Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
—От тебя мне нужен был хороший брак, стабильность, ребенок,— цинично бросил муж.
Я замерла и забыла, как дышать.
—А от нее?— голос дрогнул, а сердце выпрыгнуло из груди.
—А с Милой у нас все без бытовухи и семейных проблем. С ней легко все восемь лет, она не выносит мне мозг и не рассчитывает на большее, ее роль любовницы вполне устраивает, — усмехнувшись бросил Ник.
—Восемь лет,— прошептала одними губами и слезы брызнули из глаз. Мы в браке были двенадцать.
— Да, родная… Просто какие-то женщины по природе своей жены. Тихие,смирные. А какие-то — любовницы. Для развлечения, радости и удовлетворения желаний…
— И ты решил собрать себе весь комплект… — грустно заключила я, а муж выдохнув, признался.
— Не переживай. Разводиться мы не будем. Милу ты больше не увидишь. И успокой Тима, а то из-за тебя он опять плохо спать будет, родная…
Я замерла и забыла, как дышать.
—А от нее?— голос дрогнул, а сердце выпрыгнуло из груди.
—А с Милой у нас все без бытовухи и семейных проблем. С ней легко все восемь лет, она не выносит мне мозг и не рассчитывает на большее, ее роль любовницы вполне устраивает, — усмехнувшись бросил Ник.
—Восемь лет,— прошептала одними губами и слезы брызнули из глаз. Мы в браке были двенадцать.
— Да, родная… Просто какие-то женщины по природе своей жены. Тихие,смирные. А какие-то — любовницы. Для развлечения, радости и удовлетворения желаний…
— И ты решил собрать себе весь комплект… — грустно заключила я, а муж выдохнув, признался.
— Не переживай. Разводиться мы не будем. Милу ты больше не увидишь. И успокой Тима, а то из-за тебя он опять плохо спать будет, родная…
Открываю шкаф и вижу в углу аккуратный красный пакет с бантиком. Улыбаюсь — давно Демид не делал мне сюрпризов! Достаю содержимое и ахаю: внутри лежит платье, но размер настолько крошечный, что мне больно его держать.
Когда дверь хлопает, я даже не сразу понимаю, что это Демид вернулся.
— Это что? - спрашиваю хрипло.
— Платье, — спокойно отвечает он.
— Для кого?
— Ну, раз ты все поняла, то да, оно явно не для тебя. Ты ведь в него не влезешь.
— Как ты можешь? — выдавливаю я. — Если бы не эти дурацкие гормоны, я была бы стройной.
— Гормоны? — он криво усмехается. — Лада, а торты по ночам — это тоже гормоны? Я хочу семью и детей. Я хочу, чтобы рядом со мной была красивая стройная женщина.
Швыряю платье на пол и начинаю его топтать ногами.
— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! – резко смотрю на Демида и добавляю: - Мы разводимся.
Когда дверь хлопает, я даже не сразу понимаю, что это Демид вернулся.
— Это что? - спрашиваю хрипло.
— Платье, — спокойно отвечает он.
— Для кого?
— Ну, раз ты все поняла, то да, оно явно не для тебя. Ты ведь в него не влезешь.
— Как ты можешь? — выдавливаю я. — Если бы не эти дурацкие гормоны, я была бы стройной.
— Гормоны? — он криво усмехается. — Лада, а торты по ночам — это тоже гормоны? Я хочу семью и детей. Я хочу, чтобы рядом со мной была красивая стройная женщина.
Швыряю платье на пол и начинаю его топтать ногами.
— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! – резко смотрю на Демида и добавляю: - Мы разводимся.
– Ты привёл любовницу в наш дом!
– Ты всё не так поняла, – оправдывается муж-анестезиолог, в спешке натягивая на себя трусы.
– Что тут непонятного? Пока я, твоя беременная жена, вкалываю на сутках и целыми днями оперирую, ты не удосуживаешься взять дополнительные смены, потому что устаёшь! Зато на свою мочалку у тебя сил хватает, гад!
Эмоции зашкаливают. Живот начинает болезненно потягивать.
– Я не мочалка! – вскрикивает медсестра, обиженно поглядывая на меня. – Мы уже полгода спим!
Полгода…
– Ты нашёл любовницу, когда я мучилась от токсикоза на первом месяце? – ошарашенно шепчу. – Подонок, какой же ты всё-таки подонок! Как ты мог?!
– А что мне было делать? Я мужчина! У меня есть потребности! Ты эти потребности удовлетворить не смогла! Я же не ушёл из семьи, а просто-напросто нашёл тебе временную замену! Что, тебя и это не устраивает? Тогда проваливай! Только кому ты будешь нужна с прицепом?
– Ты всё не так поняла, – оправдывается муж-анестезиолог, в спешке натягивая на себя трусы.
– Что тут непонятного? Пока я, твоя беременная жена, вкалываю на сутках и целыми днями оперирую, ты не удосуживаешься взять дополнительные смены, потому что устаёшь! Зато на свою мочалку у тебя сил хватает, гад!
Эмоции зашкаливают. Живот начинает болезненно потягивать.
– Я не мочалка! – вскрикивает медсестра, обиженно поглядывая на меня. – Мы уже полгода спим!
Полгода…
– Ты нашёл любовницу, когда я мучилась от токсикоза на первом месяце? – ошарашенно шепчу. – Подонок, какой же ты всё-таки подонок! Как ты мог?!
– А что мне было делать? Я мужчина! У меня есть потребности! Ты эти потребности удовлетворить не смогла! Я же не ушёл из семьи, а просто-напросто нашёл тебе временную замену! Что, тебя и это не устраивает? Тогда проваливай! Только кому ты будешь нужна с прицепом?
- Прекрати!
- Что именно?
- Подкрадываться, прикасаться, зажимать в углу, пытаться поцеловать. Как ты не понимаешь? Нам нельзя!
- Забудь это слово!
Когда я рассказывала лучшей подруге о том, как мне повезло с первым мужчиной, каким страстным и в то же время чутким он был, я и предположить не могла, что этот невероятный мужчина - её отец.
- Что именно?
- Подкрадываться, прикасаться, зажимать в углу, пытаться поцеловать. Как ты не понимаешь? Нам нельзя!
- Забудь это слово!
Когда я рассказывала лучшей подруге о том, как мне повезло с первым мужчиной, каким страстным и в то же время чутким он был, я и предположить не могла, что этот невероятный мужчина - её отец.
– Твой муж тебе изменяет, – свекровь смотрит мне прямо в глаза и оглушает словами.
– Что?! Что вы такое говорите, Тамара Николаевна?!
– Говорю то, что знаю. Ты наскучила Игнату. Да и… знаешь ли, с годами никто не молодеет.
Прикусываю нижнюю губу, свекровь бьет по больному, еще раз пытается доказать, что я не пара ее сыну!
– Я не верю.
– Да прекрати ты! Гуляет от тебя муж. Но… знаешь… я вот думаю, что шило на мыло менять не нужно.
– Что?!
Вновь не понимаю, и свекровь указывает бокалом в сторону, а я поворачиваю голову в нужную сторону и вижу… как моя двоюродная сестра буквально вешается на моего мужа…
А затем до меня долетает ее обиженная фраза:
-Игнат! Я устала! Может уже сказать всем правду?!
– Что?! Что вы такое говорите, Тамара Николаевна?!
– Говорю то, что знаю. Ты наскучила Игнату. Да и… знаешь ли, с годами никто не молодеет.
Прикусываю нижнюю губу, свекровь бьет по больному, еще раз пытается доказать, что я не пара ее сыну!
– Я не верю.
– Да прекрати ты! Гуляет от тебя муж. Но… знаешь… я вот думаю, что шило на мыло менять не нужно.
– Что?!
Вновь не понимаю, и свекровь указывает бокалом в сторону, а я поворачиваю голову в нужную сторону и вижу… как моя двоюродная сестра буквально вешается на моего мужа…
А затем до меня долетает ее обиженная фраза:
-Игнат! Я устала! Может уже сказать всем правду?!
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
— Точно говорю, беременна от Краморова!
Фраза медсестры бьёт меня в самое сердце. Краморов — мой муж. Звезда хирургии, любимец женщин и… оказывается, ещё чей-то будущий отец.
— У него жена старая клуша, бесплодная карьеристка, — продолжают шептать за дверью медсестры. — Кому она нужна?
Десять лет любви и верности рушатся за секунду.
Неужели все эти годы я была слепа, а мой идеальный муж оказался всего лишь предателем?
И что теперь делать с разбитой жизнью и сердцем, которое до сих пор любит?
— Точно говорю, беременна от Краморова!
Фраза медсестры бьёт меня в самое сердце. Краморов — мой муж. Звезда хирургии, любимец женщин и… оказывается, ещё чей-то будущий отец.
— У него жена старая клуша, бесплодная карьеристка, — продолжают шептать за дверью медсестры. — Кому она нужна?
Десять лет любви и верности рушатся за секунду.
Неужели все эти годы я была слепа, а мой идеальный муж оказался всего лишь предателем?
И что теперь делать с разбитой жизнью и сердцем, которое до сих пор любит?
Его ладони легли мне на колени, раздвинули ещё шире. Жёстко. Без церемоний.
— Ты не она, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — Но сегодня ты будешь вместо неё. И я сделаю с тобой всё, что она мне не дала.
Его рот накрыл мой — не поцелуй, а захват. Грубый. Голодный. Зубы, язык, вкус виски и ярости. Я задохнулась, вцепилась ему в плечи — не оттолкнуть, а удержаться.
Он оторвался на секунду, только чтобы прорычать:
— И ты будешь кричать моё имя. Громче, чем она когда-либо кричала.
***
Метель отрезала горное шале от всего мира.
Мама задерживается в Москве.
А в доме только они вдвоём: девятнадцатилетняя Соня и её новый отчим — Рахмон Гамидов, огромный, злой и очень давно не получавший того, что ему обещали.
— Ты не она, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — Но сегодня ты будешь вместо неё. И я сделаю с тобой всё, что она мне не дала.
Его рот накрыл мой — не поцелуй, а захват. Грубый. Голодный. Зубы, язык, вкус виски и ярости. Я задохнулась, вцепилась ему в плечи — не оттолкнуть, а удержаться.
Он оторвался на секунду, только чтобы прорычать:
— И ты будешь кричать моё имя. Громче, чем она когда-либо кричала.
***
Метель отрезала горное шале от всего мира.
Мама задерживается в Москве.
А в доме только они вдвоём: девятнадцатилетняя Соня и её новый отчим — Рахмон Гамидов, огромный, злой и очень давно не получавший того, что ему обещали.
– Страшная авария! В хирургию доставлены двое! Мужчина и женщина. Вероятно, семейная пара, – кричит врач приёмного отделения.
Моментально собираюсь с силами и бегу в сторону операционной. Однако на половине пути меня останавливает заведующий и как-то странно смотрит прямо в мои глаза.
– В ДТП пострадали мужчина и женщина, – сурово говорит он и произносит имена поступивших.
Внутри меня всё обрывается. Ведущий хирург только что назвал имена моего мужа и моей лучшей подруги…
Супруг сказал, что уехал в командировку, а сам… Развлекался с моей подругой! Как он мог? Почему?! Мы были женаты двадцать лет…
– Родственников оперировать нельзя, сама понимаешь, – произносит хирург, обращаясь ко мне. – Я займусь твоим мужем, а ты девушкой.
Предатели попали в аварию. Жизнь любовницы, которая оказалась моей лучшей подругой, висит на волоске и зависит только от меня...
Моментально собираюсь с силами и бегу в сторону операционной. Однако на половине пути меня останавливает заведующий и как-то странно смотрит прямо в мои глаза.
– В ДТП пострадали мужчина и женщина, – сурово говорит он и произносит имена поступивших.
Внутри меня всё обрывается. Ведущий хирург только что назвал имена моего мужа и моей лучшей подруги…
Супруг сказал, что уехал в командировку, а сам… Развлекался с моей подругой! Как он мог? Почему?! Мы были женаты двадцать лет…
– Родственников оперировать нельзя, сама понимаешь, – произносит хирург, обращаясь ко мне. – Я займусь твоим мужем, а ты девушкой.
Предатели попали в аварию. Жизнь любовницы, которая оказалась моей лучшей подругой, висит на волоске и зависит только от меня...
— Ваш муж НАМ изменяет! — произнесла беременная незнакомка.
— Что?!
— У него служебный роман. Я хочу, чтобы вы прогнали ту рыжую стерву и мы снова зажили как раньше.
— Так же "счастливо"?
Она не чувствует сарказм и радостно отвечает:
— Да!
Я узнала об измене мужа и хотела уйти с гордо поднятой головой. Но сперва пришлось тащить чемодан его беременной любовницы, а затем я узнала, в кого влюбился мой неверный супруг и чуть не схватила инфаркт!
Эта женщина разбила семью моей лучшей подруги, а теперь взялась за мою.
Она вернет долг с большими процентами. А муж — тем более.
Ради этого я пойду на все, даже на новую работу — в их офис.
Стать помощницей очень сурового босса и наказать предателей? Без проблем. Я в деле.
— Что?!
— У него служебный роман. Я хочу, чтобы вы прогнали ту рыжую стерву и мы снова зажили как раньше.
— Так же "счастливо"?
Она не чувствует сарказм и радостно отвечает:
— Да!
Я узнала об измене мужа и хотела уйти с гордо поднятой головой. Но сперва пришлось тащить чемодан его беременной любовницы, а затем я узнала, в кого влюбился мой неверный супруг и чуть не схватила инфаркт!
Эта женщина разбила семью моей лучшей подруги, а теперь взялась за мою.
Она вернет долг с большими процентами. А муж — тем более.
Ради этого я пойду на все, даже на новую работу — в их офис.
Стать помощницей очень сурового босса и наказать предателей? Без проблем. Я в деле.
— Пупсик, тебе нравится? — донёсся приторно-сладкий женский голос из кабинета моего жениха. Я замерла у двери, не веря своим ушам. — Я ведь куда лучше, чем твоя невеста. Ты же бросишь эту занудную плоскозадую воблу? Она явно мне уступает!
Я окаменела. А потом услышала его смех.
— Конечно! Но позже, сладенькая. Сейчас у неё важные переговоры, которые никто, кроме неё, не потянет. Если заполучу эту сделку, то можно больше не париться… Это ж такие бешеные прибыли!
— Надоела она тебе, да? — хохотнула девица.
— Слишком правильная. Это ведь папина фирма! Почти моя! А на меня на переговорах партнёры смотрят, как на придурка недоразвитого. Ей же пару слов достаточно сказать, чтобы её слушали. Посмотрим, как она запоёт, когда я её вышвырну! Хотя, может, позволю иногда меня ублажать... если сильно умолять будет!
Что ж. Раз так, милый, я ухожу к новому... боссу. И выберу самого кошмарного твоего конкурента, которого все боятся до дрожи. Зато он чертовски эффективен... и горяч.
Я окаменела. А потом услышала его смех.
— Конечно! Но позже, сладенькая. Сейчас у неё важные переговоры, которые никто, кроме неё, не потянет. Если заполучу эту сделку, то можно больше не париться… Это ж такие бешеные прибыли!
— Надоела она тебе, да? — хохотнула девица.
— Слишком правильная. Это ведь папина фирма! Почти моя! А на меня на переговорах партнёры смотрят, как на придурка недоразвитого. Ей же пару слов достаточно сказать, чтобы её слушали. Посмотрим, как она запоёт, когда я её вышвырну! Хотя, может, позволю иногда меня ублажать... если сильно умолять будет!
Что ж. Раз так, милый, я ухожу к новому... боссу. И выберу самого кошмарного твоего конкурента, которого все боятся до дрожи. Зато он чертовски эффективен... и горяч.
Выберите полку для книги