Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «predatelstvo»

Тринадцать лет брака. Тринадцать лет ада.
Анна знала: если муж ударит — надо молчать. Если муж злится — надо просить прощения.
Иначе будет хуже, иначе пострадает дочка.
Но однажды она совершила непростительную ошибку — снова забеременела.
Виктор Броневицкий не хотел второго ребенка. И его кулаки, нацеленные в живот, ясно дали понять, что он против беременности.
Анна выжила чудом.
И поняла, что если не сбежит, то в следующий раз, после следующих побоев уже не выживет.

Пять лет я выстрадала эти две полоски. Уколы, протоколы, ИКСИ, синяки на животе, надежда — и снова «к сожалению». Пять лет его мать называла меня пустоцветом. Бракованной. Безродной. А он молчал.

В тот день я наконец держала в руках положительный тест. Я заказала торт «Будущему папе», положила тест в конверт и поехала к мужу в офис — сказать, что у нас получилось.

На его столе лежал чужой тест. Тоже с двумя полосками.
— С ней получилось сразу, Варя, — сказал он спокойно, будто о погоде. — А с тобой я пять лет прожил рядом с пустой надеждой.

Он выбрал другую. Отправил меня «собрать вещи». Не спросив, зачем я приезжала. Не зная, что под сердцем у той, которую он назвал пустой надеждой, билось не одно сердце.
А два.

Он выгнал беременную жену ради чужого теста. Что он скажет, когда узнает, чего лишился — и кого потерял?

– Я хозяйка этого дома. А вы, как я поняла, та самая София… Или лучше сказать, бывшая?
Молодая блондинка в моём шёлковом халате придерживает округлившийся живот и смотрит на меня, как на воровку.
– Мам, знакомься, это Арья, моя невеста! – в дверях появляется сын с букетом. – Ну что, не ожидала?
Не ожидала. Ни беременной невесты, о которой слышу впервые. Ни того, что вечером найду её на нашей супружеской постели в одном кружевном белье.
– Соня, ты ревнуешь на пустом месте! – злится муж. – Эта девушка ждёт нашего внука!
Только почему она зовёт моего мужа просто Игорем, а не по отчеству?
Почему он вдруг полюбил сладкий парфюм, от которого раньше болела голова? И почему сын бледнеет каждый раз, когда его невеста начинает говорить?
Сегодня семейный праздник – серебряная свадьба. Двадцать пять лет любви!
Если бы я только заранее знала, какой «подарок» мне приготовили…

– Квартира оформлена на маму. Ты знаешь, мы так сделали из-за фирмы, чтобы не рисковать. Так что юридически ты там... ну, никак. Я не выгоняю, ты не думай. Но я считаю, тебе будет лучше пожить пока у своих. Мама переживает, у неё сердце. Не надо её сейчас дёргать.

Муж говорит это спокойно. Как будто объясняет, почему мы не поедем в отпуск.

Я смотрю на него и вижу: он не чувствует себя плохим. Совсем. Он приехал в роддом с любовницей на пятом месяце, чтобы сказать женщине, которая сутки назад чуть не умерла, что ей некуда идти, и он искренне считает, что поступает честно.

Мир качнулся перед моими глазами, когда я увидела, как моя сестра целует моего жениха.
Я не стала кричать.
Не устроила скандала.
Даже не удостоила предателя презрительным взглядом.
Я просто тихо вышла и закрыла за собой дверь…
Я думала, что смогу забыть их предательство. Простить — никогда. Но хотя бы перестать думать.
Мне казалось, у меня получилось, когда они прислали мне приглашение на свою свадьбу.

Мы женаты пять лет. И я узнаю, что у мужа есть сын, которому исполнилось два года.
***
— Сегодня приходила Фаина, — начинаю я, наблюдая за реакцией мужа.
Лицо каменеет. Челюсть сжимается. Несколько секунд молчания.
— Что она хотела?
— Рассказала про твоего сына, — отвечаю я. — Показала фотографии Тимура. Два года, Самир.
Он откидывается на спинку кресла, проводит рукой по лицу. Молчит. Я жду. Хочу услышать опровержение, объяснение, что это всё ложь. Но он молчит, и это молчание говорит больше любых слов.
— Это правда? — всё-таки спрашиваю я.
Он поднимает взгляд, смотрит прямо в глаза.
— Да. У меня есть сын.

— Я не знаю, по какой причине вас всех собрала Вика, но что бы это ни было, я хочу сообщить о другом. Мы разводимся. У меня другая женщина.
Пощечина. Звонкая пощечина. Именно так послышались мне его слова.
У меня другая женщина.
Я почувствовала на себе взгляды.
— Иди собирайся, Алиса, — голос Кости прозвучал буднично, почти нежно.
Сначала я не поняла. Не осознала, почему он обращается к моей младшей сестре. А потом… потом, когда она медленно поднялась из-за стола, даже не посмев взглянуть в мою сторону, бросила салфетку на салат, вышла, до меня постепенно начало доходить, что она и есть та «другая женщина»
***
В день, когда я хотела сообщить о беременности, мой муж сказал, что уходит к моей сестре. Я дала ему развод и родила ребенка, чтобы через год увидеть у порога бывшего на коленях.

Свекровь откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.
– Видела вчера Кариночку. Какая все-таки красавица. И умница. Работает, сама себя обеспечивает, за собой следит. И дома у нее всегда порядок. – сказала она о дочери своей подруги.
– Извините, но мне совершенно неинтересно, какая она хозяйка, где работает и насколько хорошо за собой следит. – ответила я, прекрасно понимая, что в жены своему сыну она хотела ту самую Карину, а не меня.
– Карина всегда Антону подходила. А ты мне никогда не нравилась.
Я почувствовала, что разговор наконец добрался до того, ради чего она на самом деле приехала.
– Скажите прямо, что вы хотите?
– Просто чтоб ты знала, Антон сейчас на моей даче. И Карина там. И, думаю, ты сама догадываешься, чем они там занимаются.

— Это непростительная ошибка. Мы прекрасно понимаем, как это скажется на вашей семье…
— Повторите ещё раз! — просит муж.
— Биоматериалы для оплодотворения вашей супруги были перепутаны в лаборатории.
Я хватаюсь за сердце:
— Как это возможно?
— Использованный материал принадлежал вашему полному тёзке. Наши лаборанты допустили непростительную ошибку, о которой мы узнали только сегодня.
Саша отключает вызов и начинает громко смеяться.
Не естественно, не радостно.
Смех, похожий на лай.
— Саша? — мой голос тонет в этом безумном хохоте.
— Всё, на хер! Ребёнок не мой. Собирай вещи и проваливай.

Брат подарил мне путёвку в горы.

— Всё оплачено, Ань. Тебе нужно только приехать в Домодедово к пяти утра.

На горной дороге машина остановилась. Слева — скала, справа — обрыв. Брат вывалился на гравий и не побежал. Он стоял в трёх шагах и смотрел, как я бью ладонью в стекло.

— Отеля не будет, — сказал водитель. — Мы едем к вашему новому мужу.

В прихожей чужого дома мне назвали сумму: семь миллионов двести тысяч. Долг моего брата. Деньги с него больше не требовали.

Вместо денег он привёз меня.

Я плюнула хозяину дома в лицо. Один из охранников шагнул ко мне, но хозяин остановил его голосом:

— Не трогать. Это моя женщина.

Он запретил своим людям трогать меня. Но отпускать не собирался.

Для него я уже была его женщиной. Моего согласия никто не спрашивал.

Я старший оперуполномоченный. Умею искать пропавших людей. Теперь мне нужно найти способ выбраться самой.

Всю жизнь я спасала брата.

А он спас себя — мной.