Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»
После двух лет московской гонки я наконец-то вырвался в родной город — к маме, к привычному уюту, к долгожданному отдыху.
Идеальный план «приехать и отдохнуть» рухнул в одну секунду, когда на пороге появилась Ксюша — моя бывшая подруга детства.
И теперь вместо отдыха меня ждут бессонные ночи, горы памперсов и баночки с детским пюре.
Я, как настоящий друг, вызвался посидеть с её сыном.
Но есть одна деталь, которая не даёт мне покоя: этот маленький человечек… до жути похож на меня.
И он заставляет меня пересмотреть всё, к чему я так стремился все эти годы.
Идеальный план «приехать и отдохнуть» рухнул в одну секунду, когда на пороге появилась Ксюша — моя бывшая подруга детства.
И теперь вместо отдыха меня ждут бессонные ночи, горы памперсов и баночки с детским пюре.
Я, как настоящий друг, вызвался посидеть с её сыном.
Но есть одна деталь, которая не даёт мне покоя: этот маленький человечек… до жути похож на меня.
И он заставляет меня пересмотреть всё, к чему я так стремился все эти годы.
Из кресла генерального директора — прямиком в навоз. Буквально. Я очнулась в теле нищей крестьянки, чью семью вот-вот пустят по миру. Вокруг суровое Средневековье, где у женщины нет прав, зато обязанностей — хоть отбавля.
Но они еще не знают, с кем связались. Мой характер закален квартальными отчетами и жесткими переговорами. Начну с агробизнеса: научу местных правильно сеять, открою передовое производство и заставлю всю округу скупать мою продукцию.
Скоро обо мне заговорят при дворе. Главное — не попасться на костер за «ведьмовство» и удержать оборону против одного невыносимого аристократа, который твердо решил разгадать секрет моего успеха... и моего сердца.
Но они еще не знают, с кем связались. Мой характер закален квартальными отчетами и жесткими переговорами. Начну с агробизнеса: научу местных правильно сеять, открою передовое производство и заставлю всю округу скупать мою продукцию.
Скоро обо мне заговорят при дворе. Главное — не попасться на костер за «ведьмовство» и удержать оборону против одного невыносимого аристократа, который твердо решил разгадать секрет моего успеха... и моего сердца.
— Не будем ходить вокруг да около, Марья Дмитриевна, – мужчина расслабленно откидывается на своем сиденье. - Я успел понять, что вы находитесь в затруднительном денежном положении. Потому предлагаю вам сделку. На то время, что дед будет здесь обитать, вы будете играть мою девушку. За это я щедро вас отблагодарю.
— Вы меня купить пытаетесь?
— Это взаимовыгодное предложение.
— А моральная сторона вопроса вас совершенно не волнует?
— Я же сказал, между нами ничего не будет. Если хотите знать, вы вообще не в моем вкусе.
Да, это именно то, что я хотела знать! Очень помогает повышению самооценки!
— Тогда какого черта вы меня в это все втягиваете?
— По необъяснимой причине вы нравитесь моему деду. А мне очень нужно его расположение, чтобы получить наследство.
— Вы меня купить пытаетесь?
— Это взаимовыгодное предложение.
— А моральная сторона вопроса вас совершенно не волнует?
— Я же сказал, между нами ничего не будет. Если хотите знать, вы вообще не в моем вкусе.
Да, это именно то, что я хотела знать! Очень помогает повышению самооценки!
— Тогда какого черта вы меня в это все втягиваете?
— По необъяснимой причине вы нравитесь моему деду. А мне очень нужно его расположение, чтобы получить наследство.
«Хочешь узнать страшную тайну своего мужа? Приходи...»
Одна анонимная записка разделила мою жизнь на «до» и «после».
Пока я проходила бесконечные ЭКО, мечтая подарить мужу ребёнка, он развлекался на закрытых вечеринках с десятками женщин. И уже много лет виртуозно делал из меня дуру.
Он думал, что я тихо подпишу развод или продолжу жить в счастливом неведении.
Но он сильно ошибся.
Я помогла ему построить империю. Значит, знаю, как её разрушить.
Потому что предательство нужно не прощать.
За него нужно выставлять счёт.
И мой муж заплатит по нему сполна.
Одна анонимная записка разделила мою жизнь на «до» и «после».
Пока я проходила бесконечные ЭКО, мечтая подарить мужу ребёнка, он развлекался на закрытых вечеринках с десятками женщин. И уже много лет виртуозно делал из меня дуру.
Он думал, что я тихо подпишу развод или продолжу жить в счастливом неведении.
Но он сильно ошибся.
Я помогла ему построить империю. Значит, знаю, как её разрушить.
Потому что предательство нужно не прощать.
За него нужно выставлять счёт.
И мой муж заплатит по нему сполна.
— Катя, я всё объясню! Аня — это прошлое, а ребенок… ну так вышло! — трусливо шепчет мой гражданский муж, пока его тайная семья ждет в салоне.
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?
Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?
Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?
Стрижи. Вестники лета. Их дом — небо. Их жизнь — полёт на головокружительной скорости. Они знают: чтобы взлететь, порой нужно оказаться на краю пропасти…
А Анфиса — лучше бы пристегнуться.
В общем, план был гениален, как все плохие планы. Анфиса должна была притвориться невестой друга на юбилее его бабушки. Что могло пойти не так? Ответ: абсолютно всё.
Рейс задержали, такси сломалось, вместо тёплого приёма её встретили как воровку. Но главным в череде её катастроф стал ОН — брат «жениха». Красивый как грех и подозрительный как дьявол.
Их противостояние — опасный танец на грани лжи и страсти, игра, полная колкостей и неудержимого притяжения. И ставки высоки как никогда: он твёрдо намерен сорвать с неё маску, она — доиграть свою роль до конца.
Но чем дольше они играют, тем сильнее их тянет друг к другу, поднимая на опасную высоту, где ложь уже не важна, а их чувства — и есть небо. Выше… только стрижи.
А Анфиса — лучше бы пристегнуться.
В общем, план был гениален, как все плохие планы. Анфиса должна была притвориться невестой друга на юбилее его бабушки. Что могло пойти не так? Ответ: абсолютно всё.
Рейс задержали, такси сломалось, вместо тёплого приёма её встретили как воровку. Но главным в череде её катастроф стал ОН — брат «жениха». Красивый как грех и подозрительный как дьявол.
Их противостояние — опасный танец на грани лжи и страсти, игра, полная колкостей и неудержимого притяжения. И ставки высоки как никогда: он твёрдо намерен сорвать с неё маску, она — доиграть свою роль до конца.
Но чем дольше они играют, тем сильнее их тянет друг к другу, поднимая на опасную высоту, где ложь уже не важна, а их чувства — и есть небо. Выше… только стрижи.
Отправив меня за документами, муж уединился в подсобке с миленькой медсестрой, бросив нашего сына без присмотра.
Я успела вернуться вовремя, чтобы спасти сына и услышать, что именно муж говорит обо мне и нашем ребенке. Медсестра не забывала ему сочувствовать.
Красивое завершение супружеской жизни, правда?
А затем решив, что он сильно настрадался в браке со мной, отобрал квартиру, мои вещи выкинул на помойку, и улетел с любовницей на Бали.
Но жизнь — та ещё насмешница. Когда ты на дне, она может подкинуть сюрприз. Мне повстречался Арсений— грубый, огромным мужик, который с первого взгляда показался мне опасным. Он ходил в дорогих костюмах, говорил, как бандит, и смотрел так, будто видел меня насквозь.
Я не верила мужчинам.
Я не искала новую любовь. Я искала силы выжить.
Я успела вернуться вовремя, чтобы спасти сына и услышать, что именно муж говорит обо мне и нашем ребенке. Медсестра не забывала ему сочувствовать.
Красивое завершение супружеской жизни, правда?
А затем решив, что он сильно настрадался в браке со мной, отобрал квартиру, мои вещи выкинул на помойку, и улетел с любовницей на Бали.
Но жизнь — та ещё насмешница. Когда ты на дне, она может подкинуть сюрприз. Мне повстречался Арсений— грубый, огромным мужик, который с первого взгляда показался мне опасным. Он ходил в дорогих костюмах, говорил, как бандит, и смотрел так, будто видел меня насквозь.
Я не верила мужчинам.
Я не искала новую любовь. Я искала силы выжить.
«В основе счастливого брака лежит доверие»
Cмотрю на эти слова на плакате свадебной выставки, пока мой жених обнимает меня и с улыбкой рассуждает о нашей будущей свадьбе.
А потом поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с мужчиной, которого не видела семь лет.
Это как удар молнии.
Когда-то нас развело предательство. Я уехала на другой конец страны, собрала себя по кусочкам и научилась жить заново.
Теперь я выхожу замуж за надежного, правильного мужчину.
Очевидно, мой бывший тоже времени зря не терял. С ним красивая девушка. Интересно, какая по счету?
Хотя нет, мне он не интересен.
Главное – больше никогда с ним не встречаться.
Cмотрю на эти слова на плакате свадебной выставки, пока мой жених обнимает меня и с улыбкой рассуждает о нашей будущей свадьбе.
А потом поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с мужчиной, которого не видела семь лет.
Это как удар молнии.
Когда-то нас развело предательство. Я уехала на другой конец страны, собрала себя по кусочкам и научилась жить заново.
Теперь я выхожу замуж за надежного, правильного мужчину.
Очевидно, мой бывший тоже времени зря не терял. С ним красивая девушка. Интересно, какая по счету?
Хотя нет, мне он не интересен.
Главное – больше никогда с ним не встречаться.
– У нас с тобой обязательно будет малыш, слышишь? – муж гладит рукой мои волосы, любовно заглядывая в глаза. – То есть, он уже есть, – произносит торжественно.
– В смысле… Что? – переспрашиваю, на тысячу процентов уверенная в том, что неверно поняла мужа.
– У нас с тобой родился ребёнок. Вчера. Представляешь? – восторгу Марка нет предела.
– Марк, ты в себе? – спрашиваю с подозрением. – Я не понимаю тебя… Ты нашёл суррогатную мать и использовал донорский материал? – пытаюсь хоть как-то расставить точки над «i», раз муж сам не в состоянии.
Другого варианта завести совместного ребёнка у нас нет из-за этой проклятой несовместимости.
– Суррогатную мать? Нет, конечно, всё было сделано естественным образом. Не доверяю пробиркам, – морщится.
Я узнала, что у мужа есть ребёнок от другой женщины. И была готова просто уйти, но он оказался против.
Он хочет, чтобы я воспитывала его сына, как своего собственного, а любовница обучила меня, как следить за малышом…
– В смысле… Что? – переспрашиваю, на тысячу процентов уверенная в том, что неверно поняла мужа.
– У нас с тобой родился ребёнок. Вчера. Представляешь? – восторгу Марка нет предела.
– Марк, ты в себе? – спрашиваю с подозрением. – Я не понимаю тебя… Ты нашёл суррогатную мать и использовал донорский материал? – пытаюсь хоть как-то расставить точки над «i», раз муж сам не в состоянии.
Другого варианта завести совместного ребёнка у нас нет из-за этой проклятой несовместимости.
– Суррогатную мать? Нет, конечно, всё было сделано естественным образом. Не доверяю пробиркам, – морщится.
Я узнала, что у мужа есть ребёнок от другой женщины. И была готова просто уйти, но он оказался против.
Он хочет, чтобы я воспитывала его сына, как своего собственного, а любовница обучила меня, как следить за малышом…
Я поднимаю на него взгляд. Глазам больно от бьющего в лицо света.
— Игнат… — собственный голос кажется мне чужим.
Он делает ещё пару шагов ко мне. Грозный взгляд прилипает к Машеньке.
— Это… твоё? — он произносит слова с таким отвращением, как будто спрашивает о неизлечимой болезни.
Смотрю на него волчицей. Рычу в ответ:
— Да, это моё. Самое лучшее, самое настоящее, что у меня когда-либо было. То, ради чего я стала сильнее. То, о чём ты даже не мечтал, Игнат Сергеевич!
Он приходит в себя. Шок отступает, и на его лицо наползает привычная маска начальника. Он снова ледяной аудитор.
— Александра, — в холодном тоне слышится сталь, — у нас не положено селить родственников в служебном жилье! Это нарушение правил, а значит контракта!
— Игнат… — собственный голос кажется мне чужим.
Он делает ещё пару шагов ко мне. Грозный взгляд прилипает к Машеньке.
— Это… твоё? — он произносит слова с таким отвращением, как будто спрашивает о неизлечимой болезни.
Смотрю на него волчицей. Рычу в ответ:
— Да, это моё. Самое лучшее, самое настоящее, что у меня когда-либо было. То, ради чего я стала сильнее. То, о чём ты даже не мечтал, Игнат Сергеевич!
Он приходит в себя. Шок отступает, и на его лицо наползает привычная маска начальника. Он снова ледяной аудитор.
— Александра, — в холодном тоне слышится сталь, — у нас не положено селить родственников в служебном жилье! Это нарушение правил, а значит контракта!
Выберите полку для книги