Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»

— Маша, — сказал он. — Это не то, что ты думаешь.
Я положила телефон на стол, экраном вниз, аккуратно — так кладут документы, с которыми закончила работу.
— А что мне думать, Валерий? — Голос у меня получился спокойным. Слишком спокойным для того, что творилось внутри. — У тебя тридцать секунд.
Он молчал. Тридцать секунд прошли. Он так и не сказал ни слова.

Я поднялась в спальню, достала спортивную сумку, сложила туда всё, что попалось под руку: подгузники, две кофты, документы. Сына завернула в одеяло.
Он стоял у входной двери — молча, руки по швам, будто на построении, будто ждал, что я развернусь и скажу: пошутила.
Я не развернулась.
Два года я разбирала эту сцену по кадрам, как вскрытие — без слёз, находя новые детали. Одна деталь не менялась никогда.
Он не сказал «останься». Значит, всё было правдой.

Он говорит, что не изменял. Что его подставили.

Я не верю.

— Ты мне изменила. Я всё знаю.

Слова падают ровно, без интонации, и от этой ровности мне вдруг становится холодно даже в моей любимой кухне, залитой утренним светом.

— Изменила? Тебе? — Я снова смотрю на лист бумаги, ищу подвох. — Игорь, о чём ты вообще?

Он достаёт из внутреннего кармана телефон, находит фото и разворачивает экран ко мне. Ресторан. Неяркий свет. Мужской силуэт напротив меня за столиком, моя рука на его руке. Снимок сделан издалека, через окно, зернистый, с той наглостью, с какой снимают частные детективы.

Я вглядываюсь. Мужчина сидит спиной, лица не разобрать. Я — да, это точно я, узнаю своё пальто. Но вечер этот я не помню совсем.

— Кто это? — спрашиваю я тихо.

— Спроси у себя.

— Игорь. — Голос у меня начинает дрожать, и я это ненавижу. — Я не знаю этого человека. Я не была ни на каком ужине без тебя последние… — Пытаюсь вспомнить и не могу назвать дату. — Покажи мне снимок целиком. Когда это снято?

— Кто такая Марина, — сказала я, не спрашивая.
Он не побледнел, не начал придумывать имя коллеги или соседки. Просто сел на край кровати, обхватил голову руками и молчал так долго, что молчание сказало всё раньше слов.
— Инвестор, — сказал он наконец. Голос сорвался на середине слова. — Одна ночь. Катя, я не собираюсь оправдываться.
— И не надо, — сказала я.
Сын заплакал в соседней комнате. Я пошла к нему — руки уже собирали в голове список вещей, которые нужны новорождённому в дорогу: смесь, пелёнки, документы.
Он стоял в дверях спальни, когда я вышла с сумкой и сыном на руках. Не сдвинулся с места. Не сказал «останься». Не сказал «прости».
Дверь за спиной закрылась.
Я открыла аптеку с нуля, работала до ночи, не спала. Ни разу не попросила у него ни копейки.
А потом его компания заказала у меня лекарства для клинических испытаний. И он пришёл.
Он говорит, что изменил однажды. Что это была слабость. Что он не оправдывается.

Я не верю ему.

— Я встречаюсь с вашим мужем уже полгода. И я от него беременна.
Девушка, сидящая напротив меня, сложила руки на коленях и посмотрела мне прямо в глаза.
Такой наглости я не ожидала!
— Вы вообще кто? — с удивлением спросила я. Голос прозвучал хрипло.
Мне пришлось прочистить горло.
Что за чудо явилось ко мне в кабинет? О какой беременности она говорит?
— Милана, — она чуть склонила голову. — Вадим вам обо мне не рассказывал, конечно. Он вас жалеет. А я решила открыть вам глаза.

💣🔞Встречайте самую опасную, эмоциональную и откровенную новинку! 🔥
Но полчаса назад в клубе ему слили инфу: отец вернулся из столицы. И не один. С новой женой.
***
Он медленно повернулся к сыну. А рядом с ним стояла женщина.
Тимур осекся на полуслове. Запнулся, едва не потеряв равновесие.
***
— Закрой рот, Тимур, — тихо, но с ледяной металлической интонацией произнес отец. — Ты пьян как свинья. И ты разговариваешь с моей женой.
***
— Запомни мое имя, мачеха, — выдохнул он ей прямо в лицо, наклонившись так низко, что ощутил тепло её кожи. — Меня зовут Тимур. И я сделаю всё, чтобы ты вылетела из этого дома раньше, чем за тобой прислуга сотрет следы на мраморе.
***
— Пусти, — тихо сказала она.
— А то что? Папе пожалуешься? — Тимур наклонился ниже...
***
— Пошла со мной, — процедил он сквозь зубы.
— Отпусти руку, — так же тихо, но жестко проговорила Елена, пытаюсь выдернуть кисть, но он сжал пальцы сильнее, буквально выталкивая её из душного зала на прохладную галерею.
❗

Двенадцать лет я была идеальной кавказской женой, пока не узнала, что у мужа в Москве вторая семья. Его снисходительное «я имею право» выжгло во мне покорность, превратив боль в леденящую ярость мести.
Чтобы смыть позор, я шагнула в раскаленный, порочный омут с двадцатилетней молодой силой — диким и одержимым Али, готовым завязать мне руки собственным ремнем. Теперь я веду опасную двойную жизнь, где влиятельный муж уверен в своей победе, а я за закрытыми дверями подчиняюсь совсем другому хозяину

Самолёт сел в Бангкоке в шесть утра по местному времени — и это было первое, что сбило Ольгу с толку. Часы говорили одно, тело — другое, а окна терминала заливал густой сиреневый свет, будто кто-то забыл выключить ночь.
Она стояла у ленты багажа, глядя, как по кругу ползут чужие чемоданы, и вдруг поняла, что не помнит, какого цвета её собственный. Пришлось ждать, пока он вынырнет — серый, ничем не примечательный, как и всё, что она выбирала после

Мой жених изменил мне с моей родной сестрой о которой я всю жизнь заботилась! И ладно это, но меня еще и похитили, думая что могут попросить у уже бывшего жениха за меня выкуп! Ну я им устрою! И бывшему точно не поздоровится!

Увидела бывшего в обнимку с другой.
Она не хотела ревновать.
Но было больно от того, насколько быстро мужчина, клявшийся в любви, нашел замену. И неприятно осознавать, что этой заменой стала женщина, с которой придется видеть его каждый день, ведь они все втроем работали в одном месте.
Через неделю на рабочем месте этой девушки появилось фото. На снимке она прижималась к Сергею на фоне реки. Он обнимал ее и улыбался.
— Красивые, правда? — спросила девица, заметив взгляд Любы. — Сергей говорит, давно так не отдыхал.
— Он очень внимательный, — продолжила она. — Совсем не такой, как ты рассказывала. Наслаждаюсь жизнью с таким интересным мужчиной.
Любе действительно было больно. Но не оттого, что Сергей теперь обнимал Анну.
Больно было видеть, как легко он повторял с другой женщиной все, что недавно делал для Любы. Те же улыбки. Наверняка те же слова о семье и серьезных отношениях.

Ночная смена. Неонатолог на весь роддом один — это я. В три сорок в приёмное вкатывают рыжую роженицу, а рядом с каталкой идёт моя свекровь.

— Инна, раз уж ты здесь, прими по-хорошему. — Тележку она ставит у стены, поперёк прохода. — Внук.

Следом входит муж. Двадцать четыре года брака, пакет из аптеки, в пакете мои таблетки от мигрени.

— Инна. — Он смотрит на мои руки. — Сделай как для своих.

Я сделаю. Я врач. А утром сдам смену, заберу у него ключи от машины и сяду считать сколько лет, сколько денег и кто в этой семье знал всё с самого начала.