Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»

На время написания бесплатно.

Уже привыкла к новому миру и новому телу. Но вот воспитание ведьмы недоучки никто не отменял. А теперь у меня в подчинение не только ведьма, но и ещё пара персонажей которых нужно будет обучить семейной жизни.

— Доктор…
Звучит как мольба. Или как признание.
— Хасан, — поправляет он тихо, и его голос теперь грубый, лишённый всяких бархатных интонаций. — Здесь, в этой темноте, я не твой доктор.
Его рука отпускает моё запястье. Прощай, последняя точка опоры. Пальцы поднимаются к моему лицу. Они проводят по моей щеке — прикосновение обжигающее, почти невесомое. Задевают мочку уха, и я вздрагиваю всем телом. Затем впиваются в мои волосы, в тугой, аккуратный пучок, который я собирала сегодня утром с такой тщательностью.

Хасан разрушает его.
Шелковистые пряди падают на плечи, на шею. Он запускает пальцы глубже, сжимает, и лёгкая боль смешивается с немыслимым наслаждением.
И наклоняется.
Его дыхание, горячее, прерывистое, смешивается с моим. Я чувствую его губы так близко, что между нами остаётся лишь слой влажного воздуха.
Первый поцелуй — это захват.
Его губы, властные, опытные, точно знающие, что делают, прижимаются к моим, заставляя их раскрыться. Я не умею целоваться вот так...

— Ты никуда не уйдешь.
— Попробуйте меня остановить!
— Это защита. Ты глупа, если не понимаешь разницы.
— Защита? Вы запираете меня здесь. Вы ничем не лучше тех бандитов!
Азамат делает стремительный шаг вперед, и я инстинктивно отскакиваю.
— Не лучше бандитов? Бандиты хотели тебя сломать, продать, выбросить. Я...
— Вы что? Присвоили?
Его ладонь с силой прижимается к стене рядом с моей головой, загораживая путь. Другая хватает меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. В них бушует настоящая буря.
— Потому что я устал хоронить! Поняла? Я похоронил отца, подстреленного из-за угла. Похоронил двенадцать пацанов, моих пацанов, которые доверяли мне свою жизнь, в том проклятом ущелье! Их кровь до сих пор на моих руках, учительница! И когда взяли тебя... — его голос срывается, и он на секунду закрывает глаза, будто отгоняя видение. — Это был последний шаг. Потому что ты была под моей защитой. И это для них, и для меня, значило одно и то же: они перешли последнюю черту.

Подарки от СИЦа - это всегда праздник! Особенно к 8 марта! Особенно, когда у тебя такие проблемы дома, что самое время сбежать в открытый космос.
В лучшем случае меня ждёт общество большого количества горячих мужчин. В худшем... мне придётся тушить весь гарем.
Только не говорите, что будет 2 в 1.

— Танцевать будем? Или снова предпочтешь бить ниже пояса?
— Вы ошиблись, — голос дрожит. — Я просто отдыхала с подругами. Я не…
— Ошибся? — он наклоняется ближе, и я чувствую запах табака и чего-то древесного. — А колено в пах — это тоже ошибка? Или это был такой специфический способ познакомиться?
Я пришла в клуб с подругами. Просто отдохнуть после сессии. А этот… возник из ниоткуда, схватил, не отпускает. Говорит пошлости. Смотрит так, будто я уже его.
Ну я ему и врезала. Коленом. Прямо в цель.
Кто же знал, что на следующий день мы встретимся снова. В его ресторане. Где я работаю официанткой. А он, оказывается, мой босс.

- Ты сошёл с ума, Егор, я выхожу замуж.
- Нет, не выходишь. Никто не смеет смотреть на тебя, трогать. Только я.
- Кто дал тебе на это право? - пытаюсь высвободить запястье из его крепкого захвата.
- Оно всегда у меня было.

Они были лучшими друзьями, пока он не лишил её невинности. Всё изменилось, дружба сломалась, превратившись в пытку, пока он не исчез. Пропал на два года. Но что такое настоящий кошмар, она поняла, когда он вернулся...

— Её соседушка — не кто иной, как Арсений Медведев, — заявляет сестра, и меня буквально скручивает от страха. Ком встаёт в горле, кости начинают дрожать, а волосы, кажется, пытаются установить связь с космосом, чтобы попросить помощи.
В голове крутятся все те ужасы, что рассказывали о нём сёстры. Теперь, зная его имя, страх становится ещё более осязаемым. Арсений Медведев… Звучит как приговор.
Всматриваюсь, продрогнув всем своим существом, в окно и с трудом сглатываю, когда замечаю того самого татуированного гиганта. Он вальяжно заходит в дом и тут же выходит обратно, держа в руках мангал, словно это пёрышко. Ну точно животное!
Теперь я понимаю, почему сёстры так предостерегали меня. Этот человек олицетворяет собой всё то дикое и омерзительное, о чём они рассказывали. И теперь он — мой сосед…
Он явно не с нашего поля ягода… Он вообще словно огромный медведь из лесной рощи, который прокрадывается на такие вот полянки и жадно пожирает вот такие беззащитные ягодки, как я!

Сломлен. Брошен умирать в тесной клетке невольничьего рынка. Всё становится пустым, ничего не жду, не чувствую. Пока не появляется она: женщина со шрамом на лице, с глыбой льда в серых глазах. Покупает меня без слов, не называя своего имени. Теперь я раб безымянной госпожи. Но я узнаю и её имя и её тайну.

— Сбежавшая невеста, — произносит Новиков медленно. — Интересно. Бросила жениха, семью, стабильность… ради чего? Ради возможности мыть полы в моем офисе?
— Ради возможности дышать! — вдруг вырывается у меня, и я сама пугаюсь этой вспышки. — Ради выбора. Даже если этот выбор — мыть ваши полы.
Мужчина смотрит на меня после этой тирады. Молчит. Сейчас он выгонит меня.
Но тот говорит:
— Беглецов я ценю. У них нет права на ошибку. Это делает их… податливым материалом.
Он встает, подходит к окну, снова поворачивается ко мне спиной.
— Вы начнете завтра. В семь утра. Позже — не приходите. Вы — на побегушках. Кофе, документы, поручения. Вас будут ломать. Вас будут унижать клиенты и коллеги. Вы будете спать по четыре часа и ненавидеть этот город, эту работу и меня. — Он оборачивается. Его взгляд — ледяной вызов. — — Выдержите год — начнете расти. Получите шанс стать кем-то. Нет — мир вас съест без остатка. Согласны?

У него нет тормозов.
Виталя Громов одержим идеей найти trismy‑hous — анонимную королеву ночных гонок, чей профиль сводит с ума миллионы людей. Он не знает её имени, но готов на всё, чтобы отыскать. Потому что теперь знает, что она прилетела в его город. Она рядом. Она сводит с ума.
Кто же ты, trismy‑hous?