Читать и слушать книги

Влад, чтобы «проучить» очередную, как он думает, неразумную автоледи, намеренно запугивает Яну ужасающим списком неисправностей, половину из которых он придумал, назвал огромную сумму. В ответ Яна, которая на самом деле не "блондинка", а студентка-отличница экономфака, не хлопает ресницами, а достаёт блокнот и начинает детально расспрашивать по каждой позиции, требуя объяснений «на пальцах». Влад, ошарашенный её цепким умом и ироничной улыбкой, впервые теряет дар речи. Он вынужден признаться, что сгущал краски...

Меня зовут Маша, и я обожаю порядок во всём: мой день расписан по минутам, гардероб отсортирован по цветам, а в голове — чёткие планы на ближайшие пять лет. У меня идеальная жизнь: перспективная работа в крупной компании, заботливый парень Матвей и уверенность в завтрашнем дне.

Всё меняется в один не самый прекрасный день, когда в офис врывается Максим Воронов — сын генерального директора.

Он — хаос во плоти: опаздывает, шутит не к месту и ездит на самокате по бизнес‑центру. Я — воплощение дисциплины: списки дел, чёткие сроки и строгий дресс‑код.

Максим явно решил превратить мою идеальную жизнь в череду непредсказуемых ситуаций, а я твёрдо намерена научить его порядку. Но почему с каждой нашей перепалкой моё сердце бьётся чаще? И почему его заразительный смех всё труднее игнорировать?
И да, он решил, что я непременно стану его девушкой.

Я долго выстраивала свою жизнь — и наконец всё встало на свои места. А потом я нашла парня у мусорных баков. Избитого. Злого. Он твердил, что он не бомж, — хотя выглядел хуже любого из них. Бомж с замашками мажора.
Привела домой. Отмыла. Накормила.
Но тогда я даже не представляла, во что ввязалась.

Она парит в мире гран-па и фуэте, он привык выживать по законам улицы. Два мира, разделенных пропастью в середине лихих девяностых, столкнулись в танце, который нельзя было остановить.

Её мир — это хрусталь люстр в Академии балета, запах канифоли и тихие споры родителей-интеллигентов за обеденным столом. Её будущее расписано по партитуре: отточенные движения, пуанты и место в театре.

Его мир — это рваный ритм баскетбольной площадки, тяжелый скрежет «шестерок» под окнами, хруст костяшек домино и «крыша», которая не защищает, а требует. Он — надежда уличной команды, но его уже затягивает трясина чужого криминального авторитета.

Их свел случайный взгляд сквозь дымку дешевых сигарет и блеск балетного станка. Но чтобы быть вместе, ей придется спуститься с небес на грешную землю, а ему — сделать выбор, который в его кругу называют предательством.

Вы просто хотели подарить миру книгу. В ответ — безликое уведомление: «Аккаунт заблокирован». Без причины, без права на ошибку, без надежды. А потом судьба сталкивает вас с тем, кто лично написал код этой бездушной системы. Он — архитектор вашего краха. Вы — ошибка, которую его программа не смогла распознать. Он привык управлять данными, но не готов к тому, что настоящие чувства нельзя отправить в спам. Готовы ли вы нажать «Удалить навсегда», когда на кону сердце? Честно, трогает до слёз и будоражит.

— Внешность обманчива, — парировала Вика, отпивая виски. Алкоголь начал приятно туманить мозг, стирая границы дозволенного.

— Надеюсь, — он протянул руку и коснулся кончиками пальцев её щиколотки.

Вика вздрогнула. Его кожа была горячей, почти обжигающей. Он медленно провел рукой вверх по её ноге, не сводя глаз с её лица.

— Знаешь, что бывает с правильными девочками, когда они попадают в плохую компанию? — прошептал он.

— И что же? — её голос сорвался.

Стас резко подался вперед, сокращая расстояние между ними до минимума.
— Они перестают быть правильными.
— А ты альфа самец?
— Не знаю кто это, но девушкам я нравлюсь.

Вика почувствовала укол ревности. Вот только что она думала что она одна в его вселенной, а тут уже какие то девушки.

Стас увидев ее реакцию усмехнулся а затем…

Он поцеловал её — властно, требовательно, забирая весь воздух из легких.

— Нельзя быть таким, Максим, — выдыхаю.
— Каким, Диана Александровна? — нагло ухмыляется, прикусывая мою нижнюю губу.
— Наглым, — шепчу, и мой голос ломается, превращаясь в прерывистый выдох. — Невыносимым. Таким, от которого хочется бежать на край света и одновременно… сгореть прямо здесь, в этой машине. Ты лишаешь меня выбора, Максим. Заставляешь забыть, что я должна быть мудрее, сильнее…
— Настоящим, Ди, — произносит серьезно, обжигая кожу своим дыханием. — Тем единственным, кто видит тебя настоящую за этим твоим идеальным образом строгой взрослой.
Его голос падает до опасного вибрирующего шепота.
— Можешь называть это недопустимым сколько угодно. Можешь прятаться за возрастом или дружбой с моей матерью. Но мы оба знаем правду: ты уже моя. Ещё тогда, в клубе, стала моей. А сейчас… я просто забираю свое.
***
Случайная связь в клубе оборачивается для Дианы катастрофой, когда её молодым любовником оказывается сын лучшей подруги, не знающий слова «нет».

— Я скучаю, — тихо сказал он. Всего два слова, но в них было столько тоски, что Мира не выдержала.

Она сделала шаг вперед и прижалась к нему всем телом, пряча лицо на его груди. Нико обнял её так крепко, будто пытался срастись с ней, защитить от всего мира. Его руки дрожали.

— Прости меня, — прошептал он ей в макушку. — Я попробую. Ради тебя — попробую.

Мира обняла его в ответ, обвивая руками его шею.

Она знала, что это безумие. Знала, что он не изменится за один день. Но в этот момент, в этом объятии, она чувствовала, что их любовь — это единственное, что может удержать его на краю бездны.

Жизнерадостная девушка, чей девиз – «если жизнь бросила банановую кожуру, поскользнись на ней весело!» Она с завидной регулярностью умудряется попадать в курьезные истории и каждый ее день полон веселых приключений заставляющих окружение недоумевать: «Что еще этот маленький торнадо вытворит?».
Ее коллега по работе – идеальный антипод: невозмутимый и рассудительный. Но несмотря на все законы физики и здравого смысла, именно эта беззаботная катастрофа по имени Аня заставляет его сердце биться чаще.

-Че зыришь, глаза напузыришь! Вообще обнаглели, так пялиться в открытую! Никакого уважения к женщине! - фыркаю, поймав с поличным наглого мужика, разглядывающего меня. Я что, экспонат что ли, или дам с пышными формами не видел?! - ни стыда, ни совести, ничего лишнего!- говорю с недовольным лицом, а явно ничего не понимающий придурок стоит и хлопает своими длиннющими черными ресницами. - Бесит, ну вот на кой черт тебе такие веера?! - машу рукой чуть ли не перед его глазами, вслух выражая свое негодование.
-Натаща?! Раша Натаща! - подумав, но, видимо, плохо, выпаливает на ломаном русском.
-Сам ты Натаща! Понаехали тут! - закатываю глаза, выходя из местного магазина.

Отправиться в круиз на лайнере, чтобы принять участие в марафоне по похудению и потеряться в чужой стране? Легко! Теперь я без вещей, денег, а турки упорно называют меня Наташей!