Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
– Мамочка! - бросаются ко мне мои сын и дочь, когда я выхожу с работы после ночной смены.
– Что вы делаете у моей работы? Почему вы не дома? И где тетя Мира? - сердце тревожно колотится, - что случилось?
– Так вот кто ваша мама, - звучит до боли знакомый голос.
Мое сердце замирает. Поднимаю взгляд и упираюсь в жесткие глаза своего бывшего, отца моих детей. Судорожно сглатываю.
Те его слова мне не забыть, с которыми мы расстались.
– Как мои дети с тобой оказались? - спрашиваю пересохшими губами.
– Ты мне лучше скажи, кто их отец, - прищурено смотрит на меня бывший.
– Что вы делаете у моей работы? Почему вы не дома? И где тетя Мира? - сердце тревожно колотится, - что случилось?
– Так вот кто ваша мама, - звучит до боли знакомый голос.
Мое сердце замирает. Поднимаю взгляд и упираюсь в жесткие глаза своего бывшего, отца моих детей. Судорожно сглатываю.
Те его слова мне не забыть, с которыми мы расстались.
– Как мои дети с тобой оказались? - спрашиваю пересохшими губами.
– Ты мне лучше скажи, кто их отец, - прищурено смотрит на меня бывший.
- Ты теперь у меня в плену. Не вздумай бежать. Вокруг только лес и волки.
- И не собиралась. - фыркаю. - Если ещё и покормишь, то навсегда останусь.
- Что?
- Что?
Я - дочь знаменитого мафиози в нашем городе. Я живу словно в золотой клетке. Роскошно, дорого, но абсолютно не свободно. И даже не потому, что 24/7 сижу в заперти, и езжу куда-то с кучей охраны, а потому что даже в доме за мной ходят по пятам. Мониторят соц. сети, выбирают друзей. А теперь ещё и мужа..
Он - сексуальный красавчик, который с недавних пор приносит моему отцу только проблемы. Его кличка Шерхан. Он похитил меня, чтобы использовать как валюту и в конец раздавить отца за смерть своих родителей. Он говорит, что если я хочу вернуться - нужно быть хорошей девочкой. Но возвращаться я не хочу..
- И не собиралась. - фыркаю. - Если ещё и покормишь, то навсегда останусь.
- Что?
- Что?
Я - дочь знаменитого мафиози в нашем городе. Я живу словно в золотой клетке. Роскошно, дорого, но абсолютно не свободно. И даже не потому, что 24/7 сижу в заперти, и езжу куда-то с кучей охраны, а потому что даже в доме за мной ходят по пятам. Мониторят соц. сети, выбирают друзей. А теперь ещё и мужа..
Он - сексуальный красавчик, который с недавних пор приносит моему отцу только проблемы. Его кличка Шерхан. Он похитил меня, чтобы использовать как валюту и в конец раздавить отца за смерть своих родителей. Он говорит, что если я хочу вернуться - нужно быть хорошей девочкой. Но возвращаться я не хочу..
Детектив Лев Истомин делится историей из прошлого. Он был относительно юн, влюблен, да еще и умудрился купить на аукционе загадочную статуэтку кошки. Она сулила удачу в азартных играх. Что же пошло не так?
Лиза хотела тусоваться с самым классным парнем на районе, но вместо этого родители тащат ее на дачу.
Участвует в конкурсе:
— Почему ты мне ничего не сказала? – чеканит каждое слово.
— О чем? – искренне удивляясь.
— Что Максим – мой сын.
Напрягаюсь. Как узнал?
— С чего ты взял? – чуть ли не заикаясь, проговариваю. Пытаюсь оттолкнуть его, а он только сильнее вжимается в меня своим телом.
— Не отрицай, Кать, – говорит резко. – Я сделал тест.
Теперь понятно почему он в такой спешке прилетел ко мне на работу...
— И? Почему молчишь?
— О чем? – искренне удивляясь.
— Что Максим – мой сын.
Напрягаюсь. Как узнал?
— С чего ты взял? – чуть ли не заикаясь, проговариваю. Пытаюсь оттолкнуть его, а он только сильнее вжимается в меня своим телом.
— Не отрицай, Кать, – говорит резко. – Я сделал тест.
Теперь понятно почему он в такой спешке прилетел ко мне на работу...
— И? Почему молчишь?
– Оливка, не делай вид, что ты меня не знаешь! Вспомни, как еще вчера ты стонала от удовольствия. – Леон прижимает меня к двери. Его прерывистое дыхание нежно обжигает шею.
– Так, во-первых, сейчас же выпусти меня из объятий. – Требую я. – А во-вторых, я для тебя не Оливка, а Оливия Ниловна! Твой преподаватель.
– Оливия Ниловна ты для тех тридцати студентов, которые сидят за дверью, – он указывает пальцем в сторону аудитории. – А для меня ты...
– Убери руки! – Не даю ему договорить.
– Окей, только с условием. Сегодня ночью повторим вчерашнее, – подмигивает он.
– Хорошо. – Вру лишь для того, чтобы освободиться. Не собираюсь я ничего повторять. Пусть и не мечтает!
! В отместку своему бывшему, впервые провела ночь с незнакомцем, который оказался моим студентом. Как теперь выкрутиться?
– Так, во-первых, сейчас же выпусти меня из объятий. – Требую я. – А во-вторых, я для тебя не Оливка, а Оливия Ниловна! Твой преподаватель.
– Оливия Ниловна ты для тех тридцати студентов, которые сидят за дверью, – он указывает пальцем в сторону аудитории. – А для меня ты...
– Убери руки! – Не даю ему договорить.
– Окей, только с условием. Сегодня ночью повторим вчерашнее, – подмигивает он.
– Хорошо. – Вру лишь для того, чтобы освободиться. Не собираюсь я ничего повторять. Пусть и не мечтает!
! В отместку своему бывшему, впервые провела ночь с незнакомцем, который оказался моим студентом. Как теперь выкрутиться?
Что может быть пленительней лежащей женщины в купальнике? Полуобнаженные стройные тела девушек завладели вниманием Павла. Как бы он ни старался смотреть по сторонам или на море, болтая обо всем на свете, его взгляд непослушно возвращался и скользил по волнующим изгибам тел двух подружек. Особенно линия от талии, переходившая в манящие округлости бедер и плавно снисходившая до тонких щиколоток, будоражила в нем самые смелые фантазии.
Иногда, встречаясь с их взглядами, в которых читалось настороженность и скрытое смущение, он делал виноватое лицо и, вздохнув, обращал свой взор вдаль моря.
– А я знаю особенный массаж, который спасает кожу от солнечного ожога куда лучше, чем крем, – заявил он подругам.
– Это невозможно, – не поверила Полина. – Массаж наоборот может вызвать раздражение.
– Не веришь. Хочешь проверить?
Иногда, встречаясь с их взглядами, в которых читалось настороженность и скрытое смущение, он делал виноватое лицо и, вздохнув, обращал свой взор вдаль моря.
– А я знаю особенный массаж, который спасает кожу от солнечного ожога куда лучше, чем крем, – заявил он подругам.
– Это невозможно, – не поверила Полина. – Массаж наоборот может вызвать раздражение.
– Не веришь. Хочешь проверить?
Друзья, это сборник рассказов о моих приключениях в Черногории.
Простое, лёгкое, доброе чтиво-путеводитель, интересное для путешественников и не только.
Будет полезно вам в качестве отдыха и в случае выбора места для проведения своего отпуска.
Простое, лёгкое, доброе чтиво-путеводитель, интересное для путешественников и не только.
Будет полезно вам в качестве отдыха и в случае выбора места для проведения своего отпуска.
Женщина в мужском коллективе – объект шуток и комплиментов, однако выдержать ехидные улыбки и иронию Савельева не каждой под силу. Рапортуя, этот наглец очередной раз даёт понять, что Оксана ему не указ, что это его отдел, его территория, его город. Считает генеральской протеже... А с генералом у него свои счёты.
Однако вкус запретной любви до сих пор стоит в горле, ощущается на губах, ведь целоваться с ним – всё равно где: на работе, дома, на улице – противопоказано. Она будет мучиться, просыпаясь в холодном поту от своих снов, в которых только его дыхание, его руки, его вездесущий жар.
*харизматичный герой с чувством юмора, принципиальная и решительная героиня
Однако вкус запретной любви до сих пор стоит в горле, ощущается на губах, ведь целоваться с ним – всё равно где: на работе, дома, на улице – противопоказано. Она будет мучиться, просыпаясь в холодном поту от своих снов, в которых только его дыхание, его руки, его вездесущий жар.
*харизматичный герой с чувством юмора, принципиальная и решительная героиня
— Скажи, ты всё ещё любишь его? — его голос был низким и опасным.
— С чего ты взял? — возмутилась я, но внутри всё сжалось.
Он подошёл ко мне, и его карие глаза были чёрными, как бездонный колодец. В них не было ни капли тепла. Только холодная ярость и... боль. Он не верил мне. Впервые за всё время он смотрел на меня как на чужую. Между нами выросла невидимая ледяная стена. Стало как-то холодно и пусто внутри.
— Ты не ответила.
— Нет. Я не люблю его.
Я смертельно устала. Слишком много боли, слишком много стресса за эти сутки. Мне осточертели эти выяснения, эта вечная борьба за мою душу. Было обидно и горько. Словно я предала его, хотя не сделала ничего.
— А меня?
— А ты, Доминико? Ты любишь меня? Что это за допрос?
Я скрестила руки на груди, защищаясь от этого разъярённого мужчины, и гордо вздернула подбородок. Хватит. Моё израненное сердце больше не выдержит ни капли боли.
Он ткнул в меня пальцем, и его шёпот прозвучал страшнее крика:
— Если узнаю, что солгала, убью обоих.
— С чего ты взял? — возмутилась я, но внутри всё сжалось.
Он подошёл ко мне, и его карие глаза были чёрными, как бездонный колодец. В них не было ни капли тепла. Только холодная ярость и... боль. Он не верил мне. Впервые за всё время он смотрел на меня как на чужую. Между нами выросла невидимая ледяная стена. Стало как-то холодно и пусто внутри.
— Ты не ответила.
— Нет. Я не люблю его.
Я смертельно устала. Слишком много боли, слишком много стресса за эти сутки. Мне осточертели эти выяснения, эта вечная борьба за мою душу. Было обидно и горько. Словно я предала его, хотя не сделала ничего.
— А меня?
— А ты, Доминико? Ты любишь меня? Что это за допрос?
Я скрестила руки на груди, защищаясь от этого разъярённого мужчины, и гордо вздернула подбородок. Хватит. Моё израненное сердце больше не выдержит ни капли боли.
Он ткнул в меня пальцем, и его шёпот прозвучал страшнее крика:
— Если узнаю, что солгала, убью обоих.
Выберите полку для книги