Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Зачем Вы вступились за меня, если я Вас раздражаю?
Волков усмехается. Коротко, без улыбки.
— Потому что через две недели мы поженимся, Екатерина Алексеевна. Я защищал не Вас, а свой будущий актив.
— В смысле, поженимся? — лепечу я.
— В прямом. И Вы согласитесь. Потому что я — тот, кто спасёт компанию.
Какая свадьба? О чем он? Он в себе вообще?
— Свадьбы не будет.
— Свадьба будет, — припечатывает он. — Если у Вас всё, покиньте кабинет. Не мешайте работать тем, кто это умеет.
***
Я хотела свадьбу. Белое платье, цветы, счастье. А получила контракт, холодный взгляд и человека, который назвал меня «обязательством». Я выхожу замуж, чтобы спасти компанию отца. Он не любит меня. Я ненавижу его. Мы обещали не прикасаться друг к другу. Но что делать, когда ненависть обжигает сильнее страсти, а его прикосновения становятся единственным, чего я боюсь и хочу одновременно?
Волков усмехается. Коротко, без улыбки.
— Потому что через две недели мы поженимся, Екатерина Алексеевна. Я защищал не Вас, а свой будущий актив.
— В смысле, поженимся? — лепечу я.
— В прямом. И Вы согласитесь. Потому что я — тот, кто спасёт компанию.
Какая свадьба? О чем он? Он в себе вообще?
— Свадьбы не будет.
— Свадьба будет, — припечатывает он. — Если у Вас всё, покиньте кабинет. Не мешайте работать тем, кто это умеет.
***
Я хотела свадьбу. Белое платье, цветы, счастье. А получила контракт, холодный взгляд и человека, который назвал меня «обязательством». Я выхожу замуж, чтобы спасти компанию отца. Он не любит меня. Я ненавижу его. Мы обещали не прикасаться друг к другу. Но что делать, когда ненависть обжигает сильнее страсти, а его прикосновения становятся единственным, чего я боюсь и хочу одновременно?
– Завтра я выхожу замуж! Вы похитили меня ради денег? Сколько вам нужно?
– Мне не нужны деньги, Зарина.
– Тогда что?
Его взгляд медленно опускается на мое платье.
– То, что ты берегла для жениха.
За день до свадьбы меня похищает Мурад Арсанов — враг моей семьи. Когда я возвращаюсь домой уверена: отец защитит меня, брат отомстит, а Арсен поверит, что я стала жертвой.
Но ворота передо мной закрываются.
Жених отказывается от опозоренной невесты. Брат называет меня грязной. Отец объявляет, что его дочь умерла этой ночью.
Теперь мне некуда идти. За спиной семья, которая прокляла меня. Впереди мужчина, разрушивший мою жизнь ради мести.
И Мурад уже ждет, когда я пойму: после этой ночи я принадлежу только ему.
– Мне не нужны деньги, Зарина.
– Тогда что?
Его взгляд медленно опускается на мое платье.
– То, что ты берегла для жениха.
За день до свадьбы меня похищает Мурад Арсанов — враг моей семьи. Когда я возвращаюсь домой уверена: отец защитит меня, брат отомстит, а Арсен поверит, что я стала жертвой.
Но ворота передо мной закрываются.
Жених отказывается от опозоренной невесты. Брат называет меня грязной. Отец объявляет, что его дочь умерла этой ночью.
Теперь мне некуда идти. За спиной семья, которая прокляла меня. Впереди мужчина, разрушивший мою жизнь ради мести.
И Мурад уже ждет, когда я пойму: после этой ночи я принадлежу только ему.
— Жажда? — его голос прямо за моей спиной.
Я не оборачиваюсь. Я не могу.
— Работа обезвоживает.
— Некоторые вещи действительно вызывают жажду, — говорит он, беря со стола мой стакан, который я только что поставила. Его пальцы обхватывают его именно там, где только что были мои. Он нажимает кнопку, наливает воду и протягивает мне. — Пейте. Вы выглядите разгоряченной.
Это уже не на грани дозволенного. Это за гранью. Это прямое вторжение. Я беру стакан. Наши пальцы снова встречаются. На этот раз я не отдергиваю руку. Я смотрю ему в глаза. В них — торжество и вопрос.
— Что мы делаем, Максим? — вырывается у меня шепотом.
Он наклоняется ко мне так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже.
— Я ухаживаю за самой красивой и умной женщиной в этом офисе. А вы… вы пытаетесь сделать вид, что это не так. И у вас ужасно плохо получается.
Я не оборачиваюсь. Я не могу.
— Работа обезвоживает.
— Некоторые вещи действительно вызывают жажду, — говорит он, беря со стола мой стакан, который я только что поставила. Его пальцы обхватывают его именно там, где только что были мои. Он нажимает кнопку, наливает воду и протягивает мне. — Пейте. Вы выглядите разгоряченной.
Это уже не на грани дозволенного. Это за гранью. Это прямое вторжение. Я беру стакан. Наши пальцы снова встречаются. На этот раз я не отдергиваю руку. Я смотрю ему в глаза. В них — торжество и вопрос.
— Что мы делаем, Максим? — вырывается у меня шепотом.
Он наклоняется ко мне так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже.
— Я ухаживаю за самой красивой и умной женщиной в этом офисе. А вы… вы пытаетесь сделать вид, что это не так. И у вас ужасно плохо получается.
Я верил, что смогу подавлять свои желания всю жизнь. Пока ты не сделала неверный выбор. Плакать поздно, ведь мне плевать.
– Отпусти меня, псих! Я невеста твоего лучшего друга!
– Ещё не поняла? Ты только моя. Красивое платье. Он выбирал? Снимай.
– Не смей... я не буду...
– У тебя нет выбора. Твоё место здесь, Илона. В моей постели. Раньше ты играла со мной. Теперь играть буду я.
Раньше он любил меня. Пока я не согласилась выйти за другого. Теперь... Теперь я дрожу перед мужчиной, которому до меня нет никакого дела. И не пойму – от страха или от предвкушения.
Украсть невесту из-под венца ✅
Запереть в своей спальне ✅
Любить ❌
Отомстить ❌
Присвоить ✅
– Отпусти меня, псих! Я невеста твоего лучшего друга!
– Ещё не поняла? Ты только моя. Красивое платье. Он выбирал? Снимай.
– Не смей... я не буду...
– У тебя нет выбора. Твоё место здесь, Илона. В моей постели. Раньше ты играла со мной. Теперь играть буду я.
Раньше он любил меня. Пока я не согласилась выйти за другого. Теперь... Теперь я дрожу перед мужчиной, которому до меня нет никакого дела. И не пойму – от страха или от предвкушения.
Украсть невесту из-под венца ✅
Запереть в своей спальне ✅
Любить ❌
Отомстить ❌
Присвоить ✅
Они выросли вместе, учились и даже работают на одном этаже. Она каждый день наблюдает, как его встречает новая девушка. Он знает, что она лучшая, поэтому отгоняет от нее неугодных парней. Они были лучшими друзьями, пока не решили, что секс по дружбе идеальный для них вариант.
- Ян, ты считаешь это хорошая идея?
- Самая лучшая, - шепчет мне в губы, обдавая горячим дыханием.
- Мы не совершаем ошибку? - говорю, теряя связь с реальностью.
- Мы же друзья, между нами не может быть ошибок.
- Ян, ты считаешь это хорошая идея?
- Самая лучшая, - шепчет мне в губы, обдавая горячим дыханием.
- Мы не совершаем ошибку? - говорю, теряя связь с реальностью.
- Мы же друзья, между нами не может быть ошибок.
Один из самых влиятельных и опасных мужчин Москвы, отец моего жениха Тамерлан Рамилов только что притянул меня к себе, сковав обручем рук. Я давлюсь от шока!
- Со мной ваш сын встречался! Не смущает это?!
- Не смущает. Дамиру нужно повзрослеть. Он путает хотелки и рациональность. - Тамерлан слишком близко, - Сын просто не знает, что с тобой делать. А я знаю, малышка. Мне ты подходишь больше. Ваш будущий брак- утопия. А как любовнице он не даст тебе того, что дам я…
- Вы себя слышите?! Ваш сын хотел видеть меня своей женой! То, что вы делаете, аморально!
Он гортанно смеется. Словно бы я что-то нелепое выдала сейчас.
- Ты не создана для семьи, Маргарита. Ты не мирный тыл за спиной мужчины. Ты женщина для страсти и дикости… Такие, как ты, мечтают быть покоренными настоящими мужчинами… Ты можешь со мной воевать сколько влезет, девочка-война… Но я каждый раз буду побеждать… И тебе будет это нравиться...
- Пусти меня! Я не играю в такие игры!
Он усмехается.
- Зато я играю!
- Со мной ваш сын встречался! Не смущает это?!
- Не смущает. Дамиру нужно повзрослеть. Он путает хотелки и рациональность. - Тамерлан слишком близко, - Сын просто не знает, что с тобой делать. А я знаю, малышка. Мне ты подходишь больше. Ваш будущий брак- утопия. А как любовнице он не даст тебе того, что дам я…
- Вы себя слышите?! Ваш сын хотел видеть меня своей женой! То, что вы делаете, аморально!
Он гортанно смеется. Словно бы я что-то нелепое выдала сейчас.
- Ты не создана для семьи, Маргарита. Ты не мирный тыл за спиной мужчины. Ты женщина для страсти и дикости… Такие, как ты, мечтают быть покоренными настоящими мужчинами… Ты можешь со мной воевать сколько влезет, девочка-война… Но я каждый раз буду побеждать… И тебе будет это нравиться...
- Пусти меня! Я не играю в такие игры!
Он усмехается.
- Зато я играю!
— София! Ты совсем охренела?! — он рычит, пытаясь стереть сок с лица.
— Да! Когда поверила тебе!
— Ну и катись, вечная недотрога!
— Это я недотрога? — вспыхивает дикий эльфик.
Она, отступая, натыкается на меня. Ее спина касается моей груди. Девушка оборачивается. Ее взгляд, полный слез, стыда и безумной отваги, впивается в меня. Я вижу в нем отражение собственного одиночества, ту самую боль, которую я ношу в себе годами, но тщательно скрываю.
И я понимаю. Я уже не просто наблюдатель. Я — соучастник.
— Простите, дедушка, — ее голос дрожит, но в нем сталь. — Сыграйте в моего любовника? Пожалуйста?
И прежде чем я успеваю что-то сообразить, она встает на цыпочки, хватает меня за плечи и целует.
— Да! Когда поверила тебе!
— Ну и катись, вечная недотрога!
— Это я недотрога? — вспыхивает дикий эльфик.
Она, отступая, натыкается на меня. Ее спина касается моей груди. Девушка оборачивается. Ее взгляд, полный слез, стыда и безумной отваги, впивается в меня. Я вижу в нем отражение собственного одиночества, ту самую боль, которую я ношу в себе годами, но тщательно скрываю.
И я понимаю. Я уже не просто наблюдатель. Я — соучастник.
— Простите, дедушка, — ее голос дрожит, но в нем сталь. — Сыграйте в моего любовника? Пожалуйста?
И прежде чем я успеваю что-то сообразить, она встает на цыпочки, хватает меня за плечи и целует.
— Расскажи, что беспокоит, — говорит он, откидываясь в кресле. Поза открытая, располагающая.
— Задержка, — выдыхаю я. — Очень большая. Но… это невозможно.
— Почему невозможно? — он мягко поднимает бровь.
Я чувствую, как горит всё лицо. Гляжу в стол, на идеально ровные стопки бумаг.
— Мы с Марком… мы не… — голос срывается. — У нас не было близости.
В кабинете наступает тишина. Настолько густая, что слышно жужжание ламп дневного света. Потом я слышу, как он медленно выдыхает.
— Я вижу, — произносит он наконец. Его тон меняется. В нём исчезает лёгкая отеческая снисходительность, появляется какая-то иная, сфокусированная серьёзность. — Инна, для того, чтобы понять ситуацию, мне нужно тебя осмотреть. Ты же понимаешь? Это необходимо.
— Задержка, — выдыхаю я. — Очень большая. Но… это невозможно.
— Почему невозможно? — он мягко поднимает бровь.
Я чувствую, как горит всё лицо. Гляжу в стол, на идеально ровные стопки бумаг.
— Мы с Марком… мы не… — голос срывается. — У нас не было близости.
В кабинете наступает тишина. Настолько густая, что слышно жужжание ламп дневного света. Потом я слышу, как он медленно выдыхает.
— Я вижу, — произносит он наконец. Его тон меняется. В нём исчезает лёгкая отеческая снисходительность, появляется какая-то иная, сфокусированная серьёзность. — Инна, для того, чтобы понять ситуацию, мне нужно тебя осмотреть. Ты же понимаешь? Это необходимо.
— Что, Беркут, любовь для тебя не по понятиям? Красная зона?
— Фатальная слабость… а я не умею проигрывать.
— Боишься, что придётся спалить город ради той, что украла сердце хищника?
Александр Беркут – опасный и жестокий игрок. Он не знает пощады и не верит в любовь. А ещё у него четкое правило – не иметь дело с бедовыми дамочками.
Но так он думал, пока не встретил меня…
Я бедовая? Нет, что вы… Я – его персональная КАТАСТРОФА!
И на пути к любви ему пришлось дважды выиграть меня в карты, уничтожить соперника и нажить армию новых врагов.
Он и сам не понимал, на что способен, лишь бы все усвоили: эта Дама встает на колени лишь перед одним Королём…
— Фатальная слабость… а я не умею проигрывать.
— Боишься, что придётся спалить город ради той, что украла сердце хищника?
Александр Беркут – опасный и жестокий игрок. Он не знает пощады и не верит в любовь. А ещё у него четкое правило – не иметь дело с бедовыми дамочками.
Но так он думал, пока не встретил меня…
Я бедовая? Нет, что вы… Я – его персональная КАТАСТРОФА!
И на пути к любви ему пришлось дважды выиграть меня в карты, уничтожить соперника и нажить армию новых врагов.
Он и сам не понимал, на что способен, лишь бы все усвоили: эта Дама встает на колени лишь перед одним Королём…
— Зачем ты звонишь? — прозвучал её усталый вопрос. — Может, хватит мучить и себя, и меня?
Может, и хватит, но у него нет сил, чтобы остановиться.
— Я люблю тебя, — признался он вместо ответа на вопрос.
— Это уже не важно, Максим, — вздохнула Ника. — Ты должен прекратить.
— Я хочу тебя увидеть, — продолжил он, будто не слыша её, — давай встретимся? Я соскучился…
— Нет, Максим, — резко ответила Вероника. — Разве ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть?
— Прошу тебя!
— Максим, у меня другой мужчина, — произнесла она тихо.
Мелкая неприятная дрожь пробежала по его телу. Тот парень, с которым он ее застал, хоть вызвал яростную реакцию, но был всего лишь эпизодом. Теперь Ника говорила о другом. О серьезных, полноценных отношениях.
— Но ты всё равно любишь меня, — настаивал он.
— Нет, Максим, я давно тебя отпустила, даже простила, — Ника говорила легко и искренне, отчего его кишки сворачивались в узел. — Я больше не люблю тебя!
Может, и хватит, но у него нет сил, чтобы остановиться.
— Я люблю тебя, — признался он вместо ответа на вопрос.
— Это уже не важно, Максим, — вздохнула Ника. — Ты должен прекратить.
— Я хочу тебя увидеть, — продолжил он, будто не слыша её, — давай встретимся? Я соскучился…
— Нет, Максим, — резко ответила Вероника. — Разве ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть?
— Прошу тебя!
— Максим, у меня другой мужчина, — произнесла она тихо.
Мелкая неприятная дрожь пробежала по его телу. Тот парень, с которым он ее застал, хоть вызвал яростную реакцию, но был всего лишь эпизодом. Теперь Ника говорила о другом. О серьезных, полноценных отношениях.
— Но ты всё равно любишь меня, — настаивал он.
— Нет, Максим, я давно тебя отпустила, даже простила, — Ника говорила легко и искренне, отчего его кишки сворачивались в узел. — Я больше не люблю тебя!
Подборка эмоциональной романтической эротики
Выберите полку для книги