Книги в жанре «Современная проза» по тегу «ochen-emotsionalno»
У фонтана в центре зала стоит Максим. И целуется страстно с какой-то блондинкой молодой! Не просто чмокнул в щёчку дружески - полноценно целуется взасос! Руки по ней ползают жадно, она в него впивается жарко.
- Максим! Познакомь меня с подругой пожалуйста!
Он оборачивается медленно. Лицо становится белее мела моментально. Глаза круглые испуганные, рот открыт глупо. Как в немом кино старом.
- Алиса! - выдавливает с трудом. - Это... это совсем не то что ты думаешь...
- А что я думаю? - голос уже срывается в истерический крик
- Максим! Познакомь меня с подругой пожалуйста!
Он оборачивается медленно. Лицо становится белее мела моментально. Глаза круглые испуганные, рот открыт глупо. Как в немом кино старом.
- Алиса! - выдавливает с трудом. - Это... это совсем не то что ты думаешь...
- А что я думаю? - голос уже срывается в истерический крик
— Ох и дурочка ты, Нэл, Марк в масле катается, а тебе ребенка поднимать не на что. Мать лежит, да бабка старая. Ты о чем думаешь вообще? — сердилась Юлька.
— Нам много не нужно, — отвечала я, качая Левушку в старой кроватке, которую достала с чердака бабушка. — У нас всё есть. Ну, подумаешь, памперсы, без них тоже дети растут. А что еще нужно?
— Ничего, — ворчит Юлька, и потом я получаю доставку продуктов на дом. Вот зараза такая. Там в том числе лежит и упаковка этих самых памперсов, включая детское питание, погремушки.
Мы никогда больше не встретимся, и Лев никогда не узнает про отца. Возможно, я расскажу ему, когда сын станет взрослым, если он меня спросит. И возможно, Лева меня возненавидит за то, что скрывала от отца существование сына.
— Нам много не нужно, — отвечала я, качая Левушку в старой кроватке, которую достала с чердака бабушка. — У нас всё есть. Ну, подумаешь, памперсы, без них тоже дети растут. А что еще нужно?
— Ничего, — ворчит Юлька, и потом я получаю доставку продуктов на дом. Вот зараза такая. Там в том числе лежит и упаковка этих самых памперсов, включая детское питание, погремушки.
Мы никогда больше не встретимся, и Лев никогда не узнает про отца. Возможно, я расскажу ему, когда сын станет взрослым, если он меня спросит. И возможно, Лева меня возненавидит за то, что скрывала от отца существование сына.
— Кир, а кто такая Кошка? — спросила я, застегивая халат.
Он замер с рубашкой в руках.
— Какая Кошка?
— Которая тебе пишет. Видела уведомление.
— А, это... клиентка. У нее магазин для животных, поэтому прозвище.
— Понятно. И фразы про то, что ты "невероятен" — это обсуждение строительных работ?
Лицо Кирилла покраснело.
— Ларочка, ты о чем? Какие фразы?
— Ни о чем особенном, дорогой. Просто интересуюсь твоими деловыми контактами. Завтрак будешь?
Он замер с рубашкой в руках.
— Какая Кошка?
— Которая тебе пишет. Видела уведомление.
— А, это... клиентка. У нее магазин для животных, поэтому прозвище.
— Понятно. И фразы про то, что ты "невероятен" — это обсуждение строительных работ?
Лицо Кирилла покраснело.
— Ларочка, ты о чем? Какие фразы?
— Ни о чем особенном, дорогой. Просто интересуюсь твоими деловыми контактами. Завтрак будешь?
Меня вырвали из привычного мира, лишили воли, превратили в игрушку. Он не просто перечеркнул мои планы — он переписал мою судьбу. Он вошел в меня не только телом, но и душой, оставив в ней грязные отпечатки своих пальцев.
Я понимала, что когда-то это сделали с ним. Кто-то сломал его. Он остался один. Со своей болью. Со своей ненавистью.
И теперь я была его жертвой.
Я не знала, что чувствую. Ненависть? Страсть? Стыд?
Или все сразу?
Но одно я понимала точно — это только начало.
Враг мой... Или нет?
Я понимала, что когда-то это сделали с ним. Кто-то сломал его. Он остался один. Со своей болью. Со своей ненавистью.
И теперь я была его жертвой.
Я не знала, что чувствую. Ненависть? Страсть? Стыд?
Или все сразу?
Но одно я понимала точно — это только начало.
Враг мой... Или нет?
— Как ты могла? — его голос звенит от ярости. В глазах – холодная ненависть.
— Платон, это не то, что ты думаешь… — я тянусь к нему, но он отшатывается, словно я зараза.
— Хватит лжи! Я видел фотографии. Ты меня предала.
Он ушёл, оставив меня в пустоте. Разбил моё сердце. Растоптал любовь.
Я ушла, унося с собой его тайну.
Спустя годы судьба снова сталкивает нас. Теперь он — влиятельный предприниматель, от которого зависит будущее нашей крохотной компании.
А я — женщина, которая воспитывает его сына.
Только он об этом никогда не узнает. Или?..
— Платон, это не то, что ты думаешь… — я тянусь к нему, но он отшатывается, словно я зараза.
— Хватит лжи! Я видел фотографии. Ты меня предала.
Он ушёл, оставив меня в пустоте. Разбил моё сердце. Растоптал любовь.
Я ушла, унося с собой его тайну.
Спустя годы судьба снова сталкивает нас. Теперь он — влиятельный предприниматель, от которого зависит будущее нашей крохотной компании.
А я — женщина, которая воспитывает его сына.
Только он об этом никогда не узнает. Или?..
- Лика, сегодня пятница.
- Да, Олег Дмитриевич.
- Ты помнишь, что я говорил? Что буду проверять по пятницам, как ты учишься. Я звонил в институт. У тебя два неуда. Три пропуска. А мы ведь договаривались.
- Олег Дми…
- Молчи. Я не люблю повторять дважды, девочка. Непослушание должно быть наказано!
- Да, Олег Дмитриевич.
- Ты помнишь, что я говорил? Что буду проверять по пятницам, как ты учишься. Я звонил в институт. У тебя два неуда. Три пропуска. А мы ведь договаривались.
- Олег Дми…
- Молчи. Я не люблю повторять дважды, девочка. Непослушание должно быть наказано!
— Я беременна, — выдает племянница на одном дыхании.
— Что ты сказала? — хрипло шепчу я, не веря своим ушам.
— Нет никакого отравления, Свет. Я беременна. У меня токсикоз.
Белла… Моя маленькая Белла… Беременна? Всего пару недель назад она переехала к нам, чтобы поступить в университет, и вот тебе новость.
Да у неё, насколько я знаю, и парня-то не было!
Как такое могло произойти?
— Белла, девочка моя… Как же так?! Кто отец? Он знает? — спрашиваю, хватая её за руку.
— Знает, — тихо отвечает она, отводя взгляд.
— Он из деревни? Как его зовут?
— Нет, — коротко бросает Белла, и это её «нет» ломает последние остатки моей надежды.
— Но кто тогда? Ты с кем-то уже успела познакомиться?
— Твой муж, — голос племянницы звучит резко, холодно, будто лезвием по голой коже.
— Что?
— Отец ребенка — твой муж, — повторяет Белла, и эти слова, словно яд, растекаются по венам, отравляя всё мое существо.
Моя жизнь… После этих слов она разделяется на до и после.
— Что ты сказала? — хрипло шепчу я, не веря своим ушам.
— Нет никакого отравления, Свет. Я беременна. У меня токсикоз.
Белла… Моя маленькая Белла… Беременна? Всего пару недель назад она переехала к нам, чтобы поступить в университет, и вот тебе новость.
Да у неё, насколько я знаю, и парня-то не было!
Как такое могло произойти?
— Белла, девочка моя… Как же так?! Кто отец? Он знает? — спрашиваю, хватая её за руку.
— Знает, — тихо отвечает она, отводя взгляд.
— Он из деревни? Как его зовут?
— Нет, — коротко бросает Белла, и это её «нет» ломает последние остатки моей надежды.
— Но кто тогда? Ты с кем-то уже успела познакомиться?
— Твой муж, — голос племянницы звучит резко, холодно, будто лезвием по голой коже.
— Что?
— Отец ребенка — твой муж, — повторяет Белла, и эти слова, словно яд, растекаются по венам, отравляя всё мое существо.
Моя жизнь… После этих слов она разделяется на до и после.
Маленький мальчик оборачивается, и я снова вижу его лицо. Глаза, улыбку, линию подбородка… Это лицо моего благоверного с поправкой на возраст. Практически точная копия мужа!
— У тебя есть сын? — мой голос звучит глухо и чуждо.
— Что? — муж застывает и смотрит на меня с не наигранным удивлением.
— У тебя. Есть. Сын? — отрывисто повторяю я, не сводя с него глаз. — Отвечай.
Макс отмирает, выдыхает резко, взгляд становится холодным.
— Если это какая-то шутка, то мне она не нравится, — уверенность в его голосе сбивает меня с толку.
Что если я ошиблась? Сомнения разъедают душу… Может, и правда я схожу с ума?
— У тебя есть сын? — мой голос звучит глухо и чуждо.
— Что? — муж застывает и смотрит на меня с не наигранным удивлением.
— У тебя. Есть. Сын? — отрывисто повторяю я, не сводя с него глаз. — Отвечай.
Макс отмирает, выдыхает резко, взгляд становится холодным.
— Если это какая-то шутка, то мне она не нравится, — уверенность в его голосе сбивает меня с толку.
Что если я ошиблась? Сомнения разъедают душу… Может, и правда я схожу с ума?
— Мама! А что, дядя Богдан — мой папа? — разрывает мне сердце голос четырехлетней дочери. Я качаю головой, умоляя взглядом Богдана не говорить правду, но он безжалостно отрезает:
— Да. И теперь папа никогда тебя не отпустит.
Он уносит Яну на руках, а меня парализует дикий, первобытный страх: неужели он заберёт её и оставит меня одну?
___________________
Пять лет назад Богдан Гордеев вычеркнул меня из своей жизни и разбил сердце недоверием. Я ушла, будучи беременной, с четким намерением больше никогда с ним не встречаться, но судьба распорядилась иначе. Теперь он — мой новый начальник, а Яна, о которой он даже не подозревает, — его дочь.
Я готова на всё, чтобы сохранить свою тайну, но Богдан слишком хорошо чувствует мою ложь. Когда правда всплывает наружу, между нами начинается настоящая война — за право на дочь, за утерянное доверие... и за ту правду, ради которой мы оба готовы бороться до последнего.
— Да. И теперь папа никогда тебя не отпустит.
Он уносит Яну на руках, а меня парализует дикий, первобытный страх: неужели он заберёт её и оставит меня одну?
___________________
Пять лет назад Богдан Гордеев вычеркнул меня из своей жизни и разбил сердце недоверием. Я ушла, будучи беременной, с четким намерением больше никогда с ним не встречаться, но судьба распорядилась иначе. Теперь он — мой новый начальник, а Яна, о которой он даже не подозревает, — его дочь.
Я готова на всё, чтобы сохранить свою тайну, но Богдан слишком хорошо чувствует мою ложь. Когда правда всплывает наружу, между нами начинается настоящая война — за право на дочь, за утерянное доверие... и за ту правду, ради которой мы оба готовы бороться до последнего.
— Поезжай. Беги к своей любовнице. Только знай — больше ты в этот дом не вернешься. И дочь тебя не простит. И я подам на развод, заберу все, что смогу. Оставлю тебя голым и босым!
Молчит. Борется сам с собой.
Телефон опять зазвонил. Кристина, наверное. Паникует, торопит.
— Димка, прошу тебя. Ради двадцати двух лет брака. Ради дочери. Не езжай.
Посмотрел на меня. На телефон. Снова на меня.
И нажал отбой.
Сполз по стене, сел прямо на пол в прихожей. Голова в руках.
— Что я наделал... Господи, что я наделал...
Молчит. Борется сам с собой.
Телефон опять зазвонил. Кристина, наверное. Паникует, торопит.
— Димка, прошу тебя. Ради двадцати двух лет брака. Ради дочери. Не езжай.
Посмотрел на меня. На телефон. Снова на меня.
И нажал отбой.
Сполз по стене, сел прямо на пол в прихожей. Голова в руках.
— Что я наделал... Господи, что я наделал...
Подборка очень эмоциональных книг
Выберите полку для книги