Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»
Продать бабушкину квартиру? Отдать все накопления? Терпеть насмешки и смотреть, как «идеальный» муж отдаляется с каждым днем?
Я была готова на всё ради сохранения семьи. Списывала его холодность на тяжелую работу, а постоянные ссоры — на свои гормоны после родов. Я отчаянно пыталась загладить вину за то, что «не соответствую» его стандартам.
Пока одна случайная находка и пара чужих сообщений не привели меня к дверям загородного домика.
То, что я там увидела, выжгло мою слепую любовь дотла. Все мои двадцать четыре года жизни оказались построенными на циничной, страшной лжи.
Вот только они рано радовались, списав меня со счетов. Когда за моей спиной встанет настоящая семья, а на пороге появится тот, кто научит меня снова дышать, предателям придется ответить за каждую мою слезу.
Я была готова на всё ради сохранения семьи. Списывала его холодность на тяжелую работу, а постоянные ссоры — на свои гормоны после родов. Я отчаянно пыталась загладить вину за то, что «не соответствую» его стандартам.
Пока одна случайная находка и пара чужих сообщений не привели меня к дверям загородного домика.
То, что я там увидела, выжгло мою слепую любовь дотла. Все мои двадцать четыре года жизни оказались построенными на циничной, страшной лжи.
Вот только они рано радовались, списав меня со счетов. Когда за моей спиной встанет настоящая семья, а на пороге появится тот, кто научит меня снова дышать, предателям придется ответить за каждую мою слезу.
⭐ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА⭐
⭐САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ⭐
— Я беременна, — говорю я.
Сергей смотрит на меня несколько секунд.
Мне сорок два. Наши дети уже взрослые. Когда-то Сергей в шутку сказал, что третий ребенок в нашей семье будет лишним. Теперь мне страшно узнать, шутил ли он. Я все равно надеялась, что сейчас он улыбнется.
Но Сергей пришел домой не за этой новостью.
— Алис, я давно тебя не люблю.
— Что?
— У меня другая женщина. Почти год.
А потом он все-таки говорит о ребенке:
— Ты знаешь что нужно сделать. Не усложняй мне жизнь.
Я ухожу к матери, потому что больше идти некуда.
И слышу от нее:
— Ну слава богу. Сейчас тебе ребенок совсем ни к чему.
⭐САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ⭐
— Я беременна, — говорю я.
Сергей смотрит на меня несколько секунд.
Мне сорок два. Наши дети уже взрослые. Когда-то Сергей в шутку сказал, что третий ребенок в нашей семье будет лишним. Теперь мне страшно узнать, шутил ли он. Я все равно надеялась, что сейчас он улыбнется.
Но Сергей пришел домой не за этой новостью.
— Алис, я давно тебя не люблю.
— Что?
— У меня другая женщина. Почти год.
А потом он все-таки говорит о ребенке:
— Ты знаешь что нужно сделать. Не усложняй мне жизнь.
Я ухожу к матери, потому что больше идти некуда.
И слышу от нее:
— Ну слава богу. Сейчас тебе ребенок совсем ни к чему.
Один месяц с майором Макаровым сделал меня лучшим военкором. Неделя подарила иллюзию любви. Одна ночь - сына, и разбила сердце вдребезги.
Шесть лет назад он безжалостно заявил, что женщина на войне - обуза, а наша близость - сброс напряжения. Я уехала, захлебываясь ненавистью, поклявшись вычеркнуть его из жизни.
И вот мы снова в аду. Мой конвой разбит, а из-под огня меня выдёргивает Макаров. Мы отрезаны от своих в руинах, и я ненавижу его и мечтаю лишь об одном: вернуться к сыну. Но экран телефона загорается во тьме, выдавая мою тайну.
- Чей это ребёнок? – требует ответа майор.
Снаружи грохочут взрывы, но я слышу лишь его голос.
- Верни! - пытаюсь вырвать телефон.
- У него мои глаза, Аня, - он перехватывает мои запястья. - Считаем месяцы? Чей это сын?
- Мой! - кричу в лицо. - Ты сам сказал, что семья - смерть для бойца!
- Я сказал это, чтобы ты села в вертолет и выжила, дурочка! - рычит он. – Если мы выберемся, я заберу своё: вас обоих.
Шесть лет назад он безжалостно заявил, что женщина на войне - обуза, а наша близость - сброс напряжения. Я уехала, захлебываясь ненавистью, поклявшись вычеркнуть его из жизни.
И вот мы снова в аду. Мой конвой разбит, а из-под огня меня выдёргивает Макаров. Мы отрезаны от своих в руинах, и я ненавижу его и мечтаю лишь об одном: вернуться к сыну. Но экран телефона загорается во тьме, выдавая мою тайну.
- Чей это ребёнок? – требует ответа майор.
Снаружи грохочут взрывы, но я слышу лишь его голос.
- Верни! - пытаюсь вырвать телефон.
- У него мои глаза, Аня, - он перехватывает мои запястья. - Считаем месяцы? Чей это сын?
- Мой! - кричу в лицо. - Ты сам сказал, что семья - смерть для бойца!
- Я сказал это, чтобы ты села в вертолет и выжила, дурочка! - рычит он. – Если мы выберемся, я заберу своё: вас обоих.
— Никогда бы не подумал, Валерия, что под вашим поварским кителем скрываются крылья.
Вот только этого мне не хватало! Выйти вместо заболевшей модели на подиум в образе «Рубинового ангела» — и обнаружить в первом ряду собственного босса.
Глеб Арсеньев и прежде не давал мне спокойно работать: браковал сметы, требовал сократить расходы, а теперь и вовсе собирается закрыть кондитерский цех, которому я отдала несколько лет. Единственный шанс спасти его — подготовить для гостиничного комплекса фестиваль романтических десертов и доказать, что моё дело приносит прибыль.
Проблема в том, что заниматься фестивалем придётся вместе с Глебом. После того злосчастного показа он смотрит на меня совсем не так, как раньше, дегустации становятся всё горячее, а наши споры всё чаще заканчиваются опасно близко друг к другу.
Но БОССУ придётся усвоить главное: я могу приготовить для него любой десерт.
Только сама им не являюсь.
Вот только этого мне не хватало! Выйти вместо заболевшей модели на подиум в образе «Рубинового ангела» — и обнаружить в первом ряду собственного босса.
Глеб Арсеньев и прежде не давал мне спокойно работать: браковал сметы, требовал сократить расходы, а теперь и вовсе собирается закрыть кондитерский цех, которому я отдала несколько лет. Единственный шанс спасти его — подготовить для гостиничного комплекса фестиваль романтических десертов и доказать, что моё дело приносит прибыль.
Проблема в том, что заниматься фестивалем придётся вместе с Глебом. После того злосчастного показа он смотрит на меня совсем не так, как раньше, дегустации становятся всё горячее, а наши споры всё чаще заканчиваются опасно близко друг к другу.
Но БОССУ придётся усвоить главное: я могу приготовить для него любой десерт.
Только сама им не являюсь.
Я дала себе слово, больше никаких военных в моей жизни!
Мой бывший вернулся из командировки другим человеком. А через год просто ушёл. К другой. Как будто три года брака — это черновик, который можно выбросить и начать заново.
С тех пор я работаю только с гражданскими. Простое, железное правило.
А потом Гарик приводит мне нового клиента.
— Мне нужен нормальный инструктор, а не человек, который будет со мной сюсюкать, — говорит он с порога, глядя на меня, как на пустое место.
— Договорились, — отвечаю я. — Я не умею сюсюкаться. У меня для этого никогда не было ни времени, ни желания.
Полковник спецназа. Герой. Награждён.
И бледнеет от одного звука мотоцикла на соседней улице.
Я должна была просто научить его водить. Пятнадцать занятий, тройной тариф, никаких личных вопросов.
Не должна была видеть, как за его ледяным взглядом прячется человек, который до сих пор винит себя за смерть друга.
Мой бывший вернулся из командировки другим человеком. А через год просто ушёл. К другой. Как будто три года брака — это черновик, который можно выбросить и начать заново.
С тех пор я работаю только с гражданскими. Простое, железное правило.
А потом Гарик приводит мне нового клиента.
— Мне нужен нормальный инструктор, а не человек, который будет со мной сюсюкать, — говорит он с порога, глядя на меня, как на пустое место.
— Договорились, — отвечаю я. — Я не умею сюсюкаться. У меня для этого никогда не было ни времени, ни желания.
Полковник спецназа. Герой. Награждён.
И бледнеет от одного звука мотоцикла на соседней улице.
Я должна была просто научить его водить. Пятнадцать занятий, тройной тариф, никаких личных вопросов.
Не должна была видеть, как за его ледяным взглядом прячется человек, который до сих пор винит себя за смерть друга.
— Ты знал, что мой муж едет к любовнице. И сам дал ему машину.
— Знал.
— Тогда какого чёрта ты теперь живёшь в моём доме?
Демьян смотрит на меня слишком спокойно.
— Потому что ты четыре года ненавидишь меня за половину правды.
Я была уверена, что подполковник Крылов помог моему мужу уйти к другой.
Теперь мы вынуждены жить под одной крышей.
И чем ближе становится мой враг, тем страшнее узнать, что именно мой бывший муж скрывал все эти годы.
— Знал.
— Тогда какого чёрта ты теперь живёшь в моём доме?
Демьян смотрит на меня слишком спокойно.
— Потому что ты четыре года ненавидишь меня за половину правды.
Я была уверена, что подполковник Крылов помог моему мужу уйти к другой.
Теперь мы вынуждены жить под одной крышей.
И чем ближе становится мой враг, тем страшнее узнать, что именно мой бывший муж скрывал все эти годы.
АКЦИЯ! Только СЕГОДНЯ бесплатно!
— Рената, не унижайся. Я не собирался уходить из семьи.
— Четыре года ты спал с моей лучшей подругой. И теперь предлагаешь мне успокоиться?
— У нас сын, клиника, двадцать лет брака. Ты ведь не станешь всё рушить из-за Таисии?
Таисия держала меня за руку после выкидыша, крестила моего сына и знала все тайны нашей семьи.
А потом я узнала, что они с мужем скрывали от меня не только измену.
Арсений уверен, что я поплачу и прощу. Особенно когда узнаю, что он сделал с нашей клиникой.
Только на этот раз плакать придётся ему.
— Рената, не унижайся. Я не собирался уходить из семьи.
— Четыре года ты спал с моей лучшей подругой. И теперь предлагаешь мне успокоиться?
— У нас сын, клиника, двадцать лет брака. Ты ведь не станешь всё рушить из-за Таисии?
Таисия держала меня за руку после выкидыша, крестила моего сына и знала все тайны нашей семьи.
А потом я узнала, что они с мужем скрывали от меня не только измену.
Арсений уверен, что я поплачу и прощу. Особенно когда узнаю, что он сделал с нашей клиникой.
Только на этот раз плакать придётся ему.
🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰
Здесь должна быть красивая и говорящая аннотация, но её не будет.
Вместо этого будет сильный парень, который не сразу поймет, что держит в руках своё счастье.
А ещё - нежная юная девчонка, которая совершенно (вот совсем ни капельки!) не верит в любовь.
И, конечно же, куда без друзей?! Все ли они окажутся настоящими - покажет время.
Здесь должна быть красивая и говорящая аннотация, но её не будет.
Вместо этого будет сильный парень, который не сразу поймет, что держит в руках своё счастье.
А ещё - нежная юная девчонка, которая совершенно (вот совсем ни капельки!) не верит в любовь.
И, конечно же, куда без друзей?! Все ли они окажутся настоящими - покажет время.
— Где ты был ночью? — жена встретила меня с порога претензиями. — Андрей!
— Я был с другой женщиной, — отвечаю, глядя ей в глаза. — Врать не буду. Изменил.
— Что ты сказал? — она явно не верит в услышанное.
— Повторю для глухих, Лена. Я тебе изменил.
Бытовуха, дети, вечные претензии и вечно виноватый я.
Я устал терпеть и однажды сорвался.
Закрутил роман с симпатичной секретаршей, не подозревая, к чему приведет моя измена.
Жалею ли я? Конечно.
Но это совсем не значит, что жена сможет меня простить.
— Я был с другой женщиной, — отвечаю, глядя ей в глаза. — Врать не буду. Изменил.
— Что ты сказал? — она явно не верит в услышанное.
— Повторю для глухих, Лена. Я тебе изменил.
Бытовуха, дети, вечные претензии и вечно виноватый я.
Я устал терпеть и однажды сорвался.
Закрутил роман с симпатичной секретаршей, не подозревая, к чему приведет моя измена.
Жалею ли я? Конечно.
Но это совсем не значит, что жена сможет меня простить.
– Тимофей, что-то случилось? Пожалуйста, не закрывайся от меня и скажи как есть. Ты в последнее время сам не свой. То весёлый, то замкнутый. Что происходит?
– Я полюбил другую женщину.
– Что? – Губы почему-то сами собой растянулись в улыбке, словно в ожидании, что Тимофей тут же добавит, что это глупая шутка и мы вместе посмеёмся.
– Я полюбил другую женщину, – снова повторил эти четыре ужасных слова, – Мне жаль... Всё получилось само собой. И я не могу с этим бороться. Понимаешь? Не могу. Прости.
С губ сорвался нервный смешок.
– А, ну раз тебе жаль, то я тебя прощаю! Какая же ты сволочь!
– Руслана, только не кричи. Мне самому всё это неприятно и я...
– Ну да, ну да. Сердцу не прикажешь. Но ответь только на один вопрос, ты с ней спал? А, всё, можешь не отвечать, я и так всё вижу по твоему лицу. Ты с ней спал.
– Успокойся...
– Я полюбил другую женщину.
– Что? – Губы почему-то сами собой растянулись в улыбке, словно в ожидании, что Тимофей тут же добавит, что это глупая шутка и мы вместе посмеёмся.
– Я полюбил другую женщину, – снова повторил эти четыре ужасных слова, – Мне жаль... Всё получилось само собой. И я не могу с этим бороться. Понимаешь? Не могу. Прости.
С губ сорвался нервный смешок.
– А, ну раз тебе жаль, то я тебя прощаю! Какая же ты сволочь!
– Руслана, только не кричи. Мне самому всё это неприятно и я...
– Ну да, ну да. Сердцу не прикажешь. Но ответь только на один вопрос, ты с ней спал? А, всё, можешь не отвечать, я и так всё вижу по твоему лицу. Ты с ней спал.
– Успокойся...
Выберите полку для книги