Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «skachat»
Она готовит сердцем, он — разумом. Ксения не мыслит себя без живого огня и верности традициям, а Тимур привык всё контролировать с точностью до миллиграмма. Их вынужденное партнерство превращает профессиональную кухню в настоящее поле боя. Но чем острее их соперничество, тем невыносимее притяжение.
Рецепт этой истории: взять двух непримиримых врагов, добавить щепотку амбиций, щедро приправить взаимными подколами и... довести чувства до кипения. Осторожно: на этой кухне будет очень горячо!
Рецепт этой истории: взять двух непримиримых врагов, добавить щепотку амбиций, щедро приправить взаимными подколами и... довести чувства до кипения. Осторожно: на этой кухне будет очень горячо!
Ночь, лес, июль. Закончился очередной фестиваль по бугурту, и парни вышли к речке, где увидели, плывущие венки. Роман сам не понял зачем зашел в воду и выловил один из них, как будто его что-то подтолкнуло, и вот он уже по колено в воде, а в руках венок из белых цветов с черными ягодами. А на берегу на него испепеляюще смотрела юная девушка с черными глазами, требуя отдать ее венок!
- Хм, как там, кто выловит, тот и суженный? - с ухмылкой произнес он, глядя на нее. - Так вот, теперь он мой! А ты расти быстрее! - зачем-то сказал он.
Тогда, он еще не знал, как эта ночь перевернет его жизнь, особенно эта девчонка с черными глазами!
"Ночь на Ивана Купалу" - это легкий любовный роман в стенах университета. Студенческая жизнь переплетается с дружбой, любовью, приключениями, коварством и горькой ложью, которая больно ранит. Но самый главный вопрос, который держит в напряжении, сможет ли Роман через годы найти свою ночную нимфу, чей венок до сих пор лежит у него на полке?
- Хм, как там, кто выловит, тот и суженный? - с ухмылкой произнес он, глядя на нее. - Так вот, теперь он мой! А ты расти быстрее! - зачем-то сказал он.
Тогда, он еще не знал, как эта ночь перевернет его жизнь, особенно эта девчонка с черными глазами!
"Ночь на Ивана Купалу" - это легкий любовный роман в стенах университета. Студенческая жизнь переплетается с дружбой, любовью, приключениями, коварством и горькой ложью, которая больно ранит. Но самый главный вопрос, который держит в напряжении, сможет ли Роман через годы найти свою ночную нимфу, чей венок до сих пор лежит у него на полке?
Она живёт в тишине, которая когда-то была любовью. Елена — архитектор, реставрирующий старые здания и собственную жизнь, где трещины замазаны привычкой, а пустота между ней и мужем давно стала единственным звуком. Всё меняется, когда она встречает Илью — человека, который смотрит на мир как на живую конструкцию, где каждая трещина пропускает свет. Их случайный разговор в кафе становится зеркалом, в котором Елена впервые за годы видит себя не как функцию, а как тело, помнящее, что значит хотеть, дышать и быть настоящей.
Это роман не о разрушении брака и не о запретной страсти. Это история о возвращении к себе через другого — медленное, болезненное, неизбежное пробуждение, где каждая эротическая сцена становится не развлечением, а актом правды. Архитектурные метафоры переплетаются с телесностью, молчание оборачивается насилием, а тишина — не миром, а стеной, которую можно только проломить.
Это роман не о разрушении брака и не о запретной страсти. Это история о возвращении к себе через другого — медленное, болезненное, неизбежное пробуждение, где каждая эротическая сцена становится не развлечением, а актом правды. Архитектурные метафоры переплетаются с телесностью, молчание оборачивается насилием, а тишина — не миром, а стеной, которую можно только проломить.
Бывший вундеркинд, ныне композитор-невидимка, пишет музыку для чужих имён. Он заключает пари: за месяц сделать из случайной прохожей — циничной таксидермистки, ненавидящей фальшь, — поп-звезду. Но в процессе сам оказывается разобран на части её безжалостной честностью. Она видит его страх насквозь, он — её броню. А между ними такая химия, что ноты плавятся. Честно, трогает до мурашек, будоражит — не оторваться до последнего аккорда.
— Ты прибавила в весе, Ева, — его голос, когда-то заставлявший меня дрожать от нежности, теперь звучит как приговор.
— Я прибавила в значимости, Марк. А ты, я вижу, всё так же привык брать то, что тебе не принадлежит?
Три года назад он вышвырнул меня из своей жизни, как надоевшую игрушку. Его слова «ты меня больше не возбуждаешь» стали моим личным адом, в котором я сгорела дотла. В ту ночь я потеряла всё.
Теперь я вернулась. Я больше не та робкая девочка, прячущая формы в мешковатых свитерах. Я — та, кто может разрушить его империю одним росчерком пера. Я стала роскошной, уверенной и «слишком крупной» для его стандартов. Но почему тогда этот властный деспот смотрит на меня с таким голодным вожделением?
— Я прибавила в значимости, Марк. А ты, я вижу, всё так же привык брать то, что тебе не принадлежит?
Три года назад он вышвырнул меня из своей жизни, как надоевшую игрушку. Его слова «ты меня больше не возбуждаешь» стали моим личным адом, в котором я сгорела дотла. В ту ночь я потеряла всё.
Теперь я вернулась. Я больше не та робкая девочка, прячущая формы в мешковатых свитерах. Я — та, кто может разрушить его империю одним росчерком пера. Я стала роскошной, уверенной и «слишком крупной» для его стандартов. Но почему тогда этот властный деспот смотрит на меня с таким голодным вожделением?
– Мы расстаемся, Софья, – произнес он холодно и буднично.
Я моргнула, надеясь, что это какая-то дикая галлюцинация.
– Как? В каком смысле? Артур, если ты устал сегодня, может...
– Я ухожу от тебя навсегда, – перебил он, и каждое слово упало на пол тяжелым свинцовым слитком. – Наш брак закончен. Сегодня.
– Но почему?! – я почувствовала, как под ногами разверзается бездна. – Весь этот год… я не отходила от тебя ни на шаг. Я бросила работу, я жила твоими анализами, твоими упражнениями! Мы же выкарабкались вместе!
Артур сделал шаг вперед, и в его глазах вспыхнула ярость – холодная ярость человека, который ненавидит свидетельницу своей немощи.
– Вот именно поэтому, Софья. Ты была нужна, когда я не мог без тебя подняться. Когда я был куском мяса, не способным самостоятельно дойти до уборной. Но сейчас я здоров и больше не хочу жить рядом с женщиной, которая каждый день напоминает мне о моей прошлой слабости.
Я моргнула, надеясь, что это какая-то дикая галлюцинация.
– Как? В каком смысле? Артур, если ты устал сегодня, может...
– Я ухожу от тебя навсегда, – перебил он, и каждое слово упало на пол тяжелым свинцовым слитком. – Наш брак закончен. Сегодня.
– Но почему?! – я почувствовала, как под ногами разверзается бездна. – Весь этот год… я не отходила от тебя ни на шаг. Я бросила работу, я жила твоими анализами, твоими упражнениями! Мы же выкарабкались вместе!
Артур сделал шаг вперед, и в его глазах вспыхнула ярость – холодная ярость человека, который ненавидит свидетельницу своей немощи.
– Вот именно поэтому, Софья. Ты была нужна, когда я не мог без тебя подняться. Когда я был куском мяса, не способным самостоятельно дойти до уборной. Но сейчас я здоров и больше не хочу жить рядом с женщиной, которая каждый день напоминает мне о моей прошлой слабости.
Спускаясь по лестнице я споткнулся обо что-то. Чертово ведро, оно покатилось по ступенькам разбрызгивая воду. Этот грохот болью отзывался у меня в голове.
Повернув голову я увидел девушку. Наверное новая горничная, Аглая говорила мне, что им необходима ещё одна, чтобы разгрузить обязанности. Я был не против. Вообще плевать.
-Ты ещё кто-такая? – задал я вопрос этой испуганной мыши.
-Я новая горничная. Анна. – пропищала мне эта мышь.
Я очень хорошо расслышал её имя. Самое ненавистное имя на свете. Но всё равно захотелось, чтобы она повторила его ещё раз. Хотел насладиться её испугом.
Анна. Чёрт. Я её уже ненавижу только за имя. Мне захотелось унизить и сделать ей больно. Я желал этого.
Я со всей силы пнул то ведро и приказал ей всё убрать. Кажется, что мне стало легче...кажется я нашёл себе жертву.
Я ежедневно за ней следил. Как маньяк. Я подмечал всё. У меня везде есть камеры. Я параноик. Про некоторые камеры не знает никто из персонала.
Повернув голову я увидел девушку. Наверное новая горничная, Аглая говорила мне, что им необходима ещё одна, чтобы разгрузить обязанности. Я был не против. Вообще плевать.
-Ты ещё кто-такая? – задал я вопрос этой испуганной мыши.
-Я новая горничная. Анна. – пропищала мне эта мышь.
Я очень хорошо расслышал её имя. Самое ненавистное имя на свете. Но всё равно захотелось, чтобы она повторила его ещё раз. Хотел насладиться её испугом.
Анна. Чёрт. Я её уже ненавижу только за имя. Мне захотелось унизить и сделать ей больно. Я желал этого.
Я со всей силы пнул то ведро и приказал ей всё убрать. Кажется, что мне стало легче...кажется я нашёл себе жертву.
Я ежедневно за ней следил. Как маньяк. Я подмечал всё. У меня везде есть камеры. Я параноик. Про некоторые камеры не знает никто из персонала.
Один неверный шаг — и жизнь Максима полетела под откос: предательство, похищение Анны, угроза смерти. Чтобы спасти любимую и разоблачить преступную группировку, он вынужден вернуться в логово врага. Риск, ложь, погони — и всего один шанс на победу. Сможет ли он не оступиться снова?
Уборщик в загородном отеле был дьявольски красив и совершенно невыносим.
— Мисс Катастрофа, — шипел он.
— Мистер Зазнайка, — огрызалась я.
Как мы оказались в роскошном авто, разрывая друг на друге одежду, — загадка. Утром я сбегаю в его пальто, в кармане которого лежат часы, ценой в целое состояние.
И вот, через пять лет, мы вновь сталкиваемся у ворот детского сада, куда привели своих детей. Бывший уборщик — теперь богатый бизнесмен, и он ищет встречи со мною. Зачем? В любовь с первого взгляда я не верю.
Стоп! Или он хочет спросить о тех часах?
Ох, если бы он только знал истинную цену той ночи! Лучше я притворюсь, что мы никогда не встречались.
Дорогие читатели, новинка нуждается в вашей поддержке. Ставьте лайки, откладывайте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы, пишите отзывы. Ваш отклик важен для автора.
— Мисс Катастрофа, — шипел он.
— Мистер Зазнайка, — огрызалась я.
Как мы оказались в роскошном авто, разрывая друг на друге одежду, — загадка. Утром я сбегаю в его пальто, в кармане которого лежат часы, ценой в целое состояние.
И вот, через пять лет, мы вновь сталкиваемся у ворот детского сада, куда привели своих детей. Бывший уборщик — теперь богатый бизнесмен, и он ищет встречи со мною. Зачем? В любовь с первого взгляда я не верю.
Стоп! Или он хочет спросить о тех часах?
Ох, если бы он только знал истинную цену той ночи! Лучше я притворюсь, что мы никогда не встречались.
Дорогие читатели, новинка нуждается в вашей поддержке. Ставьте лайки, откладывайте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы, пишите отзывы. Ваш отклик важен для автора.
– ...Да, котенок, потерпи. Старик заглотил наживку. Он сам заставит ее сидеть дома. Ребенок – это наш золотой ключик, ты же знаешь. Захарову нужен надежный мужчина рядом, преемник, которому он сможет доверить империю.
Демьян сделал паузу, слушая эмоциональный ответ на том конце провода, а потом продолжил тем же уговаривающим голосом:
– Нику запрет дома материнство, а я с удовольствием стану для него тем сыном, которого у него никогда не было. Ты ведь сердилась, что меня вечно нет рядом. Еще немного, и мне не придется вкалывать за каждый миллион, разрываясь между городами – я получу доступ к его ресурсам и влиянию. У меня будет все время мира для тебя и дочки.
Демьян сделал паузу, слушая эмоциональный ответ на том конце провода, а потом продолжил тем же уговаривающим голосом:
– Нику запрет дома материнство, а я с удовольствием стану для него тем сыном, которого у него никогда не было. Ты ведь сердилась, что меня вечно нет рядом. Еще немного, и мне не придется вкалывать за каждый миллион, разрываясь между городами – я получу доступ к его ресурсам и влиянию. У меня будет все время мира для тебя и дочки.
Подборка книг
Выберите полку для книги