Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Я перепутала и подъехала не к тому входу в спортцентр, где тренируется муж.
Уже хотела уехать, но вдруг услышала сигнал клаксона и только тогда заметила одинокую тачку в самом углу. Видимо, перепутала не только я.
Машина такая же, как у моего Артема. Но что он делает здесь и почему "Гелик" так странно покачивается?..
Открыв дверь, я увидела, что муж восседает в своем кресле, а на нем с упоением скачет какая-то девица.
И на сигнал она, похоже, надавила своей пятой точкой...
- Лера. Какого хрена ты тут делаешь? Ты, что, следишь за мной? - выскочив из машины, наезжает муж. - Не лезь в мои дела, если хочешь сохранить нашу семью.
- Не хочу, - отвечаю я и теряю сознание.
Уже хотела уехать, но вдруг услышала сигнал клаксона и только тогда заметила одинокую тачку в самом углу. Видимо, перепутала не только я.
Машина такая же, как у моего Артема. Но что он делает здесь и почему "Гелик" так странно покачивается?..
Открыв дверь, я увидела, что муж восседает в своем кресле, а на нем с упоением скачет какая-то девица.
И на сигнал она, похоже, надавила своей пятой точкой...
- Лера. Какого хрена ты тут делаешь? Ты, что, следишь за мной? - выскочив из машины, наезжает муж. - Не лезь в мои дела, если хочешь сохранить нашу семью.
- Не хочу, - отвечаю я и теряю сознание.
— Я хочу, чтобы вы были моей фиктивной невестой.
— А с чего вы взяли, что я соглашусь?
— Вам изменил жених, вас не пускают в отель без возврата денег, да и просто вы меня заинтриговали.
Ага, заинтриговала. Расскажу как захомутать турка-миллионера в фиктивные женихи за три неловких момента, один полу-оргазм и один обморок. Соглашаться?
Первая часть дилогии
— А с чего вы взяли, что я соглашусь?
— Вам изменил жених, вас не пускают в отель без возврата денег, да и просто вы меня заинтриговали.
Ага, заинтриговала. Расскажу как захомутать турка-миллионера в фиктивные женихи за три неловких момента, один полу-оргазм и один обморок. Соглашаться?
Первая часть дилогии
— Моей дочери нужна мама, и ты на эту роль подходишь лучше всего, — заявил мой босс.
Сначала он потребовал, чтобы я летела с ним в отпуск, потом вообще заставил притворяться его женой и матерью его дочки, так что я уже не удивлялась ничему.
— И что вы предлагаете?
— Я предлагаю брак.
— А вы… Ермак Богданович, влюблены в меня, получается? — предположила несмело.
— При чём тут любовь, Кошкина? Нам что по пять лет? Естественно, я предлагаю тебе брак по расчёту.
— По расчёту… это как?
— Очень просто. По расчёту — это значит за деньги.
— За какие деньги?
— За большие, Вася. Коих тебе точно хватит, чтобы оплатить операцию твоей сестры и на много чего ещё.
Откуда он знает?
— Я должна заботиться о вашей дочери, и всё?
— Ну, разумеется, не всё. На регулярное исполнение супружеского долга я тоже претендую.
Сначала он потребовал, чтобы я летела с ним в отпуск, потом вообще заставил притворяться его женой и матерью его дочки, так что я уже не удивлялась ничему.
— И что вы предлагаете?
— Я предлагаю брак.
— А вы… Ермак Богданович, влюблены в меня, получается? — предположила несмело.
— При чём тут любовь, Кошкина? Нам что по пять лет? Естественно, я предлагаю тебе брак по расчёту.
— По расчёту… это как?
— Очень просто. По расчёту — это значит за деньги.
— За какие деньги?
— За большие, Вася. Коих тебе точно хватит, чтобы оплатить операцию твоей сестры и на много чего ещё.
Откуда он знает?
— Я должна заботиться о вашей дочери, и всё?
— Ну, разумеется, не всё. На регулярное исполнение супружеского долга я тоже претендую.
Меня выгнали с работы, назвали инфекцией и ураганом. Я уехала в деревню за грибами. И нашла его, своего несостоявшегося босса. Привязанным к дереву. С кляпом во рту.
— Отвяжи меня.
— А волшебное слово?
Он — миллиардер. Я — филолог с бабушкиной курткой в горох. Он требует подчинения. Я переставляю статуэтки в его кабинете. Он привык командовать. Я лью кофе на его бывшую.
А потом он называет меня ежиком. И я понимаю: он не держит меня в клетке. Он просто забыл, что сам давно в ней сидит.
— Отвяжи меня.
— А волшебное слово?
Он — миллиардер. Я — филолог с бабушкиной курткой в горох. Он требует подчинения. Я переставляю статуэтки в его кабинете. Он привык командовать. Я лью кофе на его бывшую.
А потом он называет меня ежиком. И я понимаю: он не держит меня в клетке. Он просто забыл, что сам давно в ней сидит.
Я замужняя женщина, котрая почему-то спит с другим мужчиной.
Для меня он сейчас просто "Вася", хотя для всех он - хозяин города, которого боятся и уважают.
И за это он делает моего мужа Дамира богаче и влиятельнее.
Сейчас он на встрече с крупным инвестором в Москве и отлично знает, что мы с сыном едем в гости к Василию Петровичу ...
Для меня он сейчас просто "Вася", хотя для всех он - хозяин города, которого боятся и уважают.
И за это он делает моего мужа Дамира богаче и влиятельнее.
Сейчас он на встрече с крупным инвестором в Москве и отлично знает, что мы с сыном едем в гости к Василию Петровичу ...
– Прости, что бросаю тебя в твой юбилей. Сама понимаешь, служба. Без меня никак не справятся, – произносит муж, наспех накидывая китель.
– Только вернись ко мне живым, – плачу я.
– Вернусь! Ладно, долгие проводы – лишние слёзы. Я поехал!
Дверь за мужем с грохотом захлопывается, а я по стенке сползаю на пол и закрываю мокрое от слёз лицо дрожащими руками.
Каждый раз безумно больно и страшно провожать любимого туда, откуда он может не вернуться.
Взгляд сам собой падает на кошелёк, выпавший из кармана супруга. Когда я поднимаю его, оттуда выпадает маленькая фотография, на которой изображён мальчишка лет четырёх.
Вылитая копия моего мужа…
Сердце пропускает удар, руки начинают трястись. Я переворачиваю снимок и читаю текст, написанный от руки на тыльной стороне фотографии.
– Любимый! Мы с сыном любим и ждём тебя! Возвращайся к нам поскорее! Твои Лена и Артёмка.
Я с ужасом понимаю, что этот мальчик – внебрачный сын моего мужа, который скрывал от меня свою вторую семью.
– Только вернись ко мне живым, – плачу я.
– Вернусь! Ладно, долгие проводы – лишние слёзы. Я поехал!
Дверь за мужем с грохотом захлопывается, а я по стенке сползаю на пол и закрываю мокрое от слёз лицо дрожащими руками.
Каждый раз безумно больно и страшно провожать любимого туда, откуда он может не вернуться.
Взгляд сам собой падает на кошелёк, выпавший из кармана супруга. Когда я поднимаю его, оттуда выпадает маленькая фотография, на которой изображён мальчишка лет четырёх.
Вылитая копия моего мужа…
Сердце пропускает удар, руки начинают трястись. Я переворачиваю снимок и читаю текст, написанный от руки на тыльной стороне фотографии.
– Любимый! Мы с сыном любим и ждём тебя! Возвращайся к нам поскорее! Твои Лена и Артёмка.
Я с ужасом понимаю, что этот мальчик – внебрачный сын моего мужа, который скрывал от меня свою вторую семью.
Лика брезгливо морщится, разглядывая фотографию.
— Это твоя… жена? — она произносит это слово так, будто обнаружила дохлую крысу под ногами.
— Да.
— Сколько ей здесь? — в ее темных глазах пляшут бесы.
Сейчас Олесе тридцать девять. Она младше меня на пять лет.
Но я молчу.
Лика листает альбом дальше:
— Боже мой, птоз, заломы на лбу, гусиные лапки… Она что, решила стареть стремительно и беспощадно? Или у нее аллергия на косметологов?
Я понимаю, что должен осадить свою любовницу, и защитить женщину, которой когда-то надел на палец обручальное кольцо.
Но вместо гнева я чувствую невероятное облегчение.
Если моя жена действительно такая жалкая, то разве я не имею права на компенсацию?
Разве я виноват, что выбираю красивую картинку и любовь, а не уныние, депрессию и быт?
______
Остро, больно, эмоционально!
Счастливый финал для тех, кто заслужил 💞
Если книга понравилась, ставьте ЛАЙК и добавляйте в БИБЛИОТЕКУ ✨
— Это твоя… жена? — она произносит это слово так, будто обнаружила дохлую крысу под ногами.
— Да.
— Сколько ей здесь? — в ее темных глазах пляшут бесы.
Сейчас Олесе тридцать девять. Она младше меня на пять лет.
Но я молчу.
Лика листает альбом дальше:
— Боже мой, птоз, заломы на лбу, гусиные лапки… Она что, решила стареть стремительно и беспощадно? Или у нее аллергия на косметологов?
Я понимаю, что должен осадить свою любовницу, и защитить женщину, которой когда-то надел на палец обручальное кольцо.
Но вместо гнева я чувствую невероятное облегчение.
Если моя жена действительно такая жалкая, то разве я не имею права на компенсацию?
Разве я виноват, что выбираю красивую картинку и любовь, а не уныние, депрессию и быт?
______
Остро, больно, эмоционально!
Счастливый финал для тех, кто заслужил 💞
Если книга понравилась, ставьте ЛАЙК и добавляйте в БИБЛИОТЕКУ ✨
Девятнадцать лет безупречного брака, общий бизнес и статус идеальной семьи - всё рухнуло в одну секунду, когда я вернулась домой раньше времени.
В нашей спальне — мой муж. На нем расстегнута рубашка, а в глазах - холодная досада вместо раскаяния. Рядом с ним - молоденькая блондинка, пущенная в наш дом по моей же доброте.
- Не нужно сцен, Лера, - цинично бросает он. - Это просто ошибка. Ты - моя жена, а она ничего не значит.
Он уверен, что я поплачу и прощу. Что я проглочу эту грязь ради сохранения «фасада» счастливой жизни.
Но он ошибся.
Я больше не его удобная жена. Я уйду, заберу то, что принадлежит мне по праву, и заставлю его заплатить за каждую секунду этой «ошибки».
В нашей спальне — мой муж. На нем расстегнута рубашка, а в глазах - холодная досада вместо раскаяния. Рядом с ним - молоденькая блондинка, пущенная в наш дом по моей же доброте.
- Не нужно сцен, Лера, - цинично бросает он. - Это просто ошибка. Ты - моя жена, а она ничего не значит.
Он уверен, что я поплачу и прощу. Что я проглочу эту грязь ради сохранения «фасада» счастливой жизни.
Но он ошибся.
Я больше не его удобная жена. Я уйду, заберу то, что принадлежит мне по праву, и заставлю его заплатить за каждую секунду этой «ошибки».
ЗАВЕРШЕНО! 🔥
— Какого черта, Люда? — цедит муж сквозь зубы. Его голос звучит низко, вибрируя от злости. — Ты должна быть в Челябинске.
Я вздрагиваю, словно меня ударили.
— Я… я не полетела… — выдыхаю я, чувствуя себя бесконечно жалкой в своей растерянности.
Почему я оправдываюсь?
Почему оправдываюсь я?
— Не полетела она, — Ростислав хмыкает, подхватывая с пола свою одежду. — И что теперь? Сцену устроишь? Истерику закатишь? Давай, вперед.
Он делает шаг ко мне. От него пахнет чужим парфюмом и обманом. Я инстинктивно пячусь назад, прижимаясь лопатками к холодной двери.
— Как ты мог? — шепчу я, глядя то на него, то на Алину, которая уже спокойно сидит, облокотившись на спинку кровати, словно зритель в театре. — С ней… с моей сестрой…
— Какого черта, Люда? — цедит муж сквозь зубы. Его голос звучит низко, вибрируя от злости. — Ты должна быть в Челябинске.
Я вздрагиваю, словно меня ударили.
— Я… я не полетела… — выдыхаю я, чувствуя себя бесконечно жалкой в своей растерянности.
Почему я оправдываюсь?
Почему оправдываюсь я?
— Не полетела она, — Ростислав хмыкает, подхватывая с пола свою одежду. — И что теперь? Сцену устроишь? Истерику закатишь? Давай, вперед.
Он делает шаг ко мне. От него пахнет чужим парфюмом и обманом. Я инстинктивно пячусь назад, прижимаясь лопатками к холодной двери.
— Как ты мог? — шепчу я, глядя то на него, то на Алину, которая уже спокойно сидит, облокотившись на спинку кровати, словно зритель в театре. — С ней… с моей сестрой…
Один спортзал.
Два заклятых врага.
Невыполнимый контракт и миллион причин придушить друг друга.
Оксана превращает жизнь высокомерного тренера Андрея в кошмар, перекрасив его кабинет в цвет «пыльной розы».
Андрей в ответ включает режим «обаятельного мерзавца», доводя начальницу до нервного срыва.
Два заклятых врага.
Невыполнимый контракт и миллион причин придушить друг друга.
Оксана превращает жизнь высокомерного тренера Андрея в кошмар, перекрасив его кабинет в цвет «пыльной розы».
Андрей в ответ включает режим «обаятельного мерзавца», доводя начальницу до нервного срыва.
Выберите полку для книги