Книги в жанре «Современная проза» по тегу «silnaya-geroinya»

— Вы Надежда? Жена Вадима?
— Пока да. А вы, значит, Юлия?
Она смотрит на меня слишком растерянно для женщины, которая три месяца спит с моим мужем.
— Странно… Вадим сказал, что вы давно живёте как соседи.
Мы с Вадимом восемнадцать лет вместе и работаем в одной больнице: я медсестра, он хирург. Я думала, что знаю мужа лучше его пациентов.
Оказалось, пока я брала смены, спорила с дочерью о поступлении и ждала его домой, Вадим успел придумать себе другую жизнь. С новой женщиной, новой работой и квартирой, которую они собирались выбирать вдвоём.
Только есть одна проблема.
Любовнице он тоже рассказал не всю правду.

— Вера Павловна? Это Ли Цзин. Меня заинтересовало ваше предложение. Дом чудесный. Я куплю его.
Замираю. Так быстро? Так просто? Не верю своему счастью! Пальцы сжимают телефон, дыхание перехватывает.
— Но я хочу спросить вас кое о чём ещё, — продолжает незнакомка. — Я увидела на вашей странице фотографии вашего мужа. Он служил в Забайкалье в 2005-м? У него удивительные усы, я таких давно не видела. Скажите, он до сих пор их носит? Как у него дела? Где работает?
Теряюсь. Зачем ей мой муж? Почему спрашивает о нём? Смотрю на фото Глеба в форме и пытаюсь понять, что может быть общего у китаянки с моим мужем.
— Да, — отвечаю медленно. — Служил. Работает в нашем порту уже десять лет. А усы — его визитная карточка.

Я ещё не знаю, что найдя покупательницу на дом приведу в город богатую китаянку. Она появилась из прошлого, чтоб купить не только дом, порт, но и забрать моего мужа.

— Посмотри на себя! — голос мужа рвёт тишину, это не крик, а рычание, полное гадливости. Он даже не пытается прикрыть Юлю. Наоборот, выставляет её вперёд, как живой щит, как оправдание. — Стоишь тут с выпученными глазами, как бегемот! Когда ты смотрелась в зеркало в последний раз?
Каждое слово — удар по рёбрам тупым ножом. Медленно, с хрустом.
— Все нормальные беременные — как огурчики! Подтянутые, ухоженные! А ты? Жуёшь день и ночь, раздулась, как шар! Я в хлеву живу, понимаешь? С сисястой коровой! Мне противно на тебя смотреть!
Он с брезгливостью говорит о моём теле. О теле, которое в этот самый момент, укрывает и кормит его ребёнка. Высказывает всё с таким отвращением, что я чувствую себя не женщиной, а — биомассой. Уродливым, раздутым существом, посмевшим встать на пути его счастья с моей лучшей подругой.
Юля плачет, уткнувшись лицом в его плечо. «Прости, Инна мы не хотели но не смогли бороться с чувствами…»

— Ты женился, а меня использовал как свадебного регистратора, — я смотрела в глаза мужчине, с которым прожила десять лет, и не видела там ни капли стыда.
— Марин, я не думал, что всё так получится. Кристина беременна. Я не мог иначе.
— Со мной ты десять лет мог иначе. Я была для тебя черновой женой: дом, быт, забота, ожидание. А для нее ты сразу нашел предложение и кольцо.

Я работала в ЗАГСе, каждый день соединяя чужие судьбы, но даже в страшном сне не могла представить, что однажды мне придется расписать собственного мужчину с другой.

С его беременной любовницей.
Игорь годами убеждал меня, что штамп ничего не меняет. А потом пришел за этим штампом с ней.

Я думала, после такого предательства останется только боль. Но оказалось, что боль — это еще не конец. Потому что стоило мне закрыть перед Игорем дверь и попытаться начать жить заново, как он снова решил вернуться.

Только я больше не та женщина, которая будет ждать у порога.

— Вы красиво держитесь, — она разглядывала меня с почти искренним любопытством. — Я бы на вашем месте так не смогла. Сидеть напротив женщины, к которой ваш муж уходит, и не закатывать сцену. Уважаю.
— К которой уходит?
— А вы не знали? — она приподняла брови, и в этом движении было столько отрепетированного удивления, что я сразу поняла: знала, что не знаю, и нарочно так. — Мы решили не тянуть. Саша обещал, что после праздников всё оформит. Разведётся. Вы же взрослая женщина, Елена, вы и сами всё давно чувствовали, правда? Такое ведь не спрячешь.

— Какой ещё Лука?
— Не знаешь. Ну да. А кому в апреле варежки надевали? Кому моя дочь шапку поправляет двумя руками? Кто у неё в телефоне «мой брат» подписан?
— Ты... — Он сглотнул. — Ты за ней следила, что ли?
— У тебя там сын! — Вот тут я сорвалась. Не на «Луке» даже, на этом его «следила»: он мне про приличия, вы подумайте. — Сын у тебя, на Вольской! И моя дочь его нянчит полгода, тайком, по вторникам и пятницам! Ты не только мне врал, ты ребёнка в своё враньё замотал! Она худеет, она врать научилась, как ты, гладко!
— Тише ты. Слышно же на улице.
— Пусть слышно! Мне скрывать нечего, это у нас по твоей части!
— Да нет никакого сына! — Он повысил голос, и заговорил быстро — Есть человек, я тебе в июне сказал. Но ребёнок не мой, её это, от первого брака, я просто помогаю, пацан ко мне привык...
Я даже засмеялась. Честное слово, засмеялась, вот такой смех бывает, оказывается, сухой, как мел.

🔥СЕГОДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА

— Мамочка, я буду холошим! Только не уходи!
Меня обвиняют в хищении трёхсот восьмидесяти миллионов. Доказательства нашли в моём кабинете, сотрудники дают показания против меня, а муж смотрит в глаза и уверяет, что обязательно спасёт.

Однако, потом муж говорит совсем другое:
— Возьми на себя вину, и скоро вернёшься к сыну. Иначе Миша вырастет без матери.
— Не дай сыну решить, что я его бросила! — умоляю мужа перед судом.
— Никогда, — обещает он.

Мне дают семь лет.
После освобождения меня никто не встречает.

Я возвращаюсь домой и вижу мужа рядом с женщиной, которая заняла мою спальню и моё место возле сына.
Миша испуганно смотрит на меня и шепчет ей:
— Мам, а почему эта тётя плачет?

- Сын не будет с ней встречаться, ты меня слышишь? - нервно цепляется за мой локоть.
Поведение супруга приводит в шок.
Откуда эти дикие эмоции, агрессия?
- Мирон, ты с ума сошёл? Почему? Мы не имеем права вмешиваться. Платон взрослый, он сам разберётся, и...
- И я сказал, что он расстанется с Лизой, - громко рявкает.
- Прекрати! - выдергиваю руку. - Ведешь себя, как псих. Чем она тебе не угодила? Объясни наконец!
Муж смотрит на меня, приближаясь вплотную.
В голосе — яд, в глазах — холод.
- Тем, что я спал с ней. Это устроит тебя как причина?

— Майя, детка, — произносит муж то, что топит любые сомнения. — Игнат мне всё рассказал. Слушай меня внимательно: никаких танцев. Будешь рожать. — продолжает он. — Я так счастлив, ты даже не представляешь. Ты умеешь всё. И танцевать, и в постели угождать. Не то что моя жена.
В голове звенящая пустота. Всё походит на кошмарный сюр. Мой Дима не может так говорить.
— Я женился на этой уродине только из-за стартового капитала, — продолжает он. — Но теперь — всё. Ты родишь мне сына, и мы начнём новую жизнь. Потерпи немного. Нужно придумать, как избавиться от неё без последствий.
Узнаю, что мой муж собрался уходить к танцовщице и иду в пару к её партнёру. Мы станцуем с ним танец на нашем с мужем разводе.

— Катя, я всё объясню! Аня — это прошлое, а ребенок… ну так вышло! — трусливо шепчет мой гражданский муж, пока его тайная семья ждет в салоне.
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?

Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?