Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»

— На кону моя репутация, Лада! Твое предательство в прошлом едва не стоило мне карьеры! Второй раз я не позволю тебе все испортить! Эта фабрика — главное дело моей жизни! Мое единственное и самое важное детище! Я не хочу, чтобы ты и близко приближалась к ней! Ни ты, ни твой сын!
Отворачиваюсь, чтобы не показать как сильно задевают его слова и мысленно усмехаюсь. Насчет “самого важного детища”, он положим, прав. Но насчет “единственного” Егор Миллер заблуждается. Потому что мой сын, которого он заочно успел возненавидеть, на самом деле его ребенок. Правда, ему об этом не суждено узнать. Я прекрасно помню его угрозы пятилетней давности.

Между нами короткий роман в прошлом и его громкие обвинения в предательстве. В настоящем — прицелы камер и ничего не подозревающий сын, мечта которого сбылась. Для меня же сбылся мой самый большой кошмар. Егор Миллер снова появился в моей жизни!

— Ее запах просто с ума меня сводит… — произносит мой муж. — Она как весна. Как первая любовь. Прикинь, сердце бешено стучит… Со мной лет десять такого не было.
— Ты аккуратнее, — советует ему друг. — Ника узнает, и тогда…
— И что тогда? — муж усмехается, а у меня сердце сжимается. — Ничего тогда. Ника свое место знает. Ее место в нашем доме, рядом с нашими девочками. Даже если она узнает, то она все стерпит. Я пообещаю порвать с Варей, и все будет по-старому. Она ведь любит меня. Все просто.
— Но ты с Варварой рвать не собираешься?
— От такой женщины не отказываются. Еду, кстати, сегодня к ней. Она мне какой-то сюрприз приготовила… Неделю не виделись. Дико соскучился. Надеюсь, что она в скором времени забеременеет. Хочу ребенка от нее. Желательно сына.

Так я узнаю, что у моего мужа страсть на стороне, подслушав его разговор с другом в нашем доме. Предатель считает, что я все стерплю, даже ребенка от любовницы, которого он так хочет от нее. Но как же сильно он ошибается…

БЕСПЛАТНО ПЕРВЫЕ ПЯТЬ ДНЕЙ ПОСЛЕ ВЫКЛАДКИ.

Динке все по силам: и праздник в честь окончания зимы организовать, и помирить разбушевавшихся солисток из ансамбля «Росинка», и даже в одиночку отремонтировать старый прогнивший бабушкин дом.
Только одна цель ей пока не поддается – суровый, непреступный и очень горячий фермер Григорий Степанович. Ну ничего, она запаслась терпением и обаянием на сто лет вперед!
Ух, берегитесь, Григорий Степанович!

— А чего ты ожидала, Лера? — вдруг бросает муж. — Ты себя в зеркало вообще видела в последнее время?
Я задыхаюсь от возмущения.
— Я беременна твоим ребенком! На шестом месяце!
— Беременность — не повод распускать себя до состояния бегемота!

Ухожу от предателя! И мне даже посчастливилось временно поселиться в элитном ЖК.

И всё бы ничего, но мой новый сосед Глеб — настоящий кошмар. Циничный, наглый, самоуверенный бизнесмен, который терпеть не может шум, слезы и неуклюжих беременных женщин, загораживающих проход.

Теперь этот наглый самец покупает мне черешню в два ночи, угрожает моему бывшему и смотрит на мои округлившиеся формы таким темным, голодным взглядом, от которого я забываю, как дышать.

Я хирург в городской больнице, пашу без выходных.
А тут мне позвонила подруга и сообщила, что в приемном покое мой муж. Не один.
С какой-то дамой. 
— Ты, наверное, ошиблась. Арсений мой на охоте сегодня. 
— Ага, на белобрысую крольчиху, видимо, — недобро хмыкает подруга. — Да говорю же тебе, Люба, он приехал с бабой. И травмы у обоих о-очень необычные. 
— В смысле? — хмурюсь я.
— В коромысле, Люб. У бабы этой травма головы и сильный ожог, а еще спина расцарапана. А у твоего… ну у него вообще травма весьма пикантная.
— Так, Алена, ты можешь нормально сказать? — рявкаю я, теряя терпение.
— Блин, Люб, да я просто даже не знаю, как бы тебе это сказать поприличней… 
Поприличнее не получилось! Укус самого дорого места для мужчины приличным точно не назовешь.
— Отойдите, — прошу я своего коллегу в приемном покое. — Я своего благоверного сейчас сама вылечу. Без анестезии, — добавляю кровожадно.
— Люба, ты всё не так поняла, — сглатывает побледневший муж.
А я беру в руки скальпель!

«Тебе муж изменяет! Он тебя никогда не любил! Ты – балласт!»
Читаю входящее сообщение, ощущая, как сердце сжимается. Не верю… не хочу верить… это шутка… глупая шутка…
«Ты всего лишь нелюбимая жена! Разве нет?!»
Прикрываю веки, боль сковывает, пальцы дрожат, а я… я, превозмогая шок, иду по коридору, прямиком в кабинет…
А там… там я вижу его измену собственными глазами… Слезы текут по щекам, когда выдыхаю едва слышно:
– Богдан… как давно… как давно ты мне изменяешь?!
Мой муж, поднимает на меня свой ледяной взгляд и отбивает жестко:
– Мне тебе напомнить, что ты для меня – договорная жена?! Так что выйди из кабинета и закрой дверь.

Я вышла замуж по договору. Но… полюбила собственного мужа всем сердцем, и мне казалось, что моей любви хватит для нас обоих с лихвой... но... мой жестокий муж показал, что я для него никто, просто нелюбимая жена, а я… я ушла, так и не рассказав, что под сердцем ношу малыша…

❤️ ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ❤️

❤️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️

– Марин, она для меня ничего не значит!
– Неужели? А для нашего брака она значит все, – отвечаю предателю-мужу, пряча за усмешкой боль.
– Ты же не разрушишь нашу семью из-за одной ошибки? Подумай о нашей дочери!

Утром я нахожу в кармане пиджака мужа чужое кружевное бельё. А через несколько часов он стоит перед родителями и детьми в школе нашей дочери и рассказывает со сцены, каким должен быть настоящий муж и отец.
Девять лет брака. Дочь. И любовница, имя которой муж выдаёт сам.
Он уверен, что я остыну и прощу одну «ошибку».
Только скоро я узнаю, что все гораздо сложнее, чем он пытается меня убедить…

Мой брат мёртв, а я должен жениться на его невесте, хотя обещал другой. Адат не обсуждают, я это знаю, но моя невеста с эти не смирится!
Эта же как серая мышь, тень, которую я вынужден впустить в свой дом и я буду держать её на расстоянии. Она чужая, и я никогда не позволю ей стать моей.
Но она приходит ночью, когда я задыхаюсь от кошмаров, и её голос успокаивает эту боль. Её руки гладят мои, и я ненавижу себя за то, что мне становится легче. Я не хочу этого, не просил её и уж точно я не просил эту войну внутри себя. Но невеста брата уже здесь, и я чувствую, как моя ледяная стена начинает трескаться, хотя я готов убить за то, чтобы этого не признавать, влечение все сильнее, а любовь моей невесты все дальше, смогу ли я сделать правильный выбор?

Мою машину, кажется, угоняют.
Только кто? И как он проник на территорию моего коттеджа?
Водительская дверь открыта.
Мотор работает.
Изнутри доносится какая-то возня и восторженное:
— Давай, газ! Газ жми!
— Да жму я! Жму!
И всё это высокими детскими голосами.
Я действую на автомате — подлетаю, отпихиваю двух мальцов, залезших в мою тачку, запрыгиваю на водительское сиденье, давлю ногой на тормоз, глушу двигатель, хватаю за шиворот того, кто сидит за рулём.
— Какого хрена?! — рявкаю я. — Вы кто такие?!
Мелкий водила, которого я только что стащил с сиденья, даже не плачет. Он поправляет футболку, смотрит на меня с такой наглостью, что у меня челюсть сводит.
— А вы чего руки распускаете? — заявляет он. — Не фиг было ключи в машине оставлять.
— Я сейчас поговорю с вашим папой…
— А у нас только мама. И она очень красивая.
И моя бывшая… как выяснилось
А дети-то тогда чьи?

Я стою в дверном проеме нашей гостевой спальни и не верю своим глазам. Мой муж, Денис, прижимает к стене эту... эту Настю. Суррогатную мать. Ту самую «простушку» из деревни, которую мы наняли, чтобы она выносила нашего ребенка. Его руки обхватывают её лицо, пальцы запутались в её русых волосах, и он целует её.
Денис оборачивается. И на его лице нет ни капли вины. Ни смущения. Ни раскаяния. Только раздражение – как будто я помешала ему в чём-то важном.
– Вика, – произносит он ровным голосом, – я не слышал, как ты пришла.
– Ты... – голос срывается, я пытаюсь сглотнуть, во рту пересохло, – ты не хочешь мне ничего объяснить?
Вопрос звучит до боли жалко.
– Что тут объяснять-то! Тебе что-то не понятно? – его голос звучит почти насмешливо, и в этой насмешке столько презрения, что у меня перехватывает дыхание. – Она мать моего ребёнка, она родит мне сына, а ты кто? Свободна, пустышка!