Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
— Ты отработаешь у меня его долг, юрист, — в тёмных чеченских глазах Аслана Исаева полыхает опасный азарт. — С этого дня ты принадлежишь моему дому.
Мой брат-балбес снова вляпался, и теперь его жизнь зависит от чеченского миллионера с бешеным темпераментом. Но я не собираюсь ломаться перед этим львом. Я хладнокровно двигаю к нему официальный документ:
— Убирать, стирать, кофе подавать — пожалуйста. Но если спать с вами — ищите другую. Пишем контракт: интим под запретом.
— По рукам, — хищно усмехается он, ставя свою подпись. — Но я найду лазейку в твоей бумажке, отличница. И ты сама будешь умолять меня её переписать.
Он думал, что купил меня. Но упрямая львица в гневе страшнее льва. Наша игра на выживание началась, и пути назад больше нет.
Мой брат-балбес снова вляпался, и теперь его жизнь зависит от чеченского миллионера с бешеным темпераментом. Но я не собираюсь ломаться перед этим львом. Я хладнокровно двигаю к нему официальный документ:
— Убирать, стирать, кофе подавать — пожалуйста. Но если спать с вами — ищите другую. Пишем контракт: интим под запретом.
— По рукам, — хищно усмехается он, ставя свою подпись. — Но я найду лазейку в твоей бумажке, отличница. И ты сама будешь умолять меня её переписать.
Он думал, что купил меня. Но упрямая львица в гневе страшнее льва. Наша игра на выживание началась, и пути назад больше нет.
— Расслабьтесь, Шаров. Устав из вас прямо через берцы лезет. Я Валерия Николаевна. Можно просто — «Ваше Спасение». Показывайте свои бумажки.
— По уставу положено обращаться по званию, товарищ старший лейтенант, — упрямо отрезал Максим.
— Какая исполнительность. Михалыч, скажи мне, этот оловянный солдатик всегда такой правильный, или сегодня особый праздник?
Появление красавицы Валерии Тополь в мотострелковом полку разрушило хвалёный армейский иммунитет за один день. Солдаты массово симулируют болезни, а офицеры выстраиваются в очередь у медпункта, лишь бы привлечь внимание нового начмеда.
Все, кроме старшего сержанта Максима Шарова. Суровый штурмовик со шрамом на щеке, привык жить строго по регламенту. Дерзкая «городская фифа» бесит его до дрожи, нарушая дисциплину одним своим видом. Она бьет по его упрямству хлёстким сарказмом, а он устраивает уставной террор. Они объявили друг другу войну. Но чья броня треснет первой? Если против приказа: любить вопреки всему — устав бессилен.
— По уставу положено обращаться по званию, товарищ старший лейтенант, — упрямо отрезал Максим.
— Какая исполнительность. Михалыч, скажи мне, этот оловянный солдатик всегда такой правильный, или сегодня особый праздник?
Появление красавицы Валерии Тополь в мотострелковом полку разрушило хвалёный армейский иммунитет за один день. Солдаты массово симулируют болезни, а офицеры выстраиваются в очередь у медпункта, лишь бы привлечь внимание нового начмеда.
Все, кроме старшего сержанта Максима Шарова. Суровый штурмовик со шрамом на щеке, привык жить строго по регламенту. Дерзкая «городская фифа» бесит его до дрожи, нарушая дисциплину одним своим видом. Она бьет по его упрямству хлёстким сарказмом, а он устраивает уставной террор. Они объявили друг другу войну. Но чья броня треснет первой? Если против приказа: любить вопреки всему — устав бессилен.
Однажды они уже встречались. Она не знала кто он, он не подозревал кто она. Но сейчас всё иначе: она дочь его заклятого врага, он — человек, что потребовал её в оплату долга.
Александра Квятковская, дочь известного банкира, едет в офис влиятельного бизнесмена Давида Гросса, чтобы договориться или выполнить требования Давида, встречу с которым два года назад до сих пор не может забыть. И если бы только она…
Александра Квятковская, дочь известного банкира, едет в офис влиятельного бизнесмена Давида Гросса, чтобы договориться или выполнить требования Давида, встречу с которым два года назад до сих пор не может забыть. И если бы только она…
— Босс, она здесь! В кладовке пряталась. Испугалась операции и сбежала!
Влетаю в небольшое тёмное помещение и вижу крохотную фигурку девушки, что забилась в углу. Лина тихонько всхлипывает и дрожит. На щеках блестят слёзы. Что-то колет в груди, но я пытаюсь усердно прогнать эти тёплые чувства. Любовь — зло, слабость. Я не должен влюбляться в девку на одну ночь!
Возвышаясь над хрупкой девчонкой, словно скала, я властно заявляю:
— Я передумал. Аборта не будет! Мне нужен наследник.
Она вздрагивает, растирая слёзы. В красивых синих глазах вспыхивает удивление и надежда.
— Я… согласна. Лишь бы ребёночек остался жив.
— Хорошая девочка, — киваю. — Поехали. Самолёт ждёт. Теперь будешь жить со мной, я заберу тебя в Италию! О деньгах не волнуйся, дам столько, сколько понадобиться на операцию твоей сестре. Это будет моей щедрой платой за наследника, которого ты мне подаришь!
Влетаю в небольшое тёмное помещение и вижу крохотную фигурку девушки, что забилась в углу. Лина тихонько всхлипывает и дрожит. На щеках блестят слёзы. Что-то колет в груди, но я пытаюсь усердно прогнать эти тёплые чувства. Любовь — зло, слабость. Я не должен влюбляться в девку на одну ночь!
Возвышаясь над хрупкой девчонкой, словно скала, я властно заявляю:
— Я передумал. Аборта не будет! Мне нужен наследник.
Она вздрагивает, растирая слёзы. В красивых синих глазах вспыхивает удивление и надежда.
— Я… согласна. Лишь бы ребёночек остался жив.
— Хорошая девочка, — киваю. — Поехали. Самолёт ждёт. Теперь будешь жить со мной, я заберу тебя в Италию! О деньгах не волнуйся, дам столько, сколько понадобиться на операцию твоей сестре. Это будет моей щедрой платой за наследника, которого ты мне подаришь!
— Вылазь, Снегурочка, — усмехается нагло, — я тебя вижу!
Этот прохладный, красивый голос… Он кажется мне знакомым.
Смущаясь, выглядываю из-за кустиков и моментально тону в бездне ледяных, арктических глаз.
Не может быть, это он! Тот самый высокомерный богач, с которым я провела ночь...
— Решила спрятаться от меня под ёлкой? Какая же ты забавная!
Секунда. Я оказываюсь в жарком плену безупречного, мужского тела.
— Забирайте девчонку!
Он не спрашивает, не предлагает, а приказывает.
Мужчины из личной охраны миллиардера окружают меня, а рядом эффектно останавливается роскошный белоснежный лимузин.
— Пустите! Это же похищение!
— Тшш! Скоро полночь, а я до сих пор не определился с подарком. Деньги, недвижимость, женщины — я миллиардер, у меня есть все! Кроме одного… Хочу наследника!
Этот прохладный, красивый голос… Он кажется мне знакомым.
Смущаясь, выглядываю из-за кустиков и моментально тону в бездне ледяных, арктических глаз.
Не может быть, это он! Тот самый высокомерный богач, с которым я провела ночь...
— Решила спрятаться от меня под ёлкой? Какая же ты забавная!
Секунда. Я оказываюсь в жарком плену безупречного, мужского тела.
— Забирайте девчонку!
Он не спрашивает, не предлагает, а приказывает.
Мужчины из личной охраны миллиардера окружают меня, а рядом эффектно останавливается роскошный белоснежный лимузин.
— Пустите! Это же похищение!
— Тшш! Скоро полночь, а я до сих пор не определился с подарком. Деньги, недвижимость, женщины — я миллиардер, у меня есть все! Кроме одного… Хочу наследника!
- Тебя уже никто не ждет,- бесстрастно и негромко бросает Хан.- Клуб давно закрыт. Кто ты? С кем ты была, и кто вам меня заказал?
- Что значит, заказал?- теряюсь я.- Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать!
- Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,- прорычал вдруг он.
---
Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не отпустит меня. А причин этому несколько…
- Что значит, заказал?- теряюсь я.- Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать!
- Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,- прорычал вдруг он.
---
Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не отпустит меня. А причин этому несколько…
– Я разведусь, даже не думай, что стану терпеть происходящее! – шиплю яростно в лицо законному мужу.
– И что тебе это даст? Ты ни с чем осталась; мать сбежала с любовником, отец прикован к постели. Чем зарабатывать будешь, милая? – его самоуверенность в собственной правоте угнетает.
– Чем угодно, лишь бы не с тобой!
– Мы уже женаты, – выделяет интонацией каждое слово. – Я предлагаю тебе взаимовыгодное сотрудничество, милая, – цепляет пальцами прядь моих огненно-рыжих волос и откидывает в сторону.
– Хватит называть меня милой, – дёргаюсь от его прикосновений.
– А что я могу поделать? – разводит руками. – Ты мне нравишься, и ты моя жена, всё так удачно складывается… – скалится, едва не облизывая меня взглядом.
Раздражает.
Его внимание и внешний вид бунтаря – всё раздражает.
А ещё тот факт, что он – мой муж, от которого я постоянно сбегаю.
Но он из раза в раз находит меня снова…
– И что тебе это даст? Ты ни с чем осталась; мать сбежала с любовником, отец прикован к постели. Чем зарабатывать будешь, милая? – его самоуверенность в собственной правоте угнетает.
– Чем угодно, лишь бы не с тобой!
– Мы уже женаты, – выделяет интонацией каждое слово. – Я предлагаю тебе взаимовыгодное сотрудничество, милая, – цепляет пальцами прядь моих огненно-рыжих волос и откидывает в сторону.
– Хватит называть меня милой, – дёргаюсь от его прикосновений.
– А что я могу поделать? – разводит руками. – Ты мне нравишься, и ты моя жена, всё так удачно складывается… – скалится, едва не облизывая меня взглядом.
Раздражает.
Его внимание и внешний вид бунтаря – всё раздражает.
А ещё тот факт, что он – мой муж, от которого я постоянно сбегаю.
Но он из раза в раз находит меня снова…
– Ты станешь моей женой, – выговаривает стальным тоном мужчина, буквально загоняя меня в угол! Он явно сейчас меня с кем-то путает, о чем я хочу сообщить, но в следующую секунду этот брутал толкает дверь и проходит в огромный холл, наполненный людьми…
Властный босс-миллиардер срывает бирку и надевает мне кольцо на палец перед собравшимися и глядя в мои ошалелые глаза, выговаривает решительно:
– Просто, Тина. Скажи мне «да»…
Я стала невестой босса. Его, сбежавшей невестой. И сейчас, когда ставлю чашку с кофе перед своим боссом, я отвожу взгляд, боясь… что Руслан Невзоров узнает, что его сбежавшая невеста на замену – это я…
ПРОШУ ОТЛОЖИТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ И ПОСТАВИТЬ "НРАВИТСЯ")
Властный босс-миллиардер срывает бирку и надевает мне кольцо на палец перед собравшимися и глядя в мои ошалелые глаза, выговаривает решительно:
– Просто, Тина. Скажи мне «да»…
Я стала невестой босса. Его, сбежавшей невестой. И сейчас, когда ставлю чашку с кофе перед своим боссом, я отвожу взгляд, боясь… что Руслан Невзоров узнает, что его сбежавшая невеста на замену – это я…
ПРОШУ ОТЛОЖИТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ И ПОСТАВИТЬ "НРАВИТСЯ")
— В общем так, мне нужна помощь. И ты мне её окажешь, потому что больше, как ни странно, некому.
Ледяной тон бывшего мужа вселял в меня жажду противоречий. Он всегда разговаривал со мной приказами, выполнение которых не обсуждается.
И сейчас возвращал воспоминаниями в прошлое. В наш брак. Апогеем которого стала измена в качестве подарка на прошлый Новый год.
— Я могу найти тебе сиделку.
— Ты прекрасно понимаешь, что ни одной посторонней бабе, я уход за собой не доверю. Тебе придётся вернуться домой.
— Ты совсем обнаглел, Арс?! Если ты не забыл, я тебе никто! И ты мне тоже!
— Ты моя жена!
— Бывшая!
— Пусть так. Зато я знаю о тебе всё. Если ты хочешь, чтобы исполнилось одно твоё отчаянное желание, касательно детдомовского младенца, ты исполнишь мои все. Все! И поверь, необходимость временного переезда и оказание помощи в бытовых вопросах, покажутся тебе цветочками!
Ледяной тон бывшего мужа вселял в меня жажду противоречий. Он всегда разговаривал со мной приказами, выполнение которых не обсуждается.
И сейчас возвращал воспоминаниями в прошлое. В наш брак. Апогеем которого стала измена в качестве подарка на прошлый Новый год.
— Я могу найти тебе сиделку.
— Ты прекрасно понимаешь, что ни одной посторонней бабе, я уход за собой не доверю. Тебе придётся вернуться домой.
— Ты совсем обнаглел, Арс?! Если ты не забыл, я тебе никто! И ты мне тоже!
— Ты моя жена!
— Бывшая!
— Пусть так. Зато я знаю о тебе всё. Если ты хочешь, чтобы исполнилось одно твоё отчаянное желание, касательно детдомовского младенца, ты исполнишь мои все. Все! И поверь, необходимость временного переезда и оказание помощи в бытовых вопросах, покажутся тебе цветочками!
— Не меня ждала, полагаю, — горько сказал он. — Друга моего. Брата.
— Нет, — мотнула головой, но тут же замолкла, осознав, что он все знает.
— Что же ты за баба такая, Аня? — склонил голову, будто изучая меня. — И хочу тебя, не могу, и убить бы тебя, — прижал меня к стене и накрыл ладонью мою шею. — Удавить, как змею неверную. За то, что сбежать посмела. Что ребенка моего забрала. Да не могу. Смотрю на тебя и не могу.
Поцеловал. Властно. Жестко. Впился в мой рот поцелуем, не давая возможности ни оттолкнуть его, ни пошевелиться.
— Нет, — мотнула головой, но тут же замолкла, осознав, что он все знает.
— Что же ты за баба такая, Аня? — склонил голову, будто изучая меня. — И хочу тебя, не могу, и убить бы тебя, — прижал меня к стене и накрыл ладонью мою шею. — Удавить, как змею неверную. За то, что сбежать посмела. Что ребенка моего забрала. Да не могу. Смотрю на тебя и не могу.
Поцеловал. Властно. Жестко. Впился в мой рот поцелуем, не давая возможности ни оттолкнуть его, ни пошевелиться.
Выберите полку для книги