Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман»
Ур, 2000 год до нашей эры. Эриш — женщина-писец, циничная и практичная, потерявшая семью из-за эпидемии и верящая только в глиняные таблички. Она находит древний чертёж, доказывающий, что боги — не существа, а сложные астрономические механизмы. Но в архиве её находит Зу-Шушин — воин-изгой, последний из Шепчущих, умеющих читать язык звёзд. Он ищет именно этот чертёж, чтобы остановить кровавый ритуал жрецов, который убьёт всех жителей города.
Между ними вспыхивает искра — опасная магия, которая связывает их дары. Ненависть с первого взгляда перерастает в любовь, когда они отправляются в путешествие по Междуречью, чтобы собрать все чертежи и спасти мир от гибели.
Между ними вспыхивает искра — опасная магия, которая связывает их дары. Ненависть с первого взгляда перерастает в любовь, когда они отправляются в путешествие по Междуречью, чтобы собрать все чертежи и спасти мир от гибели.
В ту ночь он вытащил меня из горящей машины. Я должна была считать его ангелом-хранителем. Но через три дня я нашла его фотографию в телефоне человека, который пытался меня убить.
– Выйдешь за моего брата, и я украду тебя со свадьбы и сделаю своей.
До церемонии осталось несколько дней, а Мирон прижимает меня к себе и целует. Брат моего жениха. Мужчина, которого я должна ненавидеть.
Я собиралась сказать другому «да». Но Мирон, кажется, уже решил, кому достанется невеста.
До церемонии осталось несколько дней, а Мирон прижимает меня к себе и целует. Брат моего жениха. Мужчина, которого я должна ненавидеть.
Я собиралась сказать другому «да». Но Мирон, кажется, уже решил, кому достанется невеста.
— Ты снимал меня. Той ночью. Ты даже не попытался помочь! — выдохнула я.
— Я помог, — спокойно ответил он, поднимая камеру. — Тот парень, которого я ударил, вряд ли скоро встанет. А ты жива и даже можешь возмущаться. Разве этого недостаточно?
Я открыла рот, но слова застряли. Он смотрел на меня через объектив, и я вдруг почувствовала себя голой, выставленной напоказ. Не из-за камеры — из-за его взгляда. Изучающего, циничного, без капли тепла.
— Раздевайся, — бросил он.
— Я помог, — спокойно ответил он, поднимая камеру. — Тот парень, которого я ударил, вряд ли скоро встанет. А ты жива и даже можешь возмущаться. Разве этого недостаточно?
Я открыла рот, но слова застряли. Он смотрел на меня через объектив, и я вдруг почувствовала себя голой, выставленной напоказ. Не из-за камеры — из-за его взгляда. Изучающего, циничного, без капли тепла.
— Раздевайся, — бросил он.
Тимур Месхиев — сын крупного винодела, богатый наследник, привыкший покупать любовь и лояльность за деньги. Скука и жажда острых ощущений приводят его в преступный мир, где он становится ценным «активом» для криминального авторитета по кличке Гурджи. Тимур думал, что играет в опасную игру, но банда — это не казино, и ставки здесь — жизнь и смерть. Его жена, Нина, годами терпела измены и холодность, но, когда тени прошлого мужа начинают падать на их детей, ее терпение лопается. Потеряв все — семью, дом и уважение отца — Тимур оказывается на дне. Нина, собрав остатки мужества, уезжает в Москву к единственному человеку, которому доверяет, — другу детства, оперативнику ГУВД. Она просит его не спасти брак, а остановить безумие, которое поглотило ее мужа.
Уральский город Точильный зажат между заводскими трубами и вечной зеленью тайги. Илья Топольский — наследник местного заводского магната, мажор, привыкший покупать всё, включая уважение. Желая приумножить капитал любой ценой, он входит в доверие к криминальному авторитету по прозвищу Шаман, полагая, что играет свою игру.
Но сделка с совестью оборачивается лавиной: его бизнес-партнеры убиты, банда требует крови, а единственный человек, который его любил — жена Нина, — видит в его глазах пустоту. Развод становится финальной точкой падения. Пытаясь спасти остатки себя, Нина уезжает в Ленинград к другу юности, капитану уголовного розыска Константину Реброву. Она рассказывает то, что скрывала от следствия. Реброву предстоит распутать клубок, где на кону не только деньги Шамана, но и жизнь его бывшей одноклассницы.
Но сделка с совестью оборачивается лавиной: его бизнес-партнеры убиты, банда требует крови, а единственный человек, который его любил — жена Нина, — видит в его глазах пустоту. Развод становится финальной точкой падения. Пытаясь спасти остатки себя, Нина уезжает в Ленинград к другу юности, капитану уголовного розыска Константину Реброву. Она рассказывает то, что скрывала от следствия. Реброву предстоит распутать клубок, где на кону не только деньги Шамана, но и жизнь его бывшей одноклассницы.
Герой — пилот, для которого небо — это зона контроля и спокойствия. Она попадает на борт как пассажирка в частном рейсе, и между ними почти нет слов: только взгляды, тишина кабины, ощущение скорости и высоты. В замкнутом пространстве напряжение становится почти осязаемым. От мужского взгляда это читается как потеря привычной уверенности: он управляет самолётом, но не может управлять тем, как реагирует на неё.
На высоте десяти тысяч метров он контролировал всё. Кроме себя рядом с ней...
На высоте десяти тысяч метров он контролировал всё. Кроме себя рядом с ней...
Ей 22, она интерн на первой практике. Ему 40, он — лучший хирург страны с тёмным прошлым: двадцать лет назад он был «пацаном с третьей линии», решавшим чужие судьбы ножом. Теперь он держит клинику и спасает жизни. Она не боится его — и это бесит его сильнее всего. С первой операции между ними искрит, но он клянётся не трогать подчинённую. Пока однажды ночью она не приходит к нему в кабинет с рассечением на руке — и он понимает, что не сможет остановиться.
Он держал скальпель твёрже, чем собственные чувства. Но она заставила его порезаться...
Он держал скальпель твёрже, чем собственные чувства. Но она заставила его порезаться...
После предательства мужа Ника привыкла рассчитывать только на себя. Она одна воспитывает дочь, руководит юридической фирмой и давно не верит мужчинам, которые красиво говорят о любви. В её жизни есть работа, ответственность и маленькая семья, которую она бережёт больше всего.
Во время поездки в Красноярск Ника встречает Вадима — сдержанного, внимательного мужчину, рядом с которым впервые за долгое время ей хочется снова кому-то доверять.
Но у Вадима есть тайны, о которых Ника ничего не знает. Крупное наследство превращает её в цель для людей, готовых на всё, чтобы его заполучить, а вокруг начинают происходить события, слишком подозрительные, чтобы считать их случайностью.
Ника ещё не понимает, что доверилась мужчине, чья тайна может стоить ей жизни. Пока одни строят планы, другие скрывают правду, а третьи готовы убивать ради денег, вокруг неё затягивается опасная игра, в которой всё труднее отличить любовь от расчёта, а правду — от лжи.
Во время поездки в Красноярск Ника встречает Вадима — сдержанного, внимательного мужчину, рядом с которым впервые за долгое время ей хочется снова кому-то доверять.
Но у Вадима есть тайны, о которых Ника ничего не знает. Крупное наследство превращает её в цель для людей, готовых на всё, чтобы его заполучить, а вокруг начинают происходить события, слишком подозрительные, чтобы считать их случайностью.
Ника ещё не понимает, что доверилась мужчине, чья тайна может стоить ей жизни. Пока одни строят планы, другие скрывают правду, а третьи готовы убивать ради денег, вокруг неё затягивается опасная игра, в которой всё труднее отличить любовь от расчёта, а правду — от лжи.
Она выполнила приказ с грацией балерины и точностью солдата. Каждый шаг был выверен. Когда она остановилась передо мной, я увидел, как чуть дрогнули её ресницы. Страх? Нет. Предвкушение. Тот самый электрический разряд, который пробегает по коже, когда ты стоишь на краю пропасти и знаешь, что падение будет не гибелью, а полётом.
— Ты опоздала на двенадцать секунд, — констатировал я, не отрывая взгляда от её лица.
Елена побледнела. Её пальцы слегка сжались в кулаки вдоль тела.
— Простите, Андрей Викторович. Пробки на Третьем транспортном...
— Обстоятельства не имеют значения, — перебил я мягко, но твёрдо. — Имеет значение только результат. И твоё состояние. Ты нервничаешь.
Это было утверждением, а не вопросом. Я видел, как учащённо билась жилка на её шее. Видел, как расширились зрачки.
— Да, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... потому что я хочу всё сделать правильно.
Я медленно обошёл стол и встал перед ней. Расстояние между нами сократилось до минимума.
— Ты опоздала на двенадцать секунд, — констатировал я, не отрывая взгляда от её лица.
Елена побледнела. Её пальцы слегка сжались в кулаки вдоль тела.
— Простите, Андрей Викторович. Пробки на Третьем транспортном...
— Обстоятельства не имеют значения, — перебил я мягко, но твёрдо. — Имеет значение только результат. И твоё состояние. Ты нервничаешь.
Это было утверждением, а не вопросом. Я видел, как учащённо билась жилка на её шее. Видел, как расширились зрачки.
— Да, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... потому что я хочу всё сделать правильно.
Я медленно обошёл стол и встал перед ней. Расстояние между нами сократилось до минимума.
Выберите полку для книги