Книги в жанре «Драма» по тегу «tag»

– Ты спишь с тренером нашей дочери? – задаю вопрос мужу.
На экране телефона - видео, где тот целует эту женщину. Ошибок нет.
Дмитрий пожимает плечами:
– Я всегда мечтал о гимнастке, и эту мечту осуществил. А ты на гимнастку не особо похожа, сама понимаешь…
Понимаю, и даже более чем.
А еще делаю выводы.
Муж хотел закрыть вопрос мирно и без разборок, но не вышло.
Я подала на развод, оставив его радоваться сбывшейся мечте со своей гимнасткой… до той поры, пока может.
Ведь просто так я не оставлю ни его предательство, ни то, что его ушлая любовница посмела поднять руку на мою дочь…

— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.

⚡️ЗАВЕРШЕНА, ПОЛНЫЙ ТЕКСТ⚡️— Я с тобой разведусь, — говорю мужу, когда застаю его с молодой любовницей на корпоративе.
Игорь смотрит на меня устало, почти с жалостью.
— Лена, ну какая любовь в нашем возрасте? У нас быт, дети и имущество. А любовь у меня теперь отдельно.
Отдельно.
Значит, двадцать три года брака — отдельно.
Мои бессонные ночи с детьми — отдельно.
Его выглаженные рубашки, его больная мать, его карьера, которую я помогала строить, — тоже отдельно.
А потом Милана, его двадцатидевятилетняя «помощница», улыбается и говорит:
— Елена Викторовна, мужчина не обязан умирать рядом с той, с кем прожил молодость.
Я думала, хуже уже не будет.
Но мне пишет дочь:
«Мам, пожалуйста, не устраивай скандал. Папа сказал, у Миланы важный вечер».
Они знали. Все вокруг знали…
А когда я потребовала объяснений, муж отвёл меня в служебный коридор ресторана, забрал телефон и толкнул в холодный склад.
— Остынешь — поговорим.
Дверь захлопнулась.

— Инга, я спрашиваю. Чьи дети? — не унимается Матвей.
— Мои это дети, понял?
— У них есть отец? — продолжает свой допрос Киров.
— У всех есть отец.
— Кто?
— Это не важно.
— Важно, потому что они похожи на меня, — твёрдо и строго произносит он. — Я не слепой, Инга, и уж далеко не идиот.
— Какой глазастый…
— Да, глаза у них мои, — кивает он чуточку самодовольно. — Я считать умею. Спала в тот период ты только со мной. Это я точно знаю. И сбежать у тебя не получится. Я тебя со дна морского достану…
— Ты не имеешь права… мне угрожать!
— А я и не угрожаю, а ставлю перед фактом, — перебивает он. — Я забираю детей себе. До выяснения обстоятельств.

У него долг, у нее желание выжить. Между ними ночь, погоня и выстрелы за спиной. Два разных мира, столкнувшиеся по воле судьбы. Два человека, в пекле опасности еще незнающие, что их спасет Любовь.

– Есть хорошая женщина, – роняет муж холодно. – С которой мне спокойно...
– Это хорошо, что не собака, – усмехаюсь и тут же морщусь, невольно хватаясь за сердце.
Он смотрит на меня в раздражении:
– Только не начинай сейчас со своим здоровьем и давлением. Я не выдержу шантажа!
Павел резко поднимает голову, потому что в окно стучат.
Это Нина с соседнего участка стоит под навесом с тарелкой с пирожками в руках. Конечно.
И вовремя.
– А вот и она, – говорит муж с улыбкой.
Вздыхаю тихо, не отрывая взгляда от окна.
– Хорошего человека вспомнишь, оно и всплывет…
--------------
После тридцати лет брака муж решил, что со мной ему неспокойно, и что чужие пирожки вкуснее.
Как назло, в тот же самый момент мое тело решило, что послужило мне достаточно.
Всё навалилось одновременно – предательство, болезнь и тяжелое ощущение, что этим жизнь и закончится.
Но я ошиблась.
Будущий бывший явился ко мне а больницу, чтобы я успела подписать завещание. Но дойти не успел.

— Галя! – Сзади появляется Ира и хватает меня за руку, разворачивая. Я сжимаю в ладонях два билета. – Там, Костя…
— Что? – Меня переполняет радость.
— С Асей… — ее голос срывается, глаза бегают по моему лицу.
— Что… с Асей? – не понимаю я.
Ира достает телефон и показывает экран. А там мой Костя в объятиях Аси, в мужском туалете… у раковин. Билеты падают у меня из рук, расстилаясь по полу. На автомате направляюсь в туалет. Все эмоции разом улетучиваются, оставляя лишь серую пустоту. Открываю дверь уборной «М» и вижу… Ася сжимает ногами бедра моего Кости. Она сидит на раковине, а Костя стоит ко мне спиной между ее ног. На его шее ее руки. На МОЕЙ шее ее руки!
Меня начинает трясти. На глазах болезненно наворачиваются слезы. Я не могу в это поверить. От сильного шока желудок скручивает, и я бросаюсь к кабинке. Меня выворачивает. Хватаюсь за живот, где живет мой малыш. Слезы потоком пробиваются наружу. Я сползаю на пол у унитаза, в своем платье королевы.

Два мальчика выбегают из спальни и, увидев меня, мчатся ко мне.
— Па-па? — кричат они.
И Тигран замирает. Буквально каменеет, будто одно короткое слово выбило из него дух.
Смотрит сначала на Диму, потом на Дениса. Затем на меня.
— Не бери в голову, — бросаю я, чтобы отвлечь его. — Они всем так говорят.
Этого мне еще не хватало. Чтобы мужчина, который два года назад разбил мне сердце, сказал, что я ему надоела, и исчез из моей жизни, теперь заявил права на моих детей. А они мои!
Но Тигран продолжает смотреть на мальчиков. Слишком внимательно.
И я понимаю: еще немного — и он сам сложит два и два.

— Ой, а вы, навелное, зассанец! — радостно заявляет моя трёхлетняя дочь незнакомому мужчине.
Он медленно опускает на неё взгляд.
— Кто?
— Зассанец.
— Засранец? — спокойно уточняет мужчина.
— Да! Он! — Тася довольно кивает. — Мама вас ждёт.

Закрываю глаза.

Всё. Переговоры можно считать оконченными.

Потому что перед нами Роман Воронцов — новый владелец здания, в котором находится моя кофейня. И человек, решивший, что через полтора месяца моего бизнеса здесь больше не будет.

Мы расстались с Катей почти два года назад. Я поступил очень некрасиво, встретил свою первую любовь и чуть не потерял голову. Этого было достаточно, чтобы всё рухнуло.
Я уехал из столицы в родной город, руковожу хирургическим отделением в первой городской больнице, борюсь за жизни людей, пока в один прекрасный день не раздаётся звонок и мне сообщают, что по просьбе бывшей жены мне надо приехать и забрать ребёнка. Одиннадцатимесячную девочку, которая может быть моей?

— Из двойки звонили, сказали срочно. Сказали, дело касается вашего ребёнка.
Я останавливаюсь, ничего не понимая. Приподнимаю бровь, смотря на медсестру.
— Моего кого, прости?
Она пожимает плечами.
— Я переспросила. Воронцов прямо так и сказал: Передайте Игорю Владимировичу, что дело касается его ребёнка. Не вру я.
— Да верю я, что не врёшь. Но только нет у меня детей. По крайней мере тех, о ком я знаю…