Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»
Моего жениха убили, а меня подставили, и теперь весь клан несостоявшихся родственников из богатой династии Корнеевых хочет моей смерти. В прошлом – элитный боевой агент, в настоящем – та, что жаждет мести. У таких, как я, много врагов, и для них не имеет значения, что однажды ты решила начать жизнь заново.
Я начну собственное расследование, но все планы сбиваются, когда в игру вступает сила, у которой нет рационального объяснения. Адский Кондор, Сердцеед – у него много имен. Он вплел меня в свою паутину, он привык получать все, но только я не согласна играть по его правилам.
Меня зовут Северина Ромова, и это история о том, как Адский Кондор украл мое сердце.
Я начну собственное расследование, но все планы сбиваются, когда в игру вступает сила, у которой нет рационального объяснения. Адский Кондор, Сердцеед – у него много имен. Он вплел меня в свою паутину, он привык получать все, но только я не согласна играть по его правилам.
Меня зовут Северина Ромова, и это история о том, как Адский Кондор украл мое сердце.
Отец проиграл меня в карты. Не деньги. Не квартиру. Меня.
Теперь я должна шесть месяцев прожить в доме самого опасного бандита города и выполнять его условия.
Я готовилась к жестокости, унижениям и страху. Но никак не к тому, что мой похититель будет смотреть на меня так, словно я — его самая большая слабость.
Почему мужчина, который может получить меня силой, каждый раз останавливается сам?
И какую тайну он скрывает за своей ледяной маской?
Теперь я должна шесть месяцев прожить в доме самого опасного бандита города и выполнять его условия.
Я готовилась к жестокости, унижениям и страху. Но никак не к тому, что мой похититель будет смотреть на меня так, словно я — его самая большая слабость.
Почему мужчина, который может получить меня силой, каждый раз останавливается сам?
И какую тайну он скрывает за своей ледяной маской?
«Автор предлагает взглянуть на любовь без розовых фильтров и старых шаблонов. Это — будущее отношений, увиденное через честный, острый взгляд: не как набор правил, а как живая, пульсирующая связь, где важны не красивые слова, а настоящие, пусть и неловкие, признания. „[Я иду к тебе]“ — и в этой фразе нет ни пафоса, ни игры. Только правда: усталость, надежда, страх и огромное желание быть услышанным.
Меня зовут Полина, и у меня было всё: идеальный брак, блестящая карьера, страстный муж. Но внутри меня давно зрел голод, который не мог утолить муж. Когда в нашей фирме появились два молодых владельца-мажора, я поняла, что моя жизнь разделилась на «до» и «после».
И слегка беря девушку за руку веду к выходу из толпы, от музыки , от праздника.
Рука её до ужаса тёплая. Или кажется такой, даже мою обжигает. Но на ощупь такая мягкая, приятная. Опять мелькают мысли, а если её тело такое же мягкое..
Мы выходим с праздника ..
Я отпускаю её руку.
--Куда пойдём? --произносит она, опять подняв на меня свои глаза..
--Пойдём по этой улице.. ---предлагаю я в ближайщую сторону, на угад..
Девушка согласно кивает.
Рука её до ужаса тёплая. Или кажется такой, даже мою обжигает. Но на ощупь такая мягкая, приятная. Опять мелькают мысли, а если её тело такое же мягкое..
Мы выходим с праздника ..
Я отпускаю её руку.
--Куда пойдём? --произносит она, опять подняв на меня свои глаза..
--Пойдём по этой улице.. ---предлагаю я в ближайщую сторону, на угад..
Девушка согласно кивает.
— Вы меня заинтересовали. И я не привык отступать, когда хочу чего-то.
Я сделала шаг назад и упёрлась спиной в перила. Он приблизился ещё, и я видела каждую его ресницу, каждую морщинку у глаз. Его рука поднялась к моему лицу, и он кончиками пальцев провёл по щеке, убирая выбившуюся прядь. Я вздрогнула от этого прикосновения, как от электрического разряда.
Я сделала шаг назад и упёрлась спиной в перила. Он приблизился ещё, и я видела каждую его ресницу, каждую морщинку у глаз. Его рука поднялась к моему лицу, и он кончиками пальцев провёл по щеке, убирая выбившуюся прядь. Я вздрогнула от этого прикосновения, как от электрического разряда.
— Куда ты ехала?
— К бабушке с дедушкой.
Владимир задумался, но лишь на секунду. А затем сказал.
— Едим. К бабушке с дедушкой, — процедил он, и в его голосе прозвучала не просьба, а приказ, твёрдый и окончательный, как приговор. — Туда, где тихо. Где никто не станет искать.
Аня на секунду закрыла глаза, всего на мгновение, но этого хватило, чтобы перед внутренним взором вспыхнула картина: бабушкина кухня, запах свежего хлеба, дед, сидящий у окна с газетой, спокойный, уверенный, ничего не подозревающий. И тут же эта картина разбилась вдребезги, столкнувшись с реальностью: в их дом должен войти этот человек с пистолетом, с кровью на одежде, с тенью смерти за плечами.
— Они не поймут, — прошептала она, и её голос прозвучал жалко, тонким, дрожащим звуком, который она сама возненавидела.
— Поймут, — жёстко ответил Владимир, и в этом «поймут» не было ни капли сомнения. — Ты скажешь, что я твой мужчина. Твой жених.
Аня резко повернула голову
— К бабушке с дедушкой.
Владимир задумался, но лишь на секунду. А затем сказал.
— Едим. К бабушке с дедушкой, — процедил он, и в его голосе прозвучала не просьба, а приказ, твёрдый и окончательный, как приговор. — Туда, где тихо. Где никто не станет искать.
Аня на секунду закрыла глаза, всего на мгновение, но этого хватило, чтобы перед внутренним взором вспыхнула картина: бабушкина кухня, запах свежего хлеба, дед, сидящий у окна с газетой, спокойный, уверенный, ничего не подозревающий. И тут же эта картина разбилась вдребезги, столкнувшись с реальностью: в их дом должен войти этот человек с пистолетом, с кровью на одежде, с тенью смерти за плечами.
— Они не поймут, — прошептала она, и её голос прозвучал жалко, тонким, дрожащим звуком, который она сама возненавидела.
— Поймут, — жёстко ответил Владимир, и в этом «поймут» не было ни капли сомнения. — Ты скажешь, что я твой мужчина. Твой жених.
Аня резко повернула голову
Я сбежала в горы после предательства мужчины, которого любила. Хотела только одного — закончить проект, пережить боль и больше никому не доверять.
Но вместо спокойствия разрушила чужую пасеку, едва не погибла и оказалась в доме сурового алтайца, который привык жить по собственным правилам.
Аслан не умеет красиво ухаживать. Не говорит лишних слов. Не обещает невозможного.
Он просто спасает меня. Приказывает. Заботится. И смотрит так, что у меня заканчиваются все доводы держаться от него подальше.
Когда ливень смывает единственную дорогу, выбора уже нет. Нам предстоит жить под одной крышей.
Только я еще не знаю, что опаснее — дикие горы… или мужчина, рядом с которым впервые хочется перестать убегать.
Но вместо спокойствия разрушила чужую пасеку, едва не погибла и оказалась в доме сурового алтайца, который привык жить по собственным правилам.
Аслан не умеет красиво ухаживать. Не говорит лишних слов. Не обещает невозможного.
Он просто спасает меня. Приказывает. Заботится. И смотрит так, что у меня заканчиваются все доводы держаться от него подальше.
Когда ливень смывает единственную дорогу, выбора уже нет. Нам предстоит жить под одной крышей.
Только я еще не знаю, что опаснее — дикие горы… или мужчина, рядом с которым впервые хочется перестать убегать.
— Ты теперь моя.
Он должен был убить меня. Вместо этого сделал своей пленницей.
Я ненавижу его.
Он — опасный преступник, который привык получать всё, что захочет.
А он уверен, что совсем скоро я сама буду умолять его не отпускать.
Только я скорее сгорю в этой войне, чем добровольно ему покорюсь.
Он должен был убить меня. Вместо этого сделал своей пленницей.
Я ненавижу его.
Он — опасный преступник, который привык получать всё, что захочет.
А он уверен, что совсем скоро я сама буду умолять его не отпускать.
Только я скорее сгорю в этой войне, чем добровольно ему покорюсь.
Десять лет назад король уничтожил всех ведьм королевства.
Кроме одной.
Ария выросла при дворе человека, который сжёг её семью. Лишённая магии древними печатями, она стала его самым ценным трофеем — последней ведьмой, живым напоминанием о победе над теми, кого когда-то называли избранниками богов.
Каждый её день проходит под пристальным взглядом короля. Каждое слово взвешено. Каждый вдох принадлежит не ей.
Единственный, кто осмеливается смотреть на неё не как на собственность, — придворный шут. За нелепым костюмом, колкими остротами и безрассудными выходками скрывается человек, который слишком внимательно наблюдает за дворцом и слишком часто забывает играть роль дурака.
Пока один носит маску смеха, а другая — титул ведьмы, в королевстве, построенном на крови и страхе, медленно разгорается то, что невозможно удержать никакими цепями.
Надежда.
Но некоторые клетки открываются лишь тогда, когда кто-то решается шагнуть в пустоту.
Кроме одной.
Ария выросла при дворе человека, который сжёг её семью. Лишённая магии древними печатями, она стала его самым ценным трофеем — последней ведьмой, живым напоминанием о победе над теми, кого когда-то называли избранниками богов.
Каждый её день проходит под пристальным взглядом короля. Каждое слово взвешено. Каждый вдох принадлежит не ей.
Единственный, кто осмеливается смотреть на неё не как на собственность, — придворный шут. За нелепым костюмом, колкими остротами и безрассудными выходками скрывается человек, который слишком внимательно наблюдает за дворцом и слишком часто забывает играть роль дурака.
Пока один носит маску смеха, а другая — титул ведьмы, в королевстве, построенном на крови и страхе, медленно разгорается то, что невозможно удержать никакими цепями.
Надежда.
Но некоторые клетки открываются лишь тогда, когда кто-то решается шагнуть в пустоту.
Выберите полку для книги