Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
Он стоял у плиты спиной к ней — чёрная футболка обтягивала широкие плечи, на предплечьях играли мышцы.
Милана замерла на пороге кухни.
Тот самый Руслан Дадаев. Отец лучшей подруги. Человек, которого она с шестнадцати лет знала только как строгого, почти неприступного.
Он обернулся.
Тёмный взгляд скользнул по ней медленно, тяжело… и на долю секунды в нём мелькнуло что-то совершенно другое. Не отцовское. Не дружеское.
Голодное.
— Милана, — низкий голос с лёгким акцентом. — Давно не виделись.
Она улыбнулась чуть шире, чем собиралась:
— Теперь можно просто Руслан? Я уже не школьница.
Уголок его рта дрогнул.
— Можно. Просто Руслан.
Он пожал ей руку. Ладонь горячая, сухая, сильная.
Рукопожатие длилось ровно столько, сколько положено.
Но Милана всё равно почувствовала, как по позвоночнику пробежала опасная, сладкая дрожь.
Он уже понял.
И уже начал держать дистанцию.
А она впервые за долгое время захотела, чтобы кто-то эту дис
Милана замерла на пороге кухни.
Тот самый Руслан Дадаев. Отец лучшей подруги. Человек, которого она с шестнадцати лет знала только как строгого, почти неприступного.
Он обернулся.
Тёмный взгляд скользнул по ней медленно, тяжело… и на долю секунды в нём мелькнуло что-то совершенно другое. Не отцовское. Не дружеское.
Голодное.
— Милана, — низкий голос с лёгким акцентом. — Давно не виделись.
Она улыбнулась чуть шире, чем собиралась:
— Теперь можно просто Руслан? Я уже не школьница.
Уголок его рта дрогнул.
— Можно. Просто Руслан.
Он пожал ей руку. Ладонь горячая, сухая, сильная.
Рукопожатие длилось ровно столько, сколько положено.
Но Милана всё равно почувствовала, как по позвоночнику пробежала опасная, сладкая дрожь.
Он уже понял.
И уже начал держать дистанцию.
А она впервые за долгое время захотела, чтобы кто-то эту дис
А я знаю, как стать женой миллионера! Всего-то быть бомжихой… но это не точно. Однако именно так я получила заветное кольцо!
Ещё вчера моим богатством была куртка цвета фуксии из мусорного бака. А сегодня я в доме бывшего босса, который и уволил меня без пособия. И да, именно он сделал мне предложение. Чёрт, да что происходит?!
Какие ещё сюрпризы подкинет Золотов? И, боже, у меня двоится в глазах?! Двух мажоров я не потяну…»
Ещё вчера моим богатством была куртка цвета фуксии из мусорного бака. А сегодня я в доме бывшего босса, который и уволил меня без пособия. И да, именно он сделал мне предложение. Чёрт, да что происходит?!
Какие ещё сюрпризы подкинет Золотов? И, боже, у меня двоится в глазах?! Двух мажоров я не потяну…»
« Люди думают, что я режу мёртвых. Глупцы. Я освобождаю последнюю красоту, которую они прячут внутри себя всю жизнь.»
«Я полюбила чудовище, которое вылечило меня от одиночества, но теперь должна жить в одной клетке с ним.»
«Я полюбила чудовище, которое вылечило меня от одиночества, но теперь должна жить в одной клетке с ним.»
Брат исчез, оставив мне свой долг — пятнадцать тысяч долларов и двоих мужчин на пороге. Один тёмный и тяжёлый, другой светлый и живой, но не мягче. Платить было нечем. Кроме себя.
— Одна ночь. С нами. Вместо долга.
— Да.
— Не для галочки. Телом согласна. Головой. Целиком.
— Да.
Я думала, что просто закрою чужой счёт и вернусь к своей серой жизни. Но за одну ночь в чужом доме что-то во мне сдвинулось — тихо, необратимо. И когда долг закрыли и мне сказали «ты свободна», уходить я не захотела.
Москва девяносто шестого. Три дня, которые не были расплатой. И выбор, которого я боялась больше всего.
— Одна ночь. С нами. Вместо долга.
— Да.
— Не для галочки. Телом согласна. Головой. Целиком.
— Да.
Я думала, что просто закрою чужой счёт и вернусь к своей серой жизни. Но за одну ночь в чужом доме что-то во мне сдвинулось — тихо, необратимо. И когда долг закрыли и мне сказали «ты свободна», уходить я не захотела.
Москва девяносто шестого. Три дня, которые не были расплатой. И выбор, которого я боялась больше всего.
Три года назад я развелась с генерал-майором Глебом Воронцовым, потому что устала быть его любимой женщиной на положении особо охраняемого объекта. Теперь у меня собственное агентство «Красиво ушла», и я профессионально помогаю женщинам сбегать из провальных отношений.
Но новая клиентка решает исчезнуть прямо со свадьбы. И только в последний момент я узнаю, что ее жених – младший брат моего бывшего мужа.
Через десять минут по нашей машине открывают огонь. Еще через пять Глеб отбирает у меня руль, беглая невеста достает флешку с опасным секретом, а за нами начинается охота через несколько городов.
Чтобы выжить, нам придется угнать свадебный микроавтобус, делить один номер, спрятаться в банном комплексе и изображать супругов в закрытом клубе для восстановления брака. Там нас ждут одна огромная кровать, прозрачная ванна, массаж для двоих и задания на возвращение страсти.
Проблема в том, что возвращать ее видимо не придется....
Но новая клиентка решает исчезнуть прямо со свадьбы. И только в последний момент я узнаю, что ее жених – младший брат моего бывшего мужа.
Через десять минут по нашей машине открывают огонь. Еще через пять Глеб отбирает у меня руль, беглая невеста достает флешку с опасным секретом, а за нами начинается охота через несколько городов.
Чтобы выжить, нам придется угнать свадебный микроавтобус, делить один номер, спрятаться в банном комплексе и изображать супругов в закрытом клубе для восстановления брака. Там нас ждут одна огромная кровать, прозрачная ванна, массаж для двоих и задания на возвращение страсти.
Проблема в том, что возвращать ее видимо не придется....
Юра сослуживец моего мужа Сергея, приехал к нам на нашу свадьбу, с ним и приключилась эта не большая история.
Папа уехал на девять дней и оставил на холодильнике записку: «Дима зайдёт, посмотрит, что и как». Дмитрий Ястребов — его друг. Сорок семь. Мало слов, много правил. «Если уходишь вечером — скажи. Не для отчёта. Чтобы я знал, где искать».
Я ответила своими: не кормить, не проверять, обо мне отцу — ни слова. Он кивнул. И остался ночевать в комнате у кухни.
Мне самой здесь до двадцатого — пока не откроют новую квартиру. Я думала просто переждать. Яблоня за окном. Соседка в жёлтом платке. Пока между нами не случилось то, после чего «дядей» его уже не назвать.
Потом приехал Вадим — с дрелью, со спичкой в зубах и без кругов:
— Я тебя хочу. Говорю вслух, потому что молчать — это по части Ястреба. Можешь дать по морде.
— Сейчас?
— Если поможет думать.
— Можно тебя поцеловать?
— Нет.
— Принял. Скажешь, когда изменится.
Изменилось. Я подошла сама. Сначала к одному. Потом — когда обе двери были открыты — выбрала обоих.
Жарко. Запретно. На моих правилах.
Я ответила своими: не кормить, не проверять, обо мне отцу — ни слова. Он кивнул. И остался ночевать в комнате у кухни.
Мне самой здесь до двадцатого — пока не откроют новую квартиру. Я думала просто переждать. Яблоня за окном. Соседка в жёлтом платке. Пока между нами не случилось то, после чего «дядей» его уже не назвать.
Потом приехал Вадим — с дрелью, со спичкой в зубах и без кругов:
— Я тебя хочу. Говорю вслух, потому что молчать — это по части Ястреба. Можешь дать по морде.
— Сейчас?
— Если поможет думать.
— Можно тебя поцеловать?
— Нет.
— Принял. Скажешь, когда изменится.
Изменилось. Я подошла сама. Сначала к одному. Потом — когда обе двери были открыты — выбрала обоих.
Жарко. Запретно. На моих правилах.
Спустя два года Лина приходит в гараж к своему бывшему парню Вите. Оба пытаются выяснить что произошло не так в ту необычную для них ночь.
Андрей положил руку мне на колено. Потом его пальцы начали движение — медленное, целеустремлённое. Они скользнули по внутренней стороне бедра. Я не шевельнулась, только сделала глоток виски. Артём, увидев это, осмелел. Его рука опустилась на мою спину, под топ, и ладонь, горячая и немного потная, прилипла к позвоночнику.
У вас когда-нибудь возникало ощущение, что за вами следят? Во время учёбы, на работе, в метро, даже дома, нет ощущения защищённости.
А потом догадки перестают быть просто страхами — они становятся чьей‑то извращённой игрой, где ты — главная фигура против своей воли.
Он может угрожать, может осыпать комплиментами — любое его сообщение звучит как ловушка, и ты никогда не знаешь, чего ждать в следующий раз.
И в один дождливый вечер, игра переходит черту: шаги за спиной звучат громче шума улиц.
И тогда приходит леденящее понимание — он пришёл за тобой.
А потом догадки перестают быть просто страхами — они становятся чьей‑то извращённой игрой, где ты — главная фигура против своей воли.
Он может угрожать, может осыпать комплиментами — любое его сообщение звучит как ловушка, и ты никогда не знаешь, чего ждать в следующий раз.
И в один дождливый вечер, игра переходит черту: шаги за спиной звучат громче шума улиц.
И тогда приходит леденящее понимание — он пришёл за тобой.
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги