Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
— Павел… — выдавила я. — Что ты несёшь? Это же я… это я…
— Да. Именно ты. Гадина, которая пятнадцать лет имела мне мозги. Которая родила не от меня и сделала из меня клоуна на весь город.
— Это ложь! — сорвалось с меня. — Посмотри на него! Посмотри на Диму, он твой, он весь ты, с головы до ног…
— Заткнись! — рявкнул он. — Мне плевать, на кого он похож! Я видел тест! Видел бумагу! И хватит ломать из себя святую. Ты продалась, Марина. Или ты с самого начала просто нашла себе дойную корову? А?
Он подошёл ко мне так близко, что я почувствовала запах его кожи. Этот запах был когда-то домом. Утешением. Желанием. А теперь — стал ядом. Он плюнул мне под ноги.
— Скатертью дорога. И этого пацана с собой прихвати. Не хочу, чтобы мой дом больше вонял твоим предательством.
— Ему пять, — прошептала я. — Пять лет, Павел. Это твой сын.
— Не смей! — Он поднял руку — не ударил, но я инстинктивно отшатнулась. — Не смей! Он мне никто. Ноль. И ты — никто. Пошла вон! Ты... и твой ребенок!
— Да. Именно ты. Гадина, которая пятнадцать лет имела мне мозги. Которая родила не от меня и сделала из меня клоуна на весь город.
— Это ложь! — сорвалось с меня. — Посмотри на него! Посмотри на Диму, он твой, он весь ты, с головы до ног…
— Заткнись! — рявкнул он. — Мне плевать, на кого он похож! Я видел тест! Видел бумагу! И хватит ломать из себя святую. Ты продалась, Марина. Или ты с самого начала просто нашла себе дойную корову? А?
Он подошёл ко мне так близко, что я почувствовала запах его кожи. Этот запах был когда-то домом. Утешением. Желанием. А теперь — стал ядом. Он плюнул мне под ноги.
— Скатертью дорога. И этого пацана с собой прихвати. Не хочу, чтобы мой дом больше вонял твоим предательством.
— Ему пять, — прошептала я. — Пять лет, Павел. Это твой сын.
— Не смей! — Он поднял руку — не ударил, но я инстинктивно отшатнулась. — Не смей! Он мне никто. Ноль. И ты — никто. Пошла вон! Ты... и твой ребенок!
— Да, права ты, Валерка. Люди куролесить к нам приезжают, да на реке купаться, а этот явился неспроста. Игнатыч говорит, олигарх. Радуется, село, мол, поднимать будет. А на кой нам его поднимать? Чего тут делать?
— Вот-вот! Не зря ты его по хребту оргела, видимо, — хохочу, разгибая спину.
— Ты, Лерка, смейся, да не забывайся. Смотри мне, городские они знаешь, какие? — серьезно так поучает бабуля. — Могут и лапши на уши навешать, мол красавица, в город заберу, замуж позову, а на деле поиграет, да был таков.
— Ба! Ну ты чего? Какой город? Не нужен он мне, да и замуж я не собираюсь.
Ох, а бабуля ведь, как в воду глядела…
— Вот-вот! Не зря ты его по хребту оргела, видимо, — хохочу, разгибая спину.
— Ты, Лерка, смейся, да не забывайся. Смотри мне, городские они знаешь, какие? — серьезно так поучает бабуля. — Могут и лапши на уши навешать, мол красавица, в город заберу, замуж позову, а на деле поиграет, да был таков.
— Ба! Ну ты чего? Какой город? Не нужен он мне, да и замуж я не собираюсь.
Ох, а бабуля ведь, как в воду глядела…
Одна трагедия. Одна тайна. Один побег. И три шанса на счастье.
Она сбежала от боли, чтобы начать жизнь с чистого листа. И когда она уже поверила, что справиться, прошлое настигло ее. Лишь только маленький ангелок под сердцем снова заставляет ее обратиться за помощью. Но что будет, когда тот, от кого она бежала, узнает о ребенке?
Но не он один желает ее внимания. Бывший муж и бывший начальник тоже претендуют на Арину. Что выберет героиня - любовь и страсть, стабильность и предсказуемость, или надежное плечо и уверенность в завтрашнем дне?
Роман о силе материнства и трудном выборе, который определяет все.
Она сбежала от боли, чтобы начать жизнь с чистого листа. И когда она уже поверила, что справиться, прошлое настигло ее. Лишь только маленький ангелок под сердцем снова заставляет ее обратиться за помощью. Но что будет, когда тот, от кого она бежала, узнает о ребенке?
Но не он один желает ее внимания. Бывший муж и бывший начальник тоже претендуют на Арину. Что выберет героиня - любовь и страсть, стабильность и предсказуемость, или надежное плечо и уверенность в завтрашнем дне?
Роман о силе материнства и трудном выборе, который определяет все.
- Поблагодарить не хочешь? – спрашивает мужчина с лёгкой улыбкой.
- С-спасибо, - послушно говорю я.
- Только радоваться свободе особо не спеши. Теперь ты – моя пленница.
Полгода я провела в плену у собственного брата, криминального авторитета по прозвищу "Гризли". Чудом мне удалось спастись. Я спряталась в машине незнакомца, вырвалась на свободу. Вот только свобода эта длилась недолго...
- С-спасибо, - послушно говорю я.
- Только радоваться свободе особо не спеши. Теперь ты – моя пленница.
Полгода я провела в плену у собственного брата, криминального авторитета по прозвищу "Гризли". Чудом мне удалось спастись. Я спряталась в машине незнакомца, вырвалась на свободу. Вот только свобода эта длилась недолго...
Он – тёмная, циничная личность и опасный человек. Один его взгляд заставляет кровь стынуть в жилах, а душу – дрожать. Жизнь рухнула в одночасье, я вынуждена выйти замуж не за любимого, а за его старшего сводного брата.
Когда я выхожу в зал, то сразу замечаю девушку у окна. Она сидит в ультрамини-платье, вызывая на себя взгляды окружающих. Ей не больше двадцати лет: хорошенькая, но слишком искусственная. При виде меня она меняет позу, перекладывая ногу на ногу и демонстрируя, что именно она здесь - хозяйка положения.
- Вы кто? - спрашиваю у неё и даже бровь невольно приподнимаю. Мне даже в голову не приходит, что её появление как-то связано со Стасом.
- Я? - отвечает она, постукивая наманикюренным ноготком по краю чашки, словно оценивая, насколько резкой может быть со мной. - Любовница вашего мужа.
Её слова звучат с таким дерзким вызовом, что у меня возникает желание схватить её за шкирку, и, протащив по столу, выбросить вон из моей кофейни.
#измена #развод #сильная_героиня #месть #всем_по_заслугам #бумеранг
- Вы кто? - спрашиваю у неё и даже бровь невольно приподнимаю. Мне даже в голову не приходит, что её появление как-то связано со Стасом.
- Я? - отвечает она, постукивая наманикюренным ноготком по краю чашки, словно оценивая, насколько резкой может быть со мной. - Любовница вашего мужа.
Её слова звучат с таким дерзким вызовом, что у меня возникает желание схватить её за шкирку, и, протащив по столу, выбросить вон из моей кофейни.
#измена #развод #сильная_героиня #месть #всем_по_заслугам #бумеранг
– Когда мы ей расскажем?
– Ты с ума сошла? Если моя жена узнает, что ты беременна от меня, она убьёт нас обоих!
И всё бы ничего, но это был разговор моего мужа и... моей мамы.
– Ты с ума сошла? Если моя жена узнает, что ты беременна от меня, она убьёт нас обоих!
И всё бы ничего, но это был разговор моего мужа и... моей мамы.
Меня попросили подтянуть по предметам нового ученика. Кто ж знал, что к этой работе прилагается тесное общение с его наглым и высокомерным отцом-одиночкой.
Он раздражает, бесит меня неимоверно и… к моему ужасу, притягивает.
Алмазов хватает меня за локоть и тянет на себя. Его красиво лицо совсем близко. А жёсткий взгляд тёмных глаз внезапно смягчается. Он наклоняется и мне становится страшно. Страшно, что я сдамся этому наглецу без сопротивления.
- Я… я переезжала к вам, чтобы заниматься с вашим сыном. А вот это всё – лишнее.
- Так позанимайтесь и со мной Анна Евгеньевна, - говорит он и прижимает меня к себе.
Дыхание замирает. Я не хочу, но тянусь к этому опасному мужчине.
Если сдамся, падать будет очень больно. Но Боже… как же хочется сдаться…
- Я… я такое не преподаю, - говорю я, еле ворочая языком. – Я по другим предметам специалист.
Наглая усмешка играет на губах Алмазова.
- Тогда учить тебя буду я, Аня… готова к первому уроку?
Он раздражает, бесит меня неимоверно и… к моему ужасу, притягивает.
Алмазов хватает меня за локоть и тянет на себя. Его красиво лицо совсем близко. А жёсткий взгляд тёмных глаз внезапно смягчается. Он наклоняется и мне становится страшно. Страшно, что я сдамся этому наглецу без сопротивления.
- Я… я переезжала к вам, чтобы заниматься с вашим сыном. А вот это всё – лишнее.
- Так позанимайтесь и со мной Анна Евгеньевна, - говорит он и прижимает меня к себе.
Дыхание замирает. Я не хочу, но тянусь к этому опасному мужчине.
Если сдамся, падать будет очень больно. Но Боже… как же хочется сдаться…
- Я… я такое не преподаю, - говорю я, еле ворочая языком. – Я по другим предметам специалист.
Наглая усмешка играет на губах Алмазова.
- Тогда учить тебя буду я, Аня… готова к первому уроку?
— Господин! Она здесь!
Чёрные глаза шейха нашли меня сквозь стекло.
Всадник рванул дверцу джипа и выволок меня наружу. Я упала на колени в песок, который тут же набился в складки платья.
— Отпустите меня домой, пожалуйста! Меня пригласили сюда танцевать всего один танец... Я не ваша рабыня! Я русская девушка, приехала по работе, мне обещали...
— Молчать! — рявкнул охранник.
Самир аль-Джабир медленно объехал вокруг меня на коне. Жеребец ржал и бил копытами, поднимая песчаные вихри. Я понимала — это демонстрация силы, способ показать мне моё место.
Я чувствовала себя добычей, которую изучает хищник перед броском.
И тогда я впервые услышала его голос.
Низкий, хриплый, будоражащий…
— Взять её, — произнес он медленно, смакуя каждое слово. — Это сокровище теперь моё.
Пауза. Тишина пустыни, нарушаемая только храпом лошадей и завыванием ветра.
— Она принадлежит мне, — продолжил шейх, и его голос стал ещё опаснее. — Тот, кто посмеет противиться моей воле, будет убит.
Чёрные глаза шейха нашли меня сквозь стекло.
Всадник рванул дверцу джипа и выволок меня наружу. Я упала на колени в песок, который тут же набился в складки платья.
— Отпустите меня домой, пожалуйста! Меня пригласили сюда танцевать всего один танец... Я не ваша рабыня! Я русская девушка, приехала по работе, мне обещали...
— Молчать! — рявкнул охранник.
Самир аль-Джабир медленно объехал вокруг меня на коне. Жеребец ржал и бил копытами, поднимая песчаные вихри. Я понимала — это демонстрация силы, способ показать мне моё место.
Я чувствовала себя добычей, которую изучает хищник перед броском.
И тогда я впервые услышала его голос.
Низкий, хриплый, будоражащий…
— Взять её, — произнес он медленно, смакуя каждое слово. — Это сокровище теперь моё.
Пауза. Тишина пустыни, нарушаемая только храпом лошадей и завыванием ветра.
— Она принадлежит мне, — продолжил шейх, и его голос стал ещё опаснее. — Тот, кто посмеет противиться моей воле, будет убит.
— Он развелся, ты знала?
— Кто? — удивленно смотрю на подругу.
— Муж твой бывший. Со скандалом.
— Не знала.
И, если честно, не хотела бы знать. Три года прошло, как он вычеркнул меня из своей жизни и женился на другой. На той, которая была с ним рядом до меня и осталась после.
— Там такой скандал. Сын, которого он воспитывал, оказался не его. А еще… — Амина снижает голос до шепота. — У него не может быть детей, представляешь? Журналисты как-то раскопали конфиденциальную информацию.
— Что?
— То! Твой сын — единственный его наследник, а он о нем даже не знает.
***
Четыре года назад я стала для него предательницей. А теперь боюсь, что он узнает о единственном сыне, которого может иметь, и отберет у меня его. Так же, как когда-то забрал мое сердце.
— Кто? — удивленно смотрю на подругу.
— Муж твой бывший. Со скандалом.
— Не знала.
И, если честно, не хотела бы знать. Три года прошло, как он вычеркнул меня из своей жизни и женился на другой. На той, которая была с ним рядом до меня и осталась после.
— Там такой скандал. Сын, которого он воспитывал, оказался не его. А еще… — Амина снижает голос до шепота. — У него не может быть детей, представляешь? Журналисты как-то раскопали конфиденциальную информацию.
— Что?
— То! Твой сын — единственный его наследник, а он о нем даже не знает.
***
Четыре года назад я стала для него предательницей. А теперь боюсь, что он узнает о единственном сыне, которого может иметь, и отберет у меня его. Так же, как когда-то забрал мое сердце.
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги