Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»
Я — дерзкий маркетолог и ненавижу нового босса. А он — циничный тиран, разносящий мои презентации в пух и прах. В офисе война, но в запретном приложении для взрослых игр наши альтер-эго идеально подходят друг другу.
Я жажду отдать контроль, он — властвовать без остатка.
Встреча вслепую, маски, повязка на глазах и страсть, от которой плавится мозг. Но что будет, когда маски падут, и я пойму, что тайный Господин — тот самый невыносимый босс, которого мечтала уничтожить?
Игры кончаются там, где начинаются чувства.
Я жажду отдать контроль, он — властвовать без остатка.
Встреча вслепую, маски, повязка на глазах и страсть, от которой плавится мозг. Но что будет, когда маски падут, и я пойму, что тайный Господин — тот самый невыносимый босс, которого мечтала уничтожить?
Игры кончаются там, где начинаются чувства.
БЕСПЛАТНО!
Он — властный босс, привыкший подчинять. Она — его новая ассистентка, не готовая уступать. Их офис — поле битвы страсти и амбиций. Каждый день — испытание. ☕ Приносить кофе? Обязательно. 📑 Заваливать бессмысленными поручениями? Конечно. 🔥 Играть в странную игру, проверяя, когда она сломается? О, это его любимое развлечение.
Он — властный босс, привыкший подчинять. Она — его новая ассистентка, не готовая уступать. Их офис — поле битвы страсти и амбиций. Каждый день — испытание. ☕ Приносить кофе? Обязательно. 📑 Заваливать бессмысленными поручениями? Конечно. 🔥 Играть в странную игру, проверяя, когда она сломается? О, это его любимое развлечение.
Она пришла, чтобы уничтожить его.
А осталась, чтобы любить его.
Вероника Лебедева – дерзкая журналистка-расследователь. Её цель – полковник Никита Громов, опасный, властный и чертовски привлекательный командир элитного подразделения. Задание простое: внедриться, собрать доказательства и уничтожить.
Но уже в первую встречу всё пошло не по плану. Один взгляд серых глаз – и тело предаёт её. Один жёсткий поцелуй – и правила игры рушатся. Никита берёт то, что хочет, не спрашивая разрешения. Жёстко. Глубоко. Безжалостно.
В мире, где любовь и предательство ходят по лезвию ножа, она сделает последнюю ставку.
А осталась, чтобы любить его.
Вероника Лебедева – дерзкая журналистка-расследователь. Её цель – полковник Никита Громов, опасный, властный и чертовски привлекательный командир элитного подразделения. Задание простое: внедриться, собрать доказательства и уничтожить.
Но уже в первую встречу всё пошло не по плану. Один взгляд серых глаз – и тело предаёт её. Один жёсткий поцелуй – и правила игры рушатся. Никита берёт то, что хочет, не спрашивая разрешения. Жёстко. Глубоко. Безжалостно.
В мире, где любовь и предательство ходят по лезвию ножа, она сделает последнюю ставку.
Сбежав от домогательств коллеги на корпоративе, я попала в крепкие объятия босса. Ему невозможно противостоять, он сильный, властный, и я в него безнадёжно влюблена.
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?
Он смотрел на неё семь ночей подряд. На восьмую она это почувствовала.
Марат наблюдал молча, из темноты, через объектив. Видел её без масок, без защит, без той аккуратной дистанции, за которой прячутся все. И видел такой, какой она не позволяла себя видеть никому.
Когда она поняла… нужно было закрыть шторы. Но не закрыла.
Сама не захотела.
Тринадцатый этаж не прощает таких решений.
Марат наблюдал молча, из темноты, через объектив. Видел её без масок, без защит, без той аккуратной дистанции, за которой прячутся все. И видел такой, какой она не позволяла себя видеть никому.
Когда она поняла… нужно было закрыть шторы. Но не закрыла.
Сама не захотела.
Тринадцатый этаж не прощает таких решений.
Сначала в её глазах — пустота и непонимание. Потом — растерянность. Она всматривается в моё лицо и щурится. Затем — подозрение. Кажется, Злата не уверена. Переводит взгляд с моих глаз на губы, потом снова на глаза. Наверное, сравнивает с тем, что хранится в памяти.
И только потом в её глазах вспыхивает чёткое осознание.
Я еле сдерживаюсь, чтобы торжествующе не улыбнуться. Но торможу себя. Рано. Пусть сначала переварит и примет новую реальность.
— Рустам?.. — шепчет растерянно.
Первый раз за семь лет слышу её голос. Не в записи, не в воспоминаниях — вживую. Он почти не изменился. Но сейчас в нём столько всего — неверие, страх, надежда. Но больше всего — напряжение. Как у дикого зверька, который не понял, капкан перед ним или спасение.
Молчу несколько секунд. Просто смотрю на неё. Вспоминаю наш последний разговор перед выпускным. Её колючие, насмешливые слова. То, как она выкинула меня из своей жизни.
О да. Я всё ещё это помню. И до сих пор хочу спросить — почему?
И только потом в её глазах вспыхивает чёткое осознание.
Я еле сдерживаюсь, чтобы торжествующе не улыбнуться. Но торможу себя. Рано. Пусть сначала переварит и примет новую реальность.
— Рустам?.. — шепчет растерянно.
Первый раз за семь лет слышу её голос. Не в записи, не в воспоминаниях — вживую. Он почти не изменился. Но сейчас в нём столько всего — неверие, страх, надежда. Но больше всего — напряжение. Как у дикого зверька, который не понял, капкан перед ним или спасение.
Молчу несколько секунд. Просто смотрю на неё. Вспоминаю наш последний разговор перед выпускным. Её колючие, насмешливые слова. То, как она выкинула меня из своей жизни.
О да. Я всё ещё это помню. И до сих пор хочу спросить — почему?
Он жених моей сестры. Через три недели свадьба. Но каждую ночь я представляю его руки на своём теле. Каждый взгляд сжигает меня до тла. Я знаю, что это неправильно. Знаю, что буду ненавидеть себя. Но когда он смотрит на меня — я забываю, как дышать.
Две недели в его доме. Искушение, вина, страсть. Остановиться уже невозможно. Вопрос только — кто из нас сдастся первым?
Две недели в его доме. Искушение, вина, страсть. Остановиться уже невозможно. Вопрос только — кто из нас сдастся первым?
Король спас меня из лап виверны, и моя жизнь превратилась в сказку. Правда продлилась она совсем не долго. Метка истинности внезапно исчезла и появилась на плече соперницы.
Муж обвиняет меня во лжи и черном колдовстве. Меня ждет лишение магии и костер. В последний момент мою жизнь выкупает его ближайший друг и соратник.
Бывший муж в ярости, нас с новым супругом ждет ссылка и забвение. И в этот момент внезапно опять появляется злосчастная метка.
Только теперь я о ней никому не скажу. Я сама буду решать свою судьбу!
Муж обвиняет меня во лжи и черном колдовстве. Меня ждет лишение магии и костер. В последний момент мою жизнь выкупает его ближайший друг и соратник.
Бывший муж в ярости, нас с новым супругом ждет ссылка и забвение. И в этот момент внезапно опять появляется злосчастная метка.
Только теперь я о ней никому не скажу. Я сама буду решать свою судьбу!
ФИНАЛ! — Осторожнее, Юми, — мой голос был обманчиво тихим. — Твой острый язычок когда-нибудь доведёт тебя до беды. Я ведь могу потерять остатки терпения.
Я смотрел на неё сверху вниз, наблюдая, как её самоуверенность на секунду дала трещину, а в глазах промелькнул страх, но она тут же попыталась спрятаться за привычной маской спокойствия.
— Ты... — она запнулась, подбирая слова. — Что я тебе сделала? Я тебя чем-то обидела? Я меньше всего хочу воевать с тобой…
— Думаешь, у тебя получится со мной воевать?
И её глаза заблестели, наполняясь влагой… а у меня под грудиной что-то дёрнулось.
Я смотрел на неё сверху вниз, наблюдая, как её самоуверенность на секунду дала трещину, а в глазах промелькнул страх, но она тут же попыталась спрятаться за привычной маской спокойствия.
— Ты... — она запнулась, подбирая слова. — Что я тебе сделала? Я тебя чем-то обидела? Я меньше всего хочу воевать с тобой…
— Думаешь, у тебя получится со мной воевать?
И её глаза заблестели, наполняясь влагой… а у меня под грудиной что-то дёрнулось.
Муж обо всем узнал!
Он не пускал меня — кричал, что я никуда не пойду, запер дверь и сказал, всех вычислит и убьет.
А потом они пришли — вмуж не успел и рта раскрыть, как уже молил о пощаде. Мне приказали собирать вещи.
Я механически кидала в сумку всё подряд, не разбирая, и уходила с ними навсегда, чувствуя, как моя старая жизнь захлопывается за спиной, и назад пути не будет...
Он не пускал меня — кричал, что я никуда не пойду, запер дверь и сказал, всех вычислит и убьет.
А потом они пришли — вмуж не успел и рта раскрыть, как уже молил о пощаде. Мне приказали собирать вещи.
Я механически кидала в сумку всё подряд, не разбирая, и уходила с ними навсегда, чувствуя, как моя старая жизнь захлопывается за спиной, и назад пути не будет...
Выберите полку для книги