Книги в жанре «Психологическая драма» по тегу «luchshee»
— Иди сюда, пышка моя, — прошептал он мне на ухо, ведя меня в спальню.
Я шла за ним, как сомнамбула. В спальне горел тусклый свет из коридора. Игорь, не раздеваясь, начал стягивать с меня халат. Его руки были нетерпеливыми, даже грубыми. Он тискал меня, покусывал плечи, бормотал что-то о том, как ему надоела «эта худоба Елена», и как хорошо, что теперь у него есть я — «пышненькая, мягонькая».
Я лежала и смотрела в потолок, на котором от уличного фонаря дрожал желтый круг. Где-то в глубине души зашевелилась обида. Я понимала, что сейчас, в эту минуту, он видит не меня. Он видит способ унизить ту, другую. Я — просто инструмент его мести, его способ самоутвердиться...
Я шла за ним, как сомнамбула. В спальне горел тусклый свет из коридора. Игорь, не раздеваясь, начал стягивать с меня халат. Его руки были нетерпеливыми, даже грубыми. Он тискал меня, покусывал плечи, бормотал что-то о том, как ему надоела «эта худоба Елена», и как хорошо, что теперь у него есть я — «пышненькая, мягонькая».
Я лежала и смотрела в потолок, на котором от уличного фонаря дрожал желтый круг. Где-то в глубине души зашевелилась обида. Я понимала, что сейчас, в эту минуту, он видит не меня. Он видит способ унизить ту, другую. Я — просто инструмент его мести, его способ самоутвердиться...
— Арина, только не надо слёз! — недовольно произносит супруг. — Давай поговорим, как взрослые люди. Ты же понимаешь, что ребёнок должен родиться в полной семье. Юленька на третьем месяце, поэтому мы с тобой не будем тянуть с разводом.
Он прижимает к себе невинно хлопающую глазами лучшую подругу нашей старшей дочери.
— А как же наши дети, Вась, им не нужна полная семья? — интересуюсь, смахивая злые слёзы.
— Наши девочки уже выросли, вот Аська совсем взрослая!
— Такая взрослая, что ты обрюхатил её сверстницу, да, родной?
— Правильно Аська говорила, что ты не поймёшь и устроишь скандал. Истеричка!
Мне кажется, что я пропустила удар. Хочется верить, что это лишь страшный сон, — ну не могут же меня предать разом муж и старшая дочь.
После развода я начала новую жизнь и поклялась не пускать мужчин в сердце. Но внезапно в мою машину врезается незнакомец и просит о помощи.
Он прижимает к себе невинно хлопающую глазами лучшую подругу нашей старшей дочери.
— А как же наши дети, Вась, им не нужна полная семья? — интересуюсь, смахивая злые слёзы.
— Наши девочки уже выросли, вот Аська совсем взрослая!
— Такая взрослая, что ты обрюхатил её сверстницу, да, родной?
— Правильно Аська говорила, что ты не поймёшь и устроишь скандал. Истеричка!
Мне кажется, что я пропустила удар. Хочется верить, что это лишь страшный сон, — ну не могут же меня предать разом муж и старшая дочь.
После развода я начала новую жизнь и поклялась не пускать мужчин в сердце. Но внезапно в мою машину врезается незнакомец и просит о помощи.
В мире, где слова соулмейтов оставляют на теле реальные шрамы, Артем выбирает грубость и публичные унижения. Лиза выбирает терпеть и истекать кровью молча.
Но у нее появляется тот, кто не причиняет боль.
А Артем не готов делиться. Он готов все разрушить.
Но у нее появляется тот, кто не причиняет боль.
А Артем не готов делиться. Он готов все разрушить.
АННОТАЦИЯ:
Думала, что увольнение — это подпись и выход. Хотела сбежать от работы, где не ценят. От мужчины, который предал. От себя, устав быть сильной.
Но два босса решили иначе.
Они не переубеждали и не настаивали. Просто показали, каково это: когда двое мужчин видят в тебе не просто сотрудницу, не женщину для одной ночи, а ту, ради которой готовы ломать правила.
Теперь я не знаю, чего боюсь больше: остаться с ними или уйти от самой себя.
Думала, что увольнение — это подпись и выход. Хотела сбежать от работы, где не ценят. От мужчины, который предал. От себя, устав быть сильной.
Но два босса решили иначе.
Они не переубеждали и не настаивали. Просто показали, каково это: когда двое мужчин видят в тебе не просто сотрудницу, не женщину для одной ночи, а ту, ради которой готовы ломать правила.
Теперь я не знаю, чего боюсь больше: остаться с ними или уйти от самой себя.
Даша видит сон: они с Мишей стоят в загсе, все вокруг счастливы, свет льётся через окно так тепло, что хочется зажмуриться. А потом кто-то зовёт её по имени — и она открывает глаза уже в больничной палате.
Дальше начинается то, что психолог называет естественной реакцией на утрату. Каждую ночь ей снится Миша. Сначала это спасение. Но чем дальше, тем яснее Даша понимает — сны не отпускают её, а держат. И однажды тот, кто раньше берёг её во сне, начинает бояться её пробуждения куда больше, чем она сама.
Это книга о горе, которое не хочет становиться прошлым, о границе между памятью и одержимостью — и о праве жить дальше, даже когда часть тебя осталась там, в загсе, куда ты так и не дошла.
Дальше начинается то, что психолог называет естественной реакцией на утрату. Каждую ночь ей снится Миша. Сначала это спасение. Но чем дальше, тем яснее Даша понимает — сны не отпускают её, а держат. И однажды тот, кто раньше берёг её во сне, начинает бояться её пробуждения куда больше, чем она сама.
Это книга о горе, которое не хочет становиться прошлым, о границе между памятью и одержимостью — и о праве жить дальше, даже когда часть тебя осталась там, в загсе, куда ты так и не дошла.
Один дом. Трое мужчин. Никаких замков.
Она пришла к ним продавать Библии, но вместо денег получила… всё.
Кай контролирует её каждое движение, Ной наблюдает из тени, а Джей смеётся и целует в щёку, как будто так и надо.
Оливия не понимает, зачем они держат её рядом. Но постепенно она перестаёт бояться — и начинает жить.
Их прикосновения грубы, их слова резки, их прошлое кроваво — но с ними она впервые чувствует себя собой. И когда родная мать пытается забрать её назад, Оливия делает выбор.
Трое против всего мира. И она — на их стороне.
Она пришла к ним продавать Библии, но вместо денег получила… всё.
Кай контролирует её каждое движение, Ной наблюдает из тени, а Джей смеётся и целует в щёку, как будто так и надо.
Оливия не понимает, зачем они держат её рядом. Но постепенно она перестаёт бояться — и начинает жить.
Их прикосновения грубы, их слова резки, их прошлое кроваво — но с ними она впервые чувствует себя собой. И когда родная мать пытается забрать её назад, Оливия делает выбор.
Трое против всего мира. И она — на их стороне.
Молодая жена, двое сыновей, свой дом, успешная музыкальная карьера — у Тимура Аюпова было всё. Семь лет он казался самым счастливым человеком. Но казаться, не значит быть.
После трагического происшествия Алиса уходит и забирает детей. Тимур остаётся один в доме, давящем своей пустотой.
Теперь, когда привычная жизнь рассыпалась, ему придётся, наконец, разобраться, почему даже рядом с теми, кого он любил больше всего, он так долго чувствовал себя одиноким.
После трагического происшествия Алиса уходит и забирает детей. Тимур остаётся один в доме, давящем своей пустотой.
Теперь, когда привычная жизнь рассыпалась, ему придётся, наконец, разобраться, почему даже рядом с теми, кого он любил больше всего, он так долго чувствовал себя одиноким.
- Саш, что происходит? Что ты делаешь? – Лена предприняла попытку схватить его за руку
- Подружка, значит, подарила? – произнес он издевательски и бросил скомканным нижним бельем прямо в Лену. Комплект сейчас казался ему отвратительно вульгарным, и ослепительно красным, от чего невыносимо жгло глаза.
- Ну да… Ты можешь объяснить, что происходит. Что с тобой?
- Я в порядке, - саркастичный тон сменился на пугающе-стальной. – А вот с тобой что? Кувыркаться со спортсменом из моей команды!!!
- Ты рехнулся?! – от такой наглости у Лены перехватило дыхание.
- Хочешь, чтобы я поверил, что он просто угадал размер вот этих… тряпок?! Даже я не знаю твоего размера!!! И какой подарок замечательный…
- Да причем тут Руслан? Белье мне подарила коллега! Ты от ревности вообще соображать перестал!
- Подружка, значит, подарила? – произнес он издевательски и бросил скомканным нижним бельем прямо в Лену. Комплект сейчас казался ему отвратительно вульгарным, и ослепительно красным, от чего невыносимо жгло глаза.
- Ну да… Ты можешь объяснить, что происходит. Что с тобой?
- Я в порядке, - саркастичный тон сменился на пугающе-стальной. – А вот с тобой что? Кувыркаться со спортсменом из моей команды!!!
- Ты рехнулся?! – от такой наглости у Лены перехватило дыхание.
- Хочешь, чтобы я поверил, что он просто угадал размер вот этих… тряпок?! Даже я не знаю твоего размера!!! И какой подарок замечательный…
- Да причем тут Руслан? Белье мне подарила коллега! Ты от ревности вообще соображать перестал!
Что может разрушить нашу жизнь? Начатый блистер таблеток и фото.
Раньше бы сказали - не поверила.
Мне пришлось бежать из разбитой вдребезги реальности, случайно встретив по дороге тех, кто так же надломлен внутри, хотя успешен снаружи. Кто нуждается в тепле и готов подарить свое в ответ. Или не все так просто?
Людмиле за короткие новогодние каникулы выпало узнать, какое оно – настоящее счастье. Яркое, хрупкое и короткое. Но это приключение помогло ей вернуть давно утерянную часть… себя.
Все сюжеты – порождение Авторского сознания.
Все совпадения с реальностью – сюрприз.
Мнение героев может не совпадать с мнением Автора.
Герои ругаются матом!
ХЭ
Открывает цикл. Книги цикла можно читать отдельно.
Обложка Лины Мак
Эксклюзив на литмаркет.
Книга участвует в литмобе "Зимние страсти".
Раньше бы сказали - не поверила.
Мне пришлось бежать из разбитой вдребезги реальности, случайно встретив по дороге тех, кто так же надломлен внутри, хотя успешен снаружи. Кто нуждается в тепле и готов подарить свое в ответ. Или не все так просто?
Людмиле за короткие новогодние каникулы выпало узнать, какое оно – настоящее счастье. Яркое, хрупкое и короткое. Но это приключение помогло ей вернуть давно утерянную часть… себя.
Все сюжеты – порождение Авторского сознания.
Все совпадения с реальностью – сюрприз.
Мнение героев может не совпадать с мнением Автора.
Герои ругаются матом!
ХЭ
Открывает цикл. Книги цикла можно читать отдельно.
Обложка Лины Мак
Эксклюзив на литмаркет.
Книга участвует в литмобе "Зимние страсти".
Аннотация:
- Вернись! Я же люблю тебя!
Проглатывая горькие слёзы, я остановилась, обернулась и посмотрела прямо в глаза некогда любимому мужчине.
- Так любишь, что изменял мне? Я отдала тебе всё, всю себя! И как ты мне отплатил?
- Остановись, Нонна. Ты моя. Ты только моя! Вернись, и мы будем жить как раньше!
Смотрю на него и понимаю, что часть меня всё ещё верит этому мужчине. Он был для меня самым лучшим, любимым и единственным, без которого я не представляла жизни. Но именно он поломал, растоптал, уничтожил… Оставил гореть одну в агонии.
Но я переживу, отпущу. И не забуду!
- Вернись! Я же люблю тебя!
Проглатывая горькие слёзы, я остановилась, обернулась и посмотрела прямо в глаза некогда любимому мужчине.
- Так любишь, что изменял мне? Я отдала тебе всё, всю себя! И как ты мне отплатил?
- Остановись, Нонна. Ты моя. Ты только моя! Вернись, и мы будем жить как раньше!
Смотрю на него и понимаю, что часть меня всё ещё верит этому мужчине. Он был для меня самым лучшим, любимым и единственным, без которого я не представляла жизни. Но именно он поломал, растоптал, уничтожил… Оставил гореть одну в агонии.
Но я переживу, отпущу. И не забуду!
Выберите полку для книги