Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Если друг оказался вдруг и не друг...
Маша и Влад - закадычные друзья со школы. Всегда вместе. Вместе сидят за партой, вместе гуляют, вместе танцуют на выпускном. Казалось бы, они должны знать друг друга как свои пять пальцев. Но что, если все школьные годы они чего-то недоговаривали? Даже самим себе.
***
- Красотка? - теперь настала очередь Маши поднимать бровь.
- Да... - Влад быстро обвёл взглядом девушку.
- Не помню, чтобы ты меня так называл.
- Кролик, ты сама красивая девушка, которую я когда-либо знал...
Маша и Влад - закадычные друзья со школы. Всегда вместе. Вместе сидят за партой, вместе гуляют, вместе танцуют на выпускном. Казалось бы, они должны знать друг друга как свои пять пальцев. Но что, если все школьные годы они чего-то недоговаривали? Даже самим себе.
***
- Красотка? - теперь настала очередь Маши поднимать бровь.
- Да... - Влад быстро обвёл взглядом девушку.
- Не помню, чтобы ты меня так называл.
- Кролик, ты сама красивая девушка, которую я когда-либо знал...
Он — голос, который вселяет страх. Она — тишина, которую он не может разбить. Артём «Баян» взял её в плен, потому что её глаза видели то, что не должно было быть увидено. Он думал, что заточит в четырёх стенах испуганную, безгласную птичку. Он ошибся. В её мире нет криков, только вибрации опасности. Нет лживых слов, только правда жестов. И теперь этому королю криминального мира придётся учиться слушать. Слушать тишину. Потому что только она может спасти ему жизнь. Роман, где самое пылкое признание — это прижатая к губам ладонь, а самое страшное предательство совершается без единого звука.
– Захотелось, вот и изменил. И переписал квартиру нашей дочери на свою любовницу, – муж вальяжно сидел на кресле, и его взгляд не выражал ни капли сожаления.
– Что? – тихим эхом отозвалась я. – Измена. Квартира. Любовница… Двадцать семь лет брака для тебя просто звук?
– Можешь думать, как тебе угодно, Ева, – муж провел рукой по волосам. – Но ты меня знаешь. Я – человек порядочный, поэтому и говорю обо всем сам. Цени!
– Может, мне ещё тебя поблагодарить? – едва сдержала слезы.
– Было бы неплохо, – Саша усмехнулся. – А то в последнее время я не слышу слов благодарности от тебя, жена. Пора исправляться.
Но исправляться надо было не мне.
Мы развелись.
Но на мои пятьдесят бывший заявился со словами.
– Мой психолог говорит, что мне надо «закрыть гештальт». Для этого тебе нужно извиниться передо мной. — Бывший оскалился. — Давай, настраивайся и проси у меня прощения…
– Что? – тихим эхом отозвалась я. – Измена. Квартира. Любовница… Двадцать семь лет брака для тебя просто звук?
– Можешь думать, как тебе угодно, Ева, – муж провел рукой по волосам. – Но ты меня знаешь. Я – человек порядочный, поэтому и говорю обо всем сам. Цени!
– Может, мне ещё тебя поблагодарить? – едва сдержала слезы.
– Было бы неплохо, – Саша усмехнулся. – А то в последнее время я не слышу слов благодарности от тебя, жена. Пора исправляться.
Но исправляться надо было не мне.
Мы развелись.
Но на мои пятьдесят бывший заявился со словами.
– Мой психолог говорит, что мне надо «закрыть гештальт». Для этого тебе нужно извиниться передо мной. — Бывший оскалился. — Давай, настраивайся и проси у меня прощения…
В пожарном расчёте нет места «я», всегда только «мы», иначе быть беде. Артём Старшов ценил свою боевую «семью», не имея кровной. Но все приоритеты и принципы смещаются, когда в его жизнь врывается девочка из прошлого, от которого он так старательно когда-то бежал, не замечая, как под ботинками хрустят осколки чьей-то жизни. И плевать, что тогда это было самым правильным решением. Сейчас в её глазах к нему осталось лишь безразличие, и это оказалось больно, ведь есть ошибки, которые уже не исправить.
— Ты думаешь, можно вот так просто через несколько лет сказать: «Прости, Милька», и это после того, как ты сломал всю мою жизнь? Ни черта, Артём! Так не работает даже в преступном мире! За всё в этой жизни нужно платить!
Я заплатила за свою любовь к запретному человеку всем, что у меня тогда было. А он... Он герой, был, есть и будет. Тот, кто спасает жизни, вынося на своих руках людей из адова пекла. Но мою жизнь он собственноручно разрушил, даже не думая спасать.
— Ты думаешь, можно вот так просто через несколько лет сказать: «Прости, Милька», и это после того, как ты сломал всю мою жизнь? Ни черта, Артём! Так не работает даже в преступном мире! За всё в этой жизни нужно платить!
Я заплатила за свою любовь к запретному человеку всем, что у меня тогда было. А он... Он герой, был, есть и будет. Тот, кто спасает жизни, вынося на своих руках людей из адова пекла. Но мою жизнь он собственноручно разрушил, даже не думая спасать.
- Я люблю тебя. – Прошептал он, обжигая чувствительную кожу своим дыханием. Пульс ускорился, и буквально слышала звук своего бьющего сердца. Если он продолжит… я… боже как же хочется прижаться к его сильному телу. Нет, Сабина держи себя в руках.
- Хватит.
Наши взгляды снов встретились, а губы разделяли предательские несколько сантиметров. Его дыхание касалось, мои губы и путало мысли.
- Я люблю тебя.
- Хватит.
- Нет, я буду говорить это каждый день, всю жизнь.
- Перестань, прошу тебя.
- Скажи почему?
Я зажмурилась и начала шептать слова, которые ранили меня с самого детства.
- Я не заслужила, не заслужила. Я не могу быть счастлива, у меня не может быть счастливой жизни. – Слезы покатились из моих глаз. – У меня не может быть тебя. Я не заслужила тебя.
- Хватит.
Наши взгляды снов встретились, а губы разделяли предательские несколько сантиметров. Его дыхание касалось, мои губы и путало мысли.
- Я люблю тебя.
- Хватит.
- Нет, я буду говорить это каждый день, всю жизнь.
- Перестань, прошу тебя.
- Скажи почему?
Я зажмурилась и начала шептать слова, которые ранили меня с самого детства.
- Я не заслужила, не заслужила. Я не могу быть счастлива, у меня не может быть счастливой жизни. – Слезы покатились из моих глаз. – У меня не может быть тебя. Я не заслужила тебя.
В сборник включены несколько рассказов о любви, верности, дружбе и духовных поисках. Это истории реальных людей, но имена и некоторые события изменены. Так что если вам показалось, что вы кого-то узнали, будьте уверены - вам показалось.
— У меня будет ребёнок.
Сердце остановилось. А потом забилось так громко, что я перестала слышать собственные мысли.
Откуда он знает? Я никому не говорила. Даже маме. Две полоски на тесте, потом ещё один тест, потом третий. Хотела подождать. Убедиться, что всё хорошо. После двух выкидышей я боялась радоваться раньше времени.
— Игорь... — голос дрогнул, — откуда ты...
— Твоя сестра беременна, — перебил он.
Что? Слова не сразу дошли до сознания.
— Что... прости?
— Что слышала, Лен. — Он даже не смотрел на меня. — Твоя сестра. Катька. Залетела.
— При чём тут Катя? — я всё ещё не понимала. Не хотела понимать. — Игорь, я не...
— От меня, Лена. Ребёнок от меня.
Пол качнулся под ногами. Нет, мне показалось. Я ослышалась. Он не мог. Он не мог сказать то, что я только что услышала.
— Это шутка? — собственный голос звучал чужим, тонким, надломленным. — Игорь, это какая-то глупая шутка?
— Какие шутки, Лен? Я серьёзен как никогда. Катька оказалась плодовитей тебя, вот и всё.
Сердце остановилось. А потом забилось так громко, что я перестала слышать собственные мысли.
Откуда он знает? Я никому не говорила. Даже маме. Две полоски на тесте, потом ещё один тест, потом третий. Хотела подождать. Убедиться, что всё хорошо. После двух выкидышей я боялась радоваться раньше времени.
— Игорь... — голос дрогнул, — откуда ты...
— Твоя сестра беременна, — перебил он.
Что? Слова не сразу дошли до сознания.
— Что... прости?
— Что слышала, Лен. — Он даже не смотрел на меня. — Твоя сестра. Катька. Залетела.
— При чём тут Катя? — я всё ещё не понимала. Не хотела понимать. — Игорь, я не...
— От меня, Лена. Ребёнок от меня.
Пол качнулся под ногами. Нет, мне показалось. Я ослышалась. Он не мог. Он не мог сказать то, что я только что услышала.
— Это шутка? — собственный голос звучал чужим, тонким, надломленным. — Игорь, это какая-то глупая шутка?
— Какие шутки, Лен? Я серьёзен как никогда. Катька оказалась плодовитей тебя, вот и всё.
Анна — следователь, привыкшая доверять лишь фактам. Максим — бывший оперативник с тёмным прошлым. Когда в городе появляется серийный убийца, их заставляют работать вместе. За каждым шагом — тень подозрений, за каждым признанием — новая ложь. Но чем ближе они к разгадке, тем сильнее притяжение друг к другу. Любовь на грани жизни и смерти. Смогут ли они выжить — и остаться вместе?
– Максим… я сегодня была у врача. И… он сказал, что я могу… Что можно попробовать…
– Еще один очередной экспериментальный проект по реабилитации?
– Нет. Мы можем попробовать… завести ребенка.
– Что… Зоя, какого ребенка?
– Мы хотели же. Помнишь? До аварии...
– Зоя, ты в инвалидном кресле! Какой ребенок! Очнись!
– Макс, это временно. И беременеют не ногами. Я хочу ребенка. Было бы желание.
– Было бы! А у меня нет желания! Понимаешь?
– Нет.
– Я не хочу тебя. Не хочу как женщину. Не хочу это бесформенное заплывшее тело. Не хочу спать с бревном в постели, – кивает на ноги. – Я не хочу никаких буратин от тебя.
– А как же…
– И… у меня есть другая, Зоя. Ты в своем мире каком-то живешь и даже этого не замечаешь.
– Другая…?
– А что ты думала, Зоя? Я мужчина. А на жену-бревно, извини, не тянет. Ты не виновата, что так получилось. Но и я не готов свою жизнь оставаться евнухом.
– Я не верю…
– И еще она беременна и скоро у меня будет ребенок. Так что освободи свою комнату, я буду дела
– Еще один очередной экспериментальный проект по реабилитации?
– Нет. Мы можем попробовать… завести ребенка.
– Что… Зоя, какого ребенка?
– Мы хотели же. Помнишь? До аварии...
– Зоя, ты в инвалидном кресле! Какой ребенок! Очнись!
– Макс, это временно. И беременеют не ногами. Я хочу ребенка. Было бы желание.
– Было бы! А у меня нет желания! Понимаешь?
– Нет.
– Я не хочу тебя. Не хочу как женщину. Не хочу это бесформенное заплывшее тело. Не хочу спать с бревном в постели, – кивает на ноги. – Я не хочу никаких буратин от тебя.
– А как же…
– И… у меня есть другая, Зоя. Ты в своем мире каком-то живешь и даже этого не замечаешь.
– Другая…?
– А что ты думала, Зоя? Я мужчина. А на жену-бревно, извини, не тянет. Ты не виновата, что так получилось. Но и я не готов свою жизнь оставаться евнухом.
– Я не верю…
– И еще она беременна и скоро у меня будет ребенок. Так что освободи свою комнату, я буду дела
Бывшему военному Степану Грозному предложили подработку на новогодние праздники, стать телохранителем для богатой наследницы. Степан соглашается и оказывается втянут в криминальные разборки отца девушки. Воспитание не позволяет ему бросить девицу в беде, и он единственный, кто протягивает вредной мажорке руку помощи.
Выберите полку для книги