Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
Что общего между набожной, юной девушкой и беспощадным воином, цель которого прославиться своими грабежами и пировать в Вальхалле?
Анна – невинная красавица, обреченная на жизнь в монастыре.
Он – викинг, язычник, зверь в человеческом обличье.
Но разве имеют смысл какие-либо различия, если суждено случиться Любви?
Внимание!
Данная книга написана без использования искусственного интеллекта и без рерайта(переписывания чужих историй)!
Всё написанное является моей интеллектуальной собственностью – автора Мила Дрим.
Дисклеймер
Содержит нецензурную брань. Содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность.
Анна – невинная красавица, обреченная на жизнь в монастыре.
Он – викинг, язычник, зверь в человеческом обличье.
Но разве имеют смысл какие-либо различия, если суждено случиться Любви?
Внимание!
Данная книга написана без использования искусственного интеллекта и без рерайта(переписывания чужих историй)!
Всё написанное является моей интеллектуальной собственностью – автора Мила Дрим.
Дисклеймер
Содержит нецензурную брань. Содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность.
Когда юная девушка исчезает, не оставив ни единой улики, единственной зацепкой становится её портрет, сделанный в модном фотоателье.
Расследование выводит Софью Петровну и городского пристава Степана Васильевича на тайное общество, где за красивыми фасадами скрываются грязные игры элиты.
Чем глубже они заходят, тем опаснее становятся тени Петербурга — и тем ближе правда, от которой хочется отвернуться.
Расследование выводит Софью Петровну и городского пристава Степана Васильевича на тайное общество, где за красивыми фасадами скрываются грязные игры элиты.
Чем глубже они заходят, тем опаснее становятся тени Петербурга — и тем ближе правда, от которой хочется отвернуться.
Я очень хотела замуж. Настолько, что согласилась на глупый спор: месяц в глухой деревне без малейшей помощи. И все для того, чтобы доказать, что я не глупая белоручка, не способная ни на что, кроме бездумного сидения в соцсетях, как считает мой жених.
Вот только реальность оказалась далека от моих ожиданий: интернета здесь нет, а еще - водопровода, маркетплейсов и нормального супермаркета с продуктами. Зато бегают козы, на грядке растет клубника, а в поле - тракторист Иван, на которого я изо всех сил стараюсь не смотреть...
Вот только реальность оказалась далека от моих ожиданий: интернета здесь нет, а еще - водопровода, маркетплейсов и нормального супермаркета с продуктами. Зато бегают козы, на грядке растет клубника, а в поле - тракторист Иван, на которого я изо всех сил стараюсь не смотреть...
- Разве Вы вернётесь к жене?! – в голосе пани Буткевич появились нотки страха и немалого удивления. – Разве Вы сможете расстаться со мной после того, что произошло этой ночью?! – она горько заплакала.
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.
Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…
1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.
Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…
1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)
Правду говорят, что первая любовь редко приносит радость. Мне она принесла не только горе и беду, но и едва не сделала заключенной. Хорошо, когда есть друзья, готовые прийти на помощь.
Через семь лет история повторяется. Опять афера, снова страх. Но хуже становится, когда появляется бывший. Обвиняет меня в том, чего я не совершала. Это уже вообще ни в какие рамки...
Через семь лет история повторяется. Опять афера, снова страх. Но хуже становится, когда появляется бывший. Обвиняет меня в том, чего я не совершала. Это уже вообще ни в какие рамки...
С экрана чужого телефона Ирине улыбался собственный муж, а над его головой красовалась надпись "Любимый".
Услышав звонок, девушка подскочила, попросила извинение за то, что нечаянно оставила свой телефон и приложив телефон к уху, ласково проворковала.
-Да, любимый. Хорошо... Скоро буду....
Услышав звонок, девушка подскочила, попросила извинение за то, что нечаянно оставила свой телефон и приложив телефон к уху, ласково проворковала.
-Да, любимый. Хорошо... Скоро буду....
Я не собиралась проверять. Правда. Но экран вспыхнул сам – сообщение от «Ксюшеньки».
«Напиши, как доберешься. Я уже скучаю».
Сердце замерло. Пальцы задрожали, когда я открыла переписку.
Фотографии. Их было слишком много. Молодое тело, смеющиеся губы, то самое черное белье, которое я однажды нашла в его машине. И его слова...
«Ты моя богиня».
В ушах звенело. Я ждала слез, истерики – но внутри была только ледяная пустота.
Дверь открылась. Он стоял на пороге, улыбаясь.
— Оль, ты не поверишь, сегодня... — Он замолчал, увидев мое лицо. Потом взгляд скользнул к телефону в моих руках.
— Это не то, что ты думаешь, — брякнул он автоматически. Глупо. Пошло.
Я рассмеялась.
— «Это не то, что ты думаешь»? — прошипела я. — Двадцать лет брата – и это всё, что я заслужила?
Он попытался что-то сказать, но я уже швырнула телефон в стену. Стекло разлетелось осколками – как наша жизнь.
— Вали. Пока я не сделала хуже.
«Напиши, как доберешься. Я уже скучаю».
Сердце замерло. Пальцы задрожали, когда я открыла переписку.
Фотографии. Их было слишком много. Молодое тело, смеющиеся губы, то самое черное белье, которое я однажды нашла в его машине. И его слова...
«Ты моя богиня».
В ушах звенело. Я ждала слез, истерики – но внутри была только ледяная пустота.
Дверь открылась. Он стоял на пороге, улыбаясь.
— Оль, ты не поверишь, сегодня... — Он замолчал, увидев мое лицо. Потом взгляд скользнул к телефону в моих руках.
— Это не то, что ты думаешь, — брякнул он автоматически. Глупо. Пошло.
Я рассмеялась.
— «Это не то, что ты думаешь»? — прошипела я. — Двадцать лет брата – и это всё, что я заслужила?
Он попытался что-то сказать, но я уже швырнула телефон в стену. Стекло разлетелось осколками – как наша жизнь.
— Вали. Пока я не сделала хуже.
Любопытство не порок, но именно его и можно приписать к самому главному недостатку леди Лилианы Саттон. Ведь благодаря ему и своей неугомонности она и попадает постоянно в различные передряги. Вот и не обошелся без приключений и ее первый Лондонский сезон.
Приехав навестить родных, Сэт Ноэлл еще не знал, чем это для него обернется. Повстречав свою долгожданную пару, он узнает, что она намерена выследить и поймать опасного маньяка и Сэт вызывается помочь ей в этом. Да уж, за все прожитое им время, а он ВамПир с многовековым стажем, он еще никогда так часто не выпутывался из проблем. Теперь ему с ней точно будет некогда скучать!
Приехав навестить родных, Сэт Ноэлл еще не знал, чем это для него обернется. Повстречав свою долгожданную пару, он узнает, что она намерена выследить и поймать опасного маньяка и Сэт вызывается помочь ей в этом. Да уж, за все прожитое им время, а он ВамПир с многовековым стажем, он еще никогда так часто не выпутывался из проблем. Теперь ему с ней точно будет некогда скучать!
В другом городе у моего мужа есть вторая семья. И маленькая дочь. Тогда кем все это время была я?
После жестокой правды, я вернулась домой одна.
В тот вечер топила боль в бокале. И когда в доме появился вор, то не закричала. Не испугалась.
Он – Иниго. Днем – инкассатор, ночью – вор. Грубый красавчик.
Я – жена богатого бизнесмена, которая узнала, что вся моя жизнь – ложь - мой любимый мужчина мне изменяет.
Я разрешила вору вынести из дома все. А потом, попросила забрать меня с собой.
Мы слишком разные. У нас изначально не было и шансов.
Одна близость – и я сбежала.
Но навсегда ли?
После жестокой правды, я вернулась домой одна.
В тот вечер топила боль в бокале. И когда в доме появился вор, то не закричала. Не испугалась.
Он – Иниго. Днем – инкассатор, ночью – вор. Грубый красавчик.
Я – жена богатого бизнесмена, которая узнала, что вся моя жизнь – ложь - мой любимый мужчина мне изменяет.
Я разрешила вору вынести из дома все. А потом, попросила забрать меня с собой.
Мы слишком разные. У нас изначально не было и шансов.
Одна близость – и я сбежала.
Но навсегда ли?
Я сидела напротив Игоря и пыталась понять, как мы дошли до этого. На столе лежал листок с пунктами: «Квартира», «Машина», «Кот Васька».
Раздел имущества. Звучит как плохой сериал, но это была наша жизнь. Пять лет брака, и вот мы делим кота.
— Может, оставим кота нейтральной территорией?
— Нейтральной? — я фыркнула. — Будем брать его по очереди? Игорь, ты серьёзно?
Он ухмыльнулся, и я вспомнила, как эта улыбка когда-то заставляла меня смеяться. Теперь она только злила.
— Если ты думаешь, что я отдам тебе кота, чтобы твоя мама учила его мяукать, ты ошибаешься.
Вот оно. Ключевое слово: мама.
Татьяна Ивановна, женщина, которая считала себя главным режиссёром нашей жизни.
— Мама тут ни при чём, — буркнул Игорь, отводя взгляд. — Это между нами.
Раздел имущества. Звучит как плохой сериал, но это была наша жизнь. Пять лет брака, и вот мы делим кота.
— Может, оставим кота нейтральной территорией?
— Нейтральной? — я фыркнула. — Будем брать его по очереди? Игорь, ты серьёзно?
Он ухмыльнулся, и я вспомнила, как эта улыбка когда-то заставляла меня смеяться. Теперь она только злила.
— Если ты думаешь, что я отдам тебе кота, чтобы твоя мама учила его мяукать, ты ошибаешься.
Вот оно. Ключевое слово: мама.
Татьяна Ивановна, женщина, которая считала себя главным режиссёром нашей жизни.
— Мама тут ни при чём, — буркнул Игорь, отводя взгляд. — Это между нами.
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги