Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»

— Папа, а кто такая Ольга? — спрашивает дочка, отрываясь от телефона. — Пишет и пишет тебе! Играть не дает.
— Это коллега по работе, — отвечает муж, стараясь говорить спокойно, но я вижу, как нервно забегали его глаза. — Играй дальше. Не обращай внимания.
— Илья, развернись боком и обними животик Катюши… — командует Света, продолжая фотосессию.
Съемка идет дальше, вспышки слепят глаза, но эта Ольга почему-то из головы не выходит. Так звали первую любовь Ильи, наверное, поэтому я так странно реагирую.
— Пап, она опять пишет! — возмущается Адель, надув губки. — Ну сколько можно?! Я из-за неё уровень пройти не могу!
— Аделина, дай сюда телефон! — рыкает Илья, делая шаг вперед, чтобы забрать свой гаджет у дочки.
Но… Она уже читает сообщение. Вслух. Медленно, по слогам:
— Я до сих пор не мо-гу отой-ти… За-едешь се-год-ня?
Внутри всё холодеет.
Медленно перевожу взгляд на мужа.
— Илья… — начинаю я, но ком в горле мешает говорить. — Что это значит?

— Стерва! Ну и что, что разлил на тебя кофе, ототрись! Либо дай это сделать мне, — тянет ко мне свои мерзкие ручонки сосед.
— Пожалуйста! — кричу стюардессе. — Пересадите меня, иначе до конца поездки у меня будет нервный срыв! — умоляюще прошу девушку, потому что последний час с рядом сидящим мужчиной показался хуже ада!
— Конечно, — сообщает она, оглядывая его слега презрительным взглядом, — могу предложить вам место в бизнес-классе.
Схватив сумочку, я бегу за девушкой, не веря в свое счастье и мысленно благодаря того идиота, однако стоит только бортпроводнице указать мне новое место, я замираю, не силясь вдохнуть в легкие воздух.
Теперь я уже не знаю, что хуже. Лететь с извращенцем или…
Боже, я сейчас сойду с ума!
Гордый, высокомерный, раскинувшись в кресле, сидит он…
Мужчина, который когда-то был для меня всем! Пока не щадя не разрушил мою жизнь.

— Я не из тех, кто просто так раздает подарки, — холод в голосе Андрея промораживал до костей.
— О, я в курсе! — огрызнулась я, с трудом сдерживая дрожь.
Губы Андрея растянулись в опасной полуулыбке, полной обещаний. От его взгляда сердце засбоило.
— И я уже придумал, какую цену заплатишь ты…

***
Главный проект жизни Марины висит на волоске. Единственный, кто может его спасти, — Андрей Руднев. Ее бывший мужчина, а теперь всесильный олигарх. И новый… самый ужасный Босс!
Он диктует правила. Она вынуждена их принять. Но сможет ли Марина устоять, когда каждое напоминание о прошлом пробуждает не только боль, но и забытую страсть? Смогут ли они разобраться в старых ошибках, или искры между ними спалят все дотла?

— Катя… Это мой сын? — переводит он взгляд на меня.
Мурашки бегут по коже. Я не ожидала этой встречи.
Аслан — главврач в больнице, куда я привела Максимку.
— Вы ошиблись, извините. — я теряюсь и тут же разворачиваюсь в сторону выхода.
Нет уж. Это мой сын и ничей больше.
Семь лет прошло.
Семь лет, как я научилась жить заново, не оглядываясь на наше прошлое.
Семь лет, как не сказала главного, что у нас будет ребенок.
Я утаила этот секрет под сердцем, спрятала глубже, чем страх быть матерью одиночкой, глубже, чем обиду от его предательства.
Он бросил меня у всех на виду, опозорил на весь университет, сказав, что женится на другой.
И ушел.
А я осталась стоять, ощутив, что такое настоящий крах.
И вот теперь… спустя долгие годы, в этой гребанной больнице он стоит напротив меня, пытаясь докопаться до той истины, которая все это время ему была не нужна.
— Стой же, ответь! — слышу его голос за спиной.
— Это не твой сын.

В её шкатулке — театральный билет пятилетней давности, хрупкий засушенный цветок, одинокая мужская запонка и… фотография девушки, перечёркнутая красным.

В его жизни — престижная работа, уважение коллег, красивая любовница и… больная жена, которую он не может бросить.

С женой — жалость и тихое удушье вины. С любовницей — глоток воздуха и пьянящая иллюзия свободы. И каждый день — выбор, что всё больше напоминает ловушку.

Но однажды он находит её шкатулку…

— Тебе бы рот себе заклеить, чтобы ела меньше! — заявил мой муж, пойманный на измене с моей же тощей подругой.
Это была его роковая ошибка. Увесистая чугунная сковородка придала предателю отличное ускорение до самой лестничной клетки.

Остаться одной с ипотекой и сорванным отпуском? Обидно.
Плакать и худеть назло бывшему? Еще чего! Моя фигура меня полностью устраивает.
Впереди у меня генеральная уборка жизни и грандиозный ремонт в квартире.
Но от ненависти до любви, как говорится, один шаг.
И бывший муж, который вдруг решит вернуться, очень об этом пожалеет, потому что теперь меня защищает двухметровый сосед.

— Я поживу у вас до родов, — сказала она и поставила сумку на мой диван.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.

-Глупая девчонка, — рычит мужчина.
Следующий рывок лишает меня опоры. Затылком я врезаюсь в шершавую кладку так сильно, что перед глазами вспыхивают искры.
Но шок длится секунду. Инстинкт выживания заставляет биться дальше. Я царапаю жёсткую щетину на его щеке ногтями, пытаюсь пнуть коленом и барабаню кулаками по плечам. 
-Пусти, шайтан! — хриплю я, вкладывая в проклятие всю злость. — Клянусь, если тронешь — кровью умоешься!
Мои ругательства звучат жалко и отчаянно, но он просто игнорирует их. 
Мужчина прижимает меня к стене так плотно, что я чувствую биение его сердца. Его вторая рука жёстко фиксирует подбородок, разворачивая лицо к себе. Кажется, я задыхаюсь, грудь ходит ходуном. Отчаянно пытаюсь втянуть хоть каплю воздуха.
Внезапно его хватка ослабевает, а я делаю вдох… А потом плюю ему прямо в лицо.
- Шайтан тебя побери!
Я знаю, что за такое точно не поздоровится! 
И тогда он делает то, чего я никак не жду… Он наклоняется и впивается в мои губы жестоким, властным поцелуем.

— Послушайте. Я не сумасшедшая и не с улицы. Я прилетела из Краснодара. Всеволод мне муж, у нас двое детей, и я только вчера узнала, что он бывает здесь. Я не воевать приехала. Я приехала взглянуть вам в лицо.
Она слушала, склонив голову, вежливо и терпеливо, и это терпение было хуже всякого спора.
— Из Краснодара. — Она чуть улыбнулась, впервые, одними губами, и от этой жалостливой улыбки мне сделалось хуже, чем от любого крика. — Сева никогда не жил в Краснодаре. Он вырос в Твери, у него там мать. Вы что-то путаете.
Тверь. Мать в Твери.
Его мать Нонна тридцать лет живёт под Ростовом и пьёт чай только из своей чашки, никому не даёт. А для этой женщины он выдумал себе Тверь и другую мать, как выдумывают героя в книжке.
И вот это оказалось страшнее всего. Не что он завёл вторую. А что он выстроил ей целую отдельную жизнь, до последней мелочи, до города, которого у нас никогда не было.

– Я люблю тебя! – муж говорит по телефону. – Она лишь замена. Копия. А ты – оригинал.
Слова режут, словно осколки стекла. Я стою, как парализованная, не в силах пошевелиться.
Вася поворачивается, замечает меня в дверях.
– Я все слышала... – выдыхаю с горечью.
– Слышала… – муж обреченно опускается на стул. – Что же, так даже лучше.
– Погоди, то есть, все это правда? Ты действительно собираешь вернуть бывшую жену? А я, то есть, уже не нужна? Твоя дочь выросла, зачем теперь нянька в лице дурочки Любы? – грустно усмехаюсь.
Разворачиваюсь и иду к выходу, не желая больше видеть его лица.
Но мужу мало. Он решил добить меня окончательно.
– Если тебя это утешит, я готов компенсировать материально твои услуги воспитателя для моей дочери.

В 35 я оказалась на обочине жизни. Любимый муж предал, вернулся к бывшей, а его дочка, девочка, которую вырастила с пеленок, теперь ненавидит меня.
Кажется, просвета не будет, но на помощь приходит тот, кого когда-то я считала ошибкой юности...