Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Она стала моим наваждением, моей страстью, но как завоевать эту крепость, если она ведет себя со мной, как самая настоящая Снежная королева?! Я бы мог стать похотливым зверем и не слушать ее «нет». Я бы мог соблазнить ее и сделать своей, но есть одно большое «но»! Моя мечта является моей начальницей и любое отклонение от правил грозит увольнением. И все же, соблазн слишком велик, чтобы отказаться от своих желаний.
— Ты серьёзно? Уходишь? Из-за одного «промаха»?
— У тебя ребёнок от другой, Макс. Это не промах. Это конец.
Мы жили как все. Работа, дочка, пицца по выходным. Я думала — всё нормально.
А потом — фото. Он. С чужим ребёнком.
Он предал. Жил двойной жизнью, пока я гладила платье к годовщине.
И тогда всё сгорело. Его «любовь». Мои иллюзии. Всё.
Я не рыдала. Не бегала за ним.
Я просто открыла бизнес. Прямо рядом с их кальянной.
И дожала их — спокойно. До последнего вздоха.
— У тебя ребёнок от другой, Макс. Это не промах. Это конец.
Мы жили как все. Работа, дочка, пицца по выходным. Я думала — всё нормально.
А потом — фото. Он. С чужим ребёнком.
Он предал. Жил двойной жизнью, пока я гладила платье к годовщине.
И тогда всё сгорело. Его «любовь». Мои иллюзии. Всё.
Я не рыдала. Не бегала за ним.
Я просто открыла бизнес. Прямо рядом с их кальянной.
И дожала их — спокойно. До последнего вздоха.
После трагедии я думала, что потеряла его. Но нашей любви суждено было случиться, и я думала, что она никогда не закончится. Но предательство тяжелее смерти. Наш друг в беде, а отношения и чувства под угрозой. И чем всё это закончится, я сама не знаю...
Полина застыла. Смотрела, будто сквозь мутное стекло.
Её муж застёгивал на шее другой женщины тонкое, изящное колье — до боли знакомое.
То самое.
— Смотри, какое милое, — сказала она тогда, мимоходом, заметив его на витрине. — Мне бы пошло, да?
— Не выдумывай, — отмахнулся он.
А теперь это «не выдумывай» сверкало на чужой шее.
Он наклонился, поцеловал любовницу в плечо.
— С годовщиной, любимая.
И только тогда у Полины дрогнули губы.
Это не сон. Это — предательство.
Он не ошибся. Он выбрал.
И выбрал — не её.
А значит…
Пора, хотя бы раз в жизни, выбрать себя.
Её муж застёгивал на шее другой женщины тонкое, изящное колье — до боли знакомое.
То самое.
— Смотри, какое милое, — сказала она тогда, мимоходом, заметив его на витрине. — Мне бы пошло, да?
— Не выдумывай, — отмахнулся он.
А теперь это «не выдумывай» сверкало на чужой шее.
Он наклонился, поцеловал любовницу в плечо.
— С годовщиной, любимая.
И только тогда у Полины дрогнули губы.
Это не сон. Это — предательство.
Он не ошибся. Он выбрал.
И выбрал — не её.
А значит…
Пора, хотя бы раз в жизни, выбрать себя.
– Я скучал по тебе, – сказал мой муж. – У меня уже крыша едет. Всё это "муж и жена", "счастливая семья", – он хмыкнул, – цирк.
Цирк? Это он о нас? О нашей семье?
– Я тоже скучала, – промурлыкала незнакомка. – Ты мог бы поехать в отпуск со мной. Только вдвоём. Как нормальные любовники.
– Мы бы не смогли это скрыть. А так – ты под видом "одиночной релаксации", я с женой. Но не палюсь. Идеально.
Громкий поцелуй. Потом – короткая пауза.
И тогда… что-то во мне щёлкнуло. Я шагнула вперёд, резким движением отдёрнула занавеску. Смотрела на них и будто умерла.
На столике стояло ведёрко со льдом для напитков. Серебристое, блестящее. Я машинально схватила это ведро.
– Вам, кажется, нужно немного остыть, – произнесла я ровным, почти ласковым голосом.
И высыпала лёд на них.
Цирк? Это он о нас? О нашей семье?
– Я тоже скучала, – промурлыкала незнакомка. – Ты мог бы поехать в отпуск со мной. Только вдвоём. Как нормальные любовники.
– Мы бы не смогли это скрыть. А так – ты под видом "одиночной релаксации", я с женой. Но не палюсь. Идеально.
Громкий поцелуй. Потом – короткая пауза.
И тогда… что-то во мне щёлкнуло. Я шагнула вперёд, резким движением отдёрнула занавеску. Смотрела на них и будто умерла.
На столике стояло ведёрко со льдом для напитков. Серебристое, блестящее. Я машинально схватила это ведро.
– Вам, кажется, нужно немного остыть, – произнесла я ровным, почти ласковым голосом.
И высыпала лёд на них.
Толкаю дверь кабинета, не постучав… в конце концов, я его жена, – и мир рушится в одну секунду.
Максим стоит спиной ко мне, обнимая молодую девушку. Темно-русые волосы, изящная фигура, дорогой костюм. Они целуются так страстно, так интимно, что я понимаю… это не первый раз. Это не случайность, не минутная слабость. Это измена. Настоящая, осознанная измена.
Время останавливается. Девушка медленно отстраняется от него, но не выглядит смущенной. Наоборот, в ее глазах читается какое-то торжество, словно она только что выиграла важную битву.
– Лиза... – Максим делает шаг ко мне, но тон его голоса холодный, властный. – Какого черта ты здесь делаешь? Я же говорил… не приходи на работу без предупреждения!
Его слова бьют больнее, чем сама картина измены. Он застигнут с любовницей, а злится на меня за то, что я посмела нарушить его правила. За то, что я посмела застать его врасплох.
Максим стоит спиной ко мне, обнимая молодую девушку. Темно-русые волосы, изящная фигура, дорогой костюм. Они целуются так страстно, так интимно, что я понимаю… это не первый раз. Это не случайность, не минутная слабость. Это измена. Настоящая, осознанная измена.
Время останавливается. Девушка медленно отстраняется от него, но не выглядит смущенной. Наоборот, в ее глазах читается какое-то торжество, словно она только что выиграла важную битву.
– Лиза... – Максим делает шаг ко мне, но тон его голоса холодный, властный. – Какого черта ты здесь делаешь? Я же говорил… не приходи на работу без предупреждения!
Его слова бьют больнее, чем сама картина измены. Он застигнут с любовницей, а злится на меня за то, что я посмела нарушить его правила. За то, что я посмела застать его врасплох.
— Я должна была быть твоей женой, Лешенька, — обиженно шепчет Инга, моя младшая сестра, — почему ты ее выбрал?
Я застываю у приоткрытой двери нашей спальни.
— Потому что она залетела, — с неприязнью отвечает мой муж Алексей, — а я честный дурак…Вот и все.
— То есть… — охает Инга, — если я забеременею, то ты и на мне женишься?
Шуршат простыни, моя сестра хихикает, и я слышу, как Инга и Алексей с громким чавканьем целуются.
— Тогда предлагаю срочно поработать над бэбиком, — хрипло рычит Алексей, — у нас есть час.
Пришла с работы пораньше и застукала мужа с моей младшей сестрой, которую мы приютили на несколько месяцев, пока она ищет работу и квартиру.
Ох, родные мои, вы это зря.
Я застываю у приоткрытой двери нашей спальни.
— Потому что она залетела, — с неприязнью отвечает мой муж Алексей, — а я честный дурак…Вот и все.
— То есть… — охает Инга, — если я забеременею, то ты и на мне женишься?
Шуршат простыни, моя сестра хихикает, и я слышу, как Инга и Алексей с громким чавканьем целуются.
— Тогда предлагаю срочно поработать над бэбиком, — хрипло рычит Алексей, — у нас есть час.
Пришла с работы пораньше и застукала мужа с моей младшей сестрой, которую мы приютили на несколько месяцев, пока она ищет работу и квартиру.
Ох, родные мои, вы это зря.
Застав мужа с учительницей нашей дочери, я решаю не плакать в подушку. А отомстить предателю, который разрушил нашу семью. Скоро он ответит за все!
Рука сама тянется к ручке. Дверь не заперта. Приоткрываю ее на сантиметр. Щель.
И вижу.
Этого не может быть!
Мускулистая спина в идеально сидящей рубашке. Спина моего мужа. Игоря. Он стоит, слегка наклонившись вперед, спиной ко мне.
Он сильно прижимает ее к себе, держа за талию. А под ним мелькают темные растрепанные волосы. Я не вижу ее лица. Из-за спины мужа.
Захарова. Ее ноги, обтянутые в черные колготки, обвивают его поясницу. Ее руки впились в его плечи.
Пересыхает во рту так, что глотать невозможно. Воздух перестает поступать. Они так поглощены друг другом, что слепы и не слышат, как я приоткрыла дверь.
Как они могли?!
Прямо в школе?!
Это просто настоящая мерзость!
Мне противно до глубины души.
Рука сама тянется к ручке. Дверь не заперта. Приоткрываю ее на сантиметр. Щель.
И вижу.
Этого не может быть!
Мускулистая спина в идеально сидящей рубашке. Спина моего мужа. Игоря. Он стоит, слегка наклонившись вперед, спиной ко мне.
Он сильно прижимает ее к себе, держа за талию. А под ним мелькают темные растрепанные волосы. Я не вижу ее лица. Из-за спины мужа.
Захарова. Ее ноги, обтянутые в черные колготки, обвивают его поясницу. Ее руки впились в его плечи.
Пересыхает во рту так, что глотать невозможно. Воздух перестает поступать. Они так поглощены друг другом, что слепы и не слышат, как я приоткрыла дверь.
Как они могли?!
Прямо в школе?!
Это просто настоящая мерзость!
Мне противно до глубины души.
Два года назад я лишила его воспоминаний обо мне, стерла все, что нас связывало. Он не должен был вспомнить. Никогда. Я думала, что уничтожила нашу любовь раз и навсегда, но нет… Он вспомнил. И он вернулся. Хуже, чем раньше. Опаснее, чем я его знала.
❤️Остро, эротично, психологично
❤️Остро, эротично, психологично
Я мечтала провести самый спокойный отпуск в мире: море, книжка и полное отсутствие собак в радиусе ста километров. Мы с подругой это заслужили.
Но где я и мои планы, когда на тебя несётся пёс размером с тележку, а за ним сплошной тестостерон в лице его хозяина?!
И всё можно было пережить, если бы не одна, а точнее две, проблемки – я истерически боюсь собак и харизматичных мужчин!
А вот эта парочка, кажется, вообще ничего не боится? Или я ошибаюсь?
Придётся пуститься в плавь!
Но где я и мои планы, когда на тебя несётся пёс размером с тележку, а за ним сплошной тестостерон в лице его хозяина?!
И всё можно было пережить, если бы не одна, а точнее две, проблемки – я истерически боюсь собак и харизматичных мужчин!
А вот эта парочка, кажется, вообще ничего не боится? Или я ошибаюсь?
Придётся пуститься в плавь!
Выберите полку для книги