Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
— Добрый вечер!
Борис, мой жених, убрал руку и посмотрел мне за спину. Я тоже обернулась и оторопела. Арон, это был он... Его острые глаза впивались в меня, словно накидывая на меня множество невидимых крючков.
Я привыкла к ненависти, злости, но он меня буквально убивал своим взглядом.
— Какая встреча? — заметил Борис, пытаясь скрыть свое разочарование.
Арон медленно приблизился, его шаги были размеренными и уверенными.
— Решил присоединиться к веселью, — сухо произнёс Арон, продолжая прожигать меня взглядом.
Все познается в сравнении – всегда думала что мачеха и брат, это те люди с кем мне не уютно, но он их переплюнул. Хотелось бежать, куда глаза глядят. Невольно, я сделала шаг назад, натыкаясь на грудь Бориса. Он приобнял меня за плечи и от этого невинного жеста я стала успокаиваться.
— Два шампанских, пожалуйста, — не глядя на бармена небрежно бросил Арон, даря нам наглую ухмылку.
Тут до меня дошёл смысл его слов: два?! И я наконец-то вырвалась из плена его цепкого взгляд
Борис, мой жених, убрал руку и посмотрел мне за спину. Я тоже обернулась и оторопела. Арон, это был он... Его острые глаза впивались в меня, словно накидывая на меня множество невидимых крючков.
Я привыкла к ненависти, злости, но он меня буквально убивал своим взглядом.
— Какая встреча? — заметил Борис, пытаясь скрыть свое разочарование.
Арон медленно приблизился, его шаги были размеренными и уверенными.
— Решил присоединиться к веселью, — сухо произнёс Арон, продолжая прожигать меня взглядом.
Все познается в сравнении – всегда думала что мачеха и брат, это те люди с кем мне не уютно, но он их переплюнул. Хотелось бежать, куда глаза глядят. Невольно, я сделала шаг назад, натыкаясь на грудь Бориса. Он приобнял меня за плечи и от этого невинного жеста я стала успокаиваться.
— Два шампанских, пожалуйста, — не глядя на бармена небрежно бросил Арон, даря нам наглую ухмылку.
Тут до меня дошёл смысл его слов: два?! И я наконец-то вырвалась из плена его цепкого взгляд
Босс делает шаг ко мне. Ещё один. Мы стоим почти вплотную.
— Ты когда-нибудь целовалась с начальником?
— Что? — переспрашиваю я шёпотом.
— Я спросил, есть ли у тебя опыт совмещения работы и личного.
Я молчу. Я, кажется, вообще разучилась говорить.
— Ты меня слышишь? — спрашивает он.
— Д-да.
— И?
Я должна сказать что-то умное. Что-то в духе сильной, независимой женщины. Что это неприемлемо. Что это харассмент. Что нам нужно сохранять дистанцию.
Вместо этого я говорю совсем не то…
Восемь месяцев я ненавидела своего босса Алекса Градского. Самодура. Придиру. Красавчика с глазами цвета стали, от взгляда которого у меня подкашиваются колени. Он изводил меня на совещаниях, а ночами... я думала о его руках. И когда однажды мы случайно встретились в офисе в субботу, случилось то, что разрушило все мои правила. Но как объяснить сердцу, что выбрало не того? Или правила созданы, чтобы делать в них исключения?
— Ты когда-нибудь целовалась с начальником?
— Что? — переспрашиваю я шёпотом.
— Я спросил, есть ли у тебя опыт совмещения работы и личного.
Я молчу. Я, кажется, вообще разучилась говорить.
— Ты меня слышишь? — спрашивает он.
— Д-да.
— И?
Я должна сказать что-то умное. Что-то в духе сильной, независимой женщины. Что это неприемлемо. Что это харассмент. Что нам нужно сохранять дистанцию.
Вместо этого я говорю совсем не то…
Восемь месяцев я ненавидела своего босса Алекса Градского. Самодура. Придиру. Красавчика с глазами цвета стали, от взгляда которого у меня подкашиваются колени. Он изводил меня на совещаниях, а ночами... я думала о его руках. И когда однажды мы случайно встретились в офисе в субботу, случилось то, что разрушило все мои правила. Но как объяснить сердцу, что выбрало не того? Или правила созданы, чтобы делать в них исключения?
Я замерла в коридоре, прижавшись к стене, и затаила дыхание.
— Не начинай…
— Да, не люблю…
— Ты единственная…
— Да…
— Я же сказал тебе, что приеду…
Голос Олега звучал мягче обычного, с той интонацией, которую я слышала только в редкие моменты. Эти фразы повисли в воздухе, слишком личные. Я стояла неподвижно, чувствуя, как в груди разливается холодок...
— Не начинай…
— Да, не люблю…
— Ты единственная…
— Да…
— Я же сказал тебе, что приеду…
Голос Олега звучал мягче обычного, с той интонацией, которую я слышала только в редкие моменты. Эти фразы повисли в воздухе, слишком личные. Я стояла неподвижно, чувствуя, как в груди разливается холодок...
Он - самый сильный боец среди людей с противным характером и уверенностью, что ему все можно, а я... всего лишь обслуживаю его вечеринку.
— А теперь, — говорит Дарк, и голос у него громкий, уверенный, хозяйский, — позвольте представить вам всем мою жену.
— Я бы на твоём месте поторопился поставить на ней метки, — хмыкает его босс, глядя на меня желтыми глазами. — С её ростом управишься за пять минут. И лучше сегодня. Чтобы не сбежала, когда осознает.
Нас ждут: шустрая героиня, ненависть-любовь, фиктивный брак, тайны прошлого, хэппи энд)
— А теперь, — говорит Дарк, и голос у него громкий, уверенный, хозяйский, — позвольте представить вам всем мою жену.
— Я бы на твоём месте поторопился поставить на ней метки, — хмыкает его босс, глядя на меня желтыми глазами. — С её ростом управишься за пять минут. И лучше сегодня. Чтобы не сбежала, когда осознает.
Нас ждут: шустрая героиня, ненависть-любовь, фиктивный брак, тайны прошлого, хэппи энд)
— Ты что, дурак? — выругалась я. Надо позвонить в кружок самодеятельности и сказать, что их главный актёр сбежал и донимает прохожих.
— А тебе стало меня жалко?
— Нет!
— Тогда я останусь лежать здесь, пусть меня задавит машина.
Я резко развернулась, тряхнув головой, и пошла в сторону дома. Через десять метров оглянулась — парень так и лежал на асфальте в той же позе.
— Идиот, — выругалась я и, сделав ещё пять шагов к дому, повернулась снова. Упрямый дятел. Вот он кто.
— Только на одну ночь, а дальше ты уходишь утром и больше никогда не появляешься, и паспорт свой покажешь, понял?! — крикнула я, но труп не пошевелился.
— А ты меня покормишь? — донеслось до меня очень жалобное вопрошание.
Вот же вымогатель.
— Покормлю, — ответила я, тяжело вздохнув. Если вынесет хоть что-нибудь из моей квартиры, сядет на всю жизнь.
Парень вскочил на ноги и со скоростью дикого оленя добежал до меня.
— Шмотки ещё постирать теперь надо, — снова положил мне руку на плечо вымогатель.
— А тебе стало меня жалко?
— Нет!
— Тогда я останусь лежать здесь, пусть меня задавит машина.
Я резко развернулась, тряхнув головой, и пошла в сторону дома. Через десять метров оглянулась — парень так и лежал на асфальте в той же позе.
— Идиот, — выругалась я и, сделав ещё пять шагов к дому, повернулась снова. Упрямый дятел. Вот он кто.
— Только на одну ночь, а дальше ты уходишь утром и больше никогда не появляешься, и паспорт свой покажешь, понял?! — крикнула я, но труп не пошевелился.
— А ты меня покормишь? — донеслось до меня очень жалобное вопрошание.
Вот же вымогатель.
— Покормлю, — ответила я, тяжело вздохнув. Если вынесет хоть что-нибудь из моей квартиры, сядет на всю жизнь.
Парень вскочил на ноги и со скоростью дикого оленя добежал до меня.
— Шмотки ещё постирать теперь надо, — снова положил мне руку на плечо вымогатель.
– Держи, Красная Шапочка, вот тебе десять тысяч – и разбежались, некогда мне, – мужчина достал из кармана мятые купюры, протянул.
– Вы… вы совсем обнаглели? Решили, что приехали в наш город, и вам все можно, да?
– Двадцать. И с меня ужин при свечах.
Волков теперь вроде как был свободен, никому не обязан хранить верность, а местные девушки такие темпераментные, оказывается.
– Да идите вы лесом! Серый Волк!
– Пообещай, что покажешь дорогу, и я весь твой.
– Хам!
Что может быть чудесней, чем встреча двух влюбленных под Новый год? Это так красиво и романтично. Но до романтики и красоты было далеко. А вот новый, наглый секси-босс уже был готов поиграть в сказку.
– Вы… вы совсем обнаглели? Решили, что приехали в наш город, и вам все можно, да?
– Двадцать. И с меня ужин при свечах.
Волков теперь вроде как был свободен, никому не обязан хранить верность, а местные девушки такие темпераментные, оказывается.
– Да идите вы лесом! Серый Волк!
– Пообещай, что покажешь дорогу, и я весь твой.
– Хам!
Что может быть чудесней, чем встреча двух влюбленных под Новый год? Это так красиво и романтично. Но до романтики и красоты было далеко. А вот новый, наглый секси-босс уже был готов поиграть в сказку.
— Фантазия хорошо работает, оценил. Правда с огнетушителем ты была эффектнее. Но и так сойдёшь.
— Я не… я на работу пришла!
— На работу, — он кивает, стягивая ремень. — Ну так работай. Я посмотрю.
***
Я пришла на собеседование. А тут — он. Мой бывший муж. Который еще и принял меня за девушку легкого поведения. Теперь этот тип преследует меня с предложением… эээ… услуг. А мы развелись три года назад, но кого это вообще интересует?!
— Я не… я на работу пришла!
— На работу, — он кивает, стягивая ремень. — Ну так работай. Я посмотрю.
***
Я пришла на собеседование. А тут — он. Мой бывший муж. Который еще и принял меня за девушку легкого поведения. Теперь этот тип преследует меня с предложением… эээ… услуг. А мы развелись три года назад, но кого это вообще интересует?!
Она сбежала со свидания без объяснений, оставив его одного доедать десерт.
Он искал её больше года в Москве, а нашёл случайно на заправке в провинциальном городе далеко от столицы. Но... она его не помнит и утверждает, что никогда не была в Москве.
Разве так бывает, чтобы совпадали и внешность, и имя, а девушка не та?
История Джексона из книги " Убирайся сам!" https://litmarket.ru/books/ubiraysya-sam
Он искал её больше года в Москве, а нашёл случайно на заправке в провинциальном городе далеко от столицы. Но... она его не помнит и утверждает, что никогда не была в Москве.
Разве так бывает, чтобы совпадали и внешность, и имя, а девушка не та?
История Джексона из книги " Убирайся сам!" https://litmarket.ru/books/ubiraysya-sam
Они мои преподаватели и отчимы. Все трое, да. Думаете в универе я посещаю пары? Нет, мне не до этого. Я развлекаю их, пока мать не видит.
Так порочно, что в голове не укладывается.
Так порочно, что в голове не укладывается.
Влад обещал жене, что будет обращаться с ней, как с хрустальной вазой, и сдувать пылинки. Так и было, пока ... Нет, он не разлюбил ее. Лучше было бы если б разлюбил. Маша совершила нечто совершенно непростительное. Другой бы на его месте развелся, но Котов не может отпустить, и простить тоже не может...
***
Тебе что изменила Маша? - тихо, опасаясь произнести это в слух, спросил он.
Влад, уставившись в пространство перед собой, молчал. Внутренне он ещё был не готов признать факт измены.
- Ты уверен? - Рост нервно заерзал в кресле, - Я имею ввиду, ты точно...
- Точно, - Влад чувствовал, как в сердце проникала темная густая ночь, что сейчас окружала машину, - Вот все думаю, это мой отец прав: и все бабы - шкуры или это только Котовым так не везёт, а?
- Моя Лара - не шкура, - немного помолчав, прохрипел Рост.
- Я тоже верил, что моя Маша - не такая, - Влад по-животному заревел, сжимая кулаки, - Но она, тварь, предала меня! Предала!
***
Тебе что изменила Маша? - тихо, опасаясь произнести это в слух, спросил он.
Влад, уставившись в пространство перед собой, молчал. Внутренне он ещё был не готов признать факт измены.
- Ты уверен? - Рост нервно заерзал в кресле, - Я имею ввиду, ты точно...
- Точно, - Влад чувствовал, как в сердце проникала темная густая ночь, что сейчас окружала машину, - Вот все думаю, это мой отец прав: и все бабы - шкуры или это только Котовым так не везёт, а?
- Моя Лара - не шкура, - немного помолчав, прохрипел Рост.
- Я тоже верил, что моя Маша - не такая, - Влад по-животному заревел, сжимая кулаки, - Но она, тварь, предала меня! Предала!
Выберите полку для книги