, не думая, ведомая одной мыслью: «Пусть почувствует то же, что и я!»

Когда Демиан снова подбежал к ней. Лили резко плеснула раствором прямо в его лицо.

Крик. Резкий, пронзительный, полный боли. Демиан схватился за глаза, закричал ещё громче, слёзы смешались с уксусом на его щеках. Он упал на землю, заскулил, как щенок.

Ужас накрыл Лили с головой. Она бросила бутылку и побежала, не разбирая дороги. В ушах стучало: «Что я наделала? Что я наделала?!»

Дома она заперлась в своей комнате, забралась под кровать и свернулась клубочком.

Дрожь била её так сильно, что зубы стучали.

Он привык отдавать приказы.
Она привыкла молчать, чтобы сохранить семью.
А их маленькая дочь просто ждала, что папа ей поверит.

Елена пришла на торжественный вечер с дочерью и увидела рядом с мужем другую женщину. Но самым страшным стало не предательство. Самым страшным стало то, что восьмилетняя Кира услышала: она мешает отцу начать новую жизнь.

Когда девочка сказала правду, полковник Артём Волков не защитил её. Не поверил. Выбрал чужую женщину, свою гордость и своё право быть правым.

Елена ушла. Без скандала. Без мести. Только с дочерью за руку и с решением больше никогда не позволять никому делать её ребёнка лишним.

Но однажды Артём поймёт: он потерял не жену, которая хотела его удержать. Он потерял дочь, которая ждала, что папа встанет рядом.

Теперь ему придётся заслужить не только прощение женщины, которую он сломал своим недоверием. Ему придётся заново стать отцом для девочки, которая больше не верит красивым словам.

Лера думала, что после пятнадцати лет брака её уже трудно удивить. Пока однажды ночью не открыла рабочую папку благотворительного фонда и не нашла там черновик пресс-релиза, где рядом с её мужем Кириллом Громовым уже стояла другая женщина.

Алина Ветрова — «новое лицо проектов», «близкий человек семьи» и, возможно, будущая мать ребёнка Кирилла. Ниже в переписке было ещё страшнее: развод, фонд, деньги, дочь Соня и фраза, от которой у Леры похолодели руки: «Главное — не дать ей забрать фонд и Соню».

Измена оказалась только началом. Муж готовил унизительное соглашение, свекровь пыталась забрать у Леры имя, репутацию и ребёнка, любовница уже входила в школу Сони как «доверенное лицо семьи», а благотворительный фонд, которым Лера занималась годами, вдруг стал ловушкой с поддельными подписями.

Теперь ей предстоит не просто пережить развод. Ей придётся доказать, что она не виновата, защитить дочь, вернуть своё имя и пройти по мосту через предательство — туда, где она больше не удобная

Сегодня он приходит в четыре. Я слышу его шаги ещё в коридоре – быстрые, чёткие, с тем напором, с которым Артём делает всё: входит в комнату, принимает решения, любит.
Я успеваю убрать с тумбочки надкусанный крекер и поправить волосы. Смешно – пять лет замужем, двадцать первая неделя беременности, третья неделя в палате, а я всё равно хочу быть для него красивой.
Он садится рядом, ставит на тумбочку термос с бульоном. Значит, заезжал домой. Нашёл время. Я складываю это в шкатулку маленьких доказательств, что мы вместе и это правильно.
Он показывает фотографии нового помещения – восьмой объект, восемьсот квадратов. Я задаю вопросы про вентиляцию, и он смотрит с лёгким удивлением – будто забывает, что я семь лет проектировала промышленные здания.
Всё хорошо, мы обсуждаем ремонт.
Потом его телефон вздрагивает. Уведомление от «Васи монтаж»: «Мой милый пуся, я вся горю!!!» И фото.
Я знаю это лицо. Марина. Соседка с третьего этажа.

Невинность потеряна. Власть обретена. Игра только начинается.
***
Три года замужества.
Арина — любящая жена Павла, мать его сына Миши, желанная для всей семьи Гримальди. Родион, Дмитрий и Паша по-прежнему делят её между собой.
Она послушна, нежна, всегда рядом. Роскошный особняк, светские приёмы, страстные ночи — жизнь как в сказке.
Но сказки имеют свойство меняться, когда главная героиня устаёт играть по чужим правилам. Арина научилась многому за эти годы. Гораздо большему, чем кажется мужчинам, уверенным в своей власти.
И теперь в доме Гримальди начинает разыгрываться совсем другая партия.
Только вот кто в ней пешка, а кто — королева?