Книги в жанре «Короткий любовный роман»
— Никита, я всё знаю, — говорю я в трубку. — Как ты мог скрыть от меня внука?
— Мама… — он задыхается. — Мама, где ты? Стой, не подходи к ним. Пожалуйста, не подходи.
Но я уже подошла. И увидела, как чужой мальчик бежит к моему мужу с криком «папа».
Не внук, а сын. Сын Игоря.
А мой собственный сын знал. Знал, и молчал.
— Мама… — он задыхается. — Мама, где ты? Стой, не подходи к ним. Пожалуйста, не подходи.
Но я уже подошла. И увидела, как чужой мальчик бежит к моему мужу с криком «папа».
Не внук, а сын. Сын Игоря.
А мой собственный сын знал. Знал, и молчал.
— Я вам так мужики скажу! Я еще ни разу на измене не попался, а знаете почему?
— Потому что не изменял? - слышу смешок Силантьева.
— Ха! Да тыщу раз! - хвастливо восклицает мой муж, - Вот в это воскресенье с одной моделькой на “Жемчужину” завалюсь, а Линка даже не подумает. Все дело в том, что внимательным с женой надо быть. Подарки, цветы эти сраные, кофе в постель, сю-сю, люблю, трамвай куплю и вся эта романтическая фигня. Она расслабляется и думает, что ты весь ее.
— Ну ты прошаренный, Ромыч! Давайте! За Ромыча!
Звон бокалов отдается эхом в моей голове. Это что такое я сейчас услышала? Это мой муж Роман Кропоткин, с которым мы женаты уже больше двадцати лет, обсуждает свои измены с друзьями?
— Потому что не изменял? - слышу смешок Силантьева.
— Ха! Да тыщу раз! - хвастливо восклицает мой муж, - Вот в это воскресенье с одной моделькой на “Жемчужину” завалюсь, а Линка даже не подумает. Все дело в том, что внимательным с женой надо быть. Подарки, цветы эти сраные, кофе в постель, сю-сю, люблю, трамвай куплю и вся эта романтическая фигня. Она расслабляется и думает, что ты весь ее.
— Ну ты прошаренный, Ромыч! Давайте! За Ромыча!
Звон бокалов отдается эхом в моей голове. Это что такое я сейчас услышала? Это мой муж Роман Кропоткин, с которым мы женаты уже больше двадцати лет, обсуждает свои измены с друзьями?
После развода бывший оставил мне старую дачу, а себе — квартиру.
Сказал, что я ведь «всегда мечтала о своём месте».
Моё место протекало, скрипело и требовало ремонта, на который у меня не было денег. Но я красила крыльцо, чинила дом и упрямо делала вид, что начинаю новую жизнь.
А потом бывший купил соседний участок.
С новой женщиной.
С планами на роскошный дом.
И с улыбкой человека, который опять всё рассчитал.
Я думала, он просто хочет меня добить.
Но рядом оказался Артём — сосед с лестницей, рабочими руками и опасной фразой:
«Сама» и «одна» — не одно и то же.
А потом новая женщина моего бывшего пришла ко мне с папкой документов.
И выяснилось: после развода Игорь оставил мне не только развалюху.
Он оставил мне повод забрать своё.
Сказал, что я ведь «всегда мечтала о своём месте».
Моё место протекало, скрипело и требовало ремонта, на который у меня не было денег. Но я красила крыльцо, чинила дом и упрямо делала вид, что начинаю новую жизнь.
А потом бывший купил соседний участок.
С новой женщиной.
С планами на роскошный дом.
И с улыбкой человека, который опять всё рассчитал.
Я думала, он просто хочет меня добить.
Но рядом оказался Артём — сосед с лестницей, рабочими руками и опасной фразой:
«Сама» и «одна» — не одно и то же.
А потом новая женщина моего бывшего пришла ко мне с папкой документов.
И выяснилось: после развода Игорь оставил мне не только развалюху.
Он оставил мне повод забрать своё.
Юлия попадает в список турнира по настольному теннису по нелепой служебной рассылке — а уходит с него с забытой детской мечтой о творчестве, годовой премией для всего отдела и человеком, который научил её не бояться проигрывать.
«Лёгкий роман о дружбе, которая чуть не разбилась о гордость, ревность и один слишком драматичный вечер. Марк и Алина строили рубрику, а в итоге строили доверие — шаг за шагом, извинение за извинением.
Романтическая комедия без надрыва: с иронией, узнаваемыми ситуациями и верой в то, что даже если всё пошло не так, можно просто сесть рядом и сказать: Прости, я был не прав.
Идеально, если хочется чего-то светлого, с юмором и с надеждой на счастливый финал.»
Романтическая комедия без надрыва: с иронией, узнаваемыми ситуациями и верой в то, что даже если всё пошло не так, можно просто сесть рядом и сказать: Прости, я был не прав.
Идеально, если хочется чего-то светлого, с юмором и с надеждой на счастливый финал.»
Развод в 37 лет — это не клеймо, а чистый лист. После семи лет брака с инфантильным «творцом» Кристина наконец-то свободна: у неё есть карьера в глянцевом журнале, идеальная фигура и тишина в квартире. Она думала, что эйфория будет длиться вечно, пока однажды ночью её младшая сестра Лена, вооружившись бутылкой шампанского, не решила, что статус «разведенки» требует официальной регистрации на сайте знакомств.
Я говорила подругам: «С малолетками не сплю».
А через час в моём номере люкс стоял он.
Высокий. Мускулистый. В балаклаве.
Чертовски сексуальный
Одна ночь в отеле. Без имён. Без лиц. Только страсть.
А через час в моём номере люкс стоял он.
Высокий. Мускулистый. В балаклаве.
Чертовски сексуальный
Одна ночь в отеле. Без имён. Без лиц. Только страсть.
«Мишель, Димитрий, не убегайте далеко!», - кричала я, смотря на своих детей, которые чуть не врезались в торговца, несущего свои фрукты в лавку.
«Мамочка, все хорошо... ой», - прокричала дочь, когда всё-таки врезалась в проходящего рядом мужчину. Я быстро приблизилась к дочке, поднимая её с земли. «Мишель, не ударилась, зайка?», - нежно спросила я у неё. Она улыбнулась своей самой смелой улыбкой и помотала головой. Я кивнула и хотела было поругать своих детей за неосторожность, но встретившись глазами с мужчиной, стоящим рядом с моим сыном, у меня замерло сердце. Это он...
«Мамочка, все хорошо... ой», - прокричала дочь, когда всё-таки врезалась в проходящего рядом мужчину. Я быстро приблизилась к дочке, поднимая её с земли. «Мишель, не ударилась, зайка?», - нежно спросила я у неё. Она улыбнулась своей самой смелой улыбкой и помотала головой. Я кивнула и хотела было поругать своих детей за неосторожность, но встретившись глазами с мужчиной, стоящим рядом с моим сыном, у меня замерло сердце. Это он...
Диана очнулась первой. Она спрыгнула со стола, оправила юбку и посмотрела на меня с вызовом.
— Стучаться не учили? — с вызовом спросила она.
— Я искала своего мужа, — ответила я и кивнула на Кирилла, который покраснел, словно помидор.
— Я не знала, что вы…
— Что я его жена? — спросила я, совладав с собой и посмотрела на Кирилла.
Он спокойно застегивал рубашку.
— Ален, не устраивай сцену, – проговорил он.
Его равнодушие зацепило основательно.
Он даже не удосужился сказать это вечное мужское «ты не так поняла».
Я приложила огромное усилие, чтобы взять себя в руки.
— Что ты себе позволяешь? — прошипела я.
— Давай дома поговорим, когда ты успокоишься и будешь вести себя адекватно.
— Он сказал, что вы разводитесь, — на прощание выдавила Диана.
— Правда?
Я смотрела только на мужа.
— Мы давно живем как соседи, — произнес Кирилл. — Ты сама это знаешь.
— Не знала. Вчера ты выполнил супружеский долг, как мне показалось, с большим удовольствием...
— Стучаться не учили? — с вызовом спросила она.
— Я искала своего мужа, — ответила я и кивнула на Кирилла, который покраснел, словно помидор.
— Я не знала, что вы…
— Что я его жена? — спросила я, совладав с собой и посмотрела на Кирилла.
Он спокойно застегивал рубашку.
— Ален, не устраивай сцену, – проговорил он.
Его равнодушие зацепило основательно.
Он даже не удосужился сказать это вечное мужское «ты не так поняла».
Я приложила огромное усилие, чтобы взять себя в руки.
— Что ты себе позволяешь? — прошипела я.
— Давай дома поговорим, когда ты успокоишься и будешь вести себя адекватно.
— Он сказал, что вы разводитесь, — на прощание выдавила Диана.
— Правда?
Я смотрела только на мужа.
— Мы давно живем как соседи, — произнес Кирилл. — Ты сама это знаешь.
— Не знала. Вчера ты выполнил супружеский долг, как мне показалось, с большим удовольствием...
Есть ли у инквизиторов что-то, кроме долга? Что скрывается под чёрным мундиром — выжженная печать Ордена или всё ещё живое сердце? Способен ли мужчина, обученный пытать и сжигать, на обычное человеческое желание? А если да — то что будет, когда он встретит ту, кто не боится ни его, ни его желания?
Выберите полку для книги